«Напиши мне что-нибудь. Не молчи, пожалуйста. Мне надо продержаться еще полчаса на собрании. Ладно, я тебе помогу начать тему для разговора. Назови последнюю прочитанную тобой книгу. Только честно. Даже если это порно, не стесняйся. Напиши мне название. И да, опережая твою бредятину — не пиши мне названия учебников. И не игнорируй меня, Света — грильяжная конфета»
Минуты две раздумывала вступать в диалог или проявить-таки выдержку, но в итоге сдалась, и отправила ему короткое сообщение.
« Невинная для герцога. Не в вашем вкусе. Можете открыть обложку и на этом сделайте вывод»
«Как это не в моем вкусе? «Невинная для псевдогинеколога» же в моем вкусе. Святой Купидрила, это же название для будущего бестселлера. Надо подкинуть идею киношникам. Ладно, расскажи мне, Света — грильяжная конфета, на какой странице герои начинают заниматься тем, чем тебе бабка не велит»
«Герои предаются плотским утехам на сто девяносто девятой странице. Всего их двести двадцать шесть. А поженились они на тридцатой. Делайте вывод, Кирилл Александрович»
Отправила и, несмотря на идиотскую улыбку на лице, снова пожалела. Я даже не могу сдержаться и не отправить ему сообщение в ответ. И это всего лишь смс! Так он меня реально совратит и повернет все еще таким образом, что инициатором окажусь я. Это осознание как-то неприятно кольнуло где-то внутри, а еще неприятным стало то, что он замолчал. Ровно пятнадцать минут я гипнотизировала в руках телефон и была уже полностью уверена, что на этом все, как вдруг снова завибрация.
«Ты скучала по мне? Я был занят изучением важных вопросов»
Ну и самомнение!
«Я думать про вас забыла. И все же корону вам пора снять»
«И это еще раз доказывает, что ты редкостная врушка. А так же то, что герой жахнул героиню на тридцатой странице. А судя по концовке, все остальное время он тупо выпрашивал у нее секс, зачеркнуто последнее слово(я не знаю, как зачеркивать, я же старый динозавр) да, да, любовь, конечно, он потом выпрашивал за первый неудачный раз «без его любви». А дуреха-то его вроде, как и любила с пеленок, судя по последним страницам их душевных терзаний-изливаний-излияний. А это еще раз доказывает, что женщины дуры»
Остановите землю, я сойду. Он не специально выжидал пятнадцать минут. Он книгу пролистывал. Очуметь …
«Светка, даже на таких книгах надо учиться, чего страдать зазря и быть дурой? Единственное, что никто из нас не может вернуть — время. Так на хрена его даром терять? Ну, хоть себе признайся, что я тебе нравлюсь»
«Как у вас получается все перевернуть в нужную вам сторону даже с обычным женским чтивом?!»
«Это мастерство, отточенное годами. Хочешь тебя тоже научу? Но это только после юху»
«Что такое юху?»
«Я пытался завуалировать «секс» в красивое слово. На твоем языке — это плотские утехи, Светлана Васильевна. Хочешь еще чему-нибудь тебя научу?
«Я хочу, чтобы вы нашли кого-то другого, точнее другую для оттачивания своего мастерства во всех сферах жизни»
«Зачем мне другая, если я хочу тебя?»
«Может быть, потому что я вас не хочу?»
«Ты ханжа, Света. Но это простительно в свете твоего воспитания. Выбьем. Исправим. Подлечим»
«Вы забыли написать «отлюбим»
Это какое-то дурацкое наваждение! Ну почему я не могу просто проигнорировать его сообщения?! Вместо того, чтобы смотреть на того, о ком мечтала последнее время, я тупо пялюсь в телефон. Пять минут, десять… Перерыв. Начало новой лекции и ничего на дисплее. Ну, получишь ты у меня когда-нибудь ответ на сообщение…
— Подъем, — знакомый голос над ухом и щелканье пальцев, машинально заставляют открыть глаза. — Лекция закончилась уже как минут пять назад.
Вскакиваю с места, оглядываясь на полупустую аудиторию, и застываю, осознав, что проспала всю лекцию. Кто-то меня определенно сглазил. Позорище…
— Надеюсь, я не храпела.
