А для того, чтобы показать, как они это делают, Гривас отдал приказ (попавший впоследствии в руки министра общественного порядка Меркуриса) захватить г. Каламату.
И несколько дней спустя, 20 января, в этот крупный город, являвшийся административным центром Пелопоннеса, ворвалась банда Манганаса численностью до 1200 человек. Ликвидировав местные власти, хитосы в течение двух дней беспрепятственно чинили кровавую расправу. Только в тюрьме они уничтожили десятки заключенных патриотов. После этого бандиты взяли 84 заложников из числа демократически настроенных граждан и безнаказанно ушли из города.
В связи с этими событиями газета «Элефтерия» писала, что ядро отряда Манганаса, как и всех 120 монархических банд, составляли бывшие офицеры «охранных батальонов». «Они, — сообщалось далее, — снабжены оружием, которое сдала ЭЛАС, а также английским оружием, официально предназначавшимся для греческой армии. По проверенным данным, только бандам, действующим в Пелопоннесе, было роздано 15 тыс. винтовок и карабинов». Тогда же газета «Ризоспастис» опубликовала даже имена шоферов, доставлявших оружие из Афин в южную часть Пелопоннеса по приказу монархических офицерских организаций.
Наряду с усилением террористической деятельности «черному фронту» удалось пробить первую серьезную брешь в лагере центристов. В первой половине января от них откололась одна из группировок либералов, возглавляемая сыном основателя этой партии Софоклисом Венизелосом. Последний организовал «либеральную партию венизелистов», которая в блоке с приверженцами Папандреу и Канелопулоса образовала так называемый национально-политический союз (ЭПЭ). Вслед за тем эта группировка блокировалась с монархической популистской партией и ее различными филиалами. В результате был сколочен ультрареакционный «Священный союз», провозгласивший своей целью борьбу против всех демократических сил — и левых и центристов.
«Священный союз» начал с того, что 14 января 1946 г. собрал всех своих сторонников на столичном стадионе в качестве контрвыступления в ответ на массовый митинг, проведенный левым блоком 23 декабря 1945 г. На этой первой репетиции объединенных сил реакции в. преддверии выборов выступили все их лидеры от Цалдариса до Венизелоса. Они призывали своих приверженцев беспощадно подавлять демократическое движение, обещая им полную безнаказанность. Это сборище реакционных сил явилось сигналом для нового усиления монархо-фашистского террора в стране, который и достиг в последнее время, по признанию премьер-министра Софулиса, «наивысшего размаха».
Одним из проявлений усилившихся бесчинств монархистов была и расправа, учиненная ими в г. Каламате. Она особенно ярко показала, что республиканское правительство буржуазного демократа Софулиса бессильно унять «черный фронт». Зато для подавления экономических и политических выступлений трудящихся силы у него нашлись.
Начало 1946 г. ознаменовалось новым подъемом рабочего и демократического движения. По всей Греции прокатилась мощная волна митингов и демонстраций. Их участники требовали не только работы, аннулирования антирабочих законов и повышения заработной платы, но и вывода английских войск, прекращения террора, развязанного «черным фронтом» против греческого народа, создания представительного прогрессивного правительства и обеспечения нормальных условий для демократического развития страны.
Забастовки во многих городах приняли всеобщий характер. 7 января начали стачку рабочие Афин и Пирея, а несколько дней спустя — и государственные служащие, бастовавшие впервые в истории Греции. Всеобщие забастовки прошли в Каламате, Корфу, Эгионе, Пиргосе, Салониках, Эдесе и Кавалле. К ним присоединились рабочие Янины, Триккалы, Ларисы.
Борьба рабочего класса носила упорный характер. Он был обусловлен как политическим террором правых, так и растущим произволом предпринимателей, взвинчивавших цены и в то же время отказывавших рабочим в повышении заработной платы. «Прожиточный минимум, — писала «Ризоспастис», — для семьи в 4 человека в январе 1946 г. составлял 400 тыс. драхм в месяц, а средняя зарплата рабочего и государственного служащего — лишь от 30 тыс. до 60 тыс. драхм».
В стране царила массовая безработица, охватившая 60 % рабочих. Усилилась инфляция, которой способствовали спекуляция и массовый выпуск бумажных денег, не имевших обеспечения. В то время как в стране свирепствовал голод, греческое правительство только английскому командованию предоставило бумажных денег более