— Нет. Мирно, но напряженно спала. Пойдем.
— Куда?!
— Ну, тебе не знаю куда, мне — домой, отсыпаться после суток. До остановки нам точно по пути. И все-таки смешная ты какая-то, Света.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Какая есть.
Забираю свои вещи и молча выхожу из аудитории. Олег идет рядом и да, мне это приятно. Правда в голову закрадываются дурацкие мысли, что делает он это неспроста. А вдруг с кем-то поспорил и это все притворство? Хотя с другой стороны, что за бред, это же не кино какое-то.
Всю дорогу до остановки Олег говорил, говорил, и снова говорил. И выходило все так, что прогульщик-то он вынужденный и вовсе не такой плохой, коим пытался представить его Волков. Маленькая сестра и мать после инсульта, как итог крутится, как может. Грустно все это, или я сентиментальная дура. И да, при все при этом он шутил. Анекдоты у него, кстати, несмешные. Ну, или у меня отсутствует чувство юмора. А еще, как только мы пришли на остановку, возникла длительная пауза. Олег говорить перестал, а я тупо молчала. Сколько бы ни подбирала слова в голове, ничего не приходило на ум. Я действительно скучная донельзя личность. Что он будет делать с такой как я? Или я с ним? Молчать тоже хорошо, но после сорока лет брака, а не при первом знакомстве.
— Ну так что, не надумала про субботу? Шашлыки, природа, то се. Человек десять будет.
— Не думаю, что это хорошая идея, — автобус, миленький приди поскорее. Ну, хоть маршрутка.
— Почему? — улыбаясь интересуется Олег. И все-таки ямочки у него хорошенькие. — Никто тебя там не обидит.
Придумать ответ даже при желании я не успела. Какое-то мгновение и я ловлю взглядом резко затормозившую машину, аккурат около нас с Олегом. Причем уже знакомый черный джип, из которого быстрым шагом, без верхней одежды, в простом белом джемпере и джинсах, вышел Волков собственной персоной. Все, что я успела сделать — это шумно сглотнуть, параллельно наблюдая, как за несколько шагов он оказывается около меня.
— Я закончил пораньше, Зайка, — притягивает меня к себе и, пользуясь моим полным замешательством, прислоняется своими горячими губами к моим. — Поехали скорее, надо срочно кого-то отлюбить, — шепчет мне в губы. Секунда и он отстраняется от меня, при этом нагло улыбаясь. — Пойдем, здесь нельзя парковаться, — крепко сжимает мою ладонь и ведет в сторону машины…
Глава 26
Очухиваюсь я только тогда, когда около меня захлопывается дверь машины. Ну как очухиваюсь, относительно прихожу в себя и наблюдаю за тем, как Волков садится на водительское место. Вместо того, чтобы возмутиться или хотя бы вымолвить слово, я как загипнотизированная наблюдаю за его руками, обхватившими руль. Однозначно на меня навели порчу, иначе я никак не могу объяснить собственные действия, вернее бездействие. Я же не сопротивлялась, сама села в машину, и продолжаю молчать, никак не выказывая недовольство. И только продолжаю рассматривать его ладони, сжимающие руль. Отъехав несколько метров и остановившись в пробке, Волков сам поворачивает голову в мою сторону. Никогда бы не подумала, что столь красивая улыбка может вызвать мое раздражение. Нет, это не просто улыбка, это что-то победно-триумфальное. Точно, с таким выражением получают награду или выигрывают лотерейный билет.
— Чего молчим, Зайка? Потеряла дар речи?
— Любуюсь вашей улыбкой.
— Точно любуешься или хочешь выбить мне зуб? — ничего не отвечаю, единственное, что я делаю, так это отворачиваюсь и смотрю в окно на остановившийся рядом с нами автобус. И стоило мне только на него взглянуть, как до меня дошло, что в этом автобусе едет сейчас Олег и он видел всю эту сцену на остановке. Какой кошмар!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Зачем вы это сделали? — после продолжительной паузы, наконец, выжимаю из себя интересующий меня вопрос, стараясь не выдать раздражение в голосе.
— Тут есть два варианта. Первый — я дал тебе огромный шанс, а если быть точнее-Олежке.
— Какой шанс, что вы несете?!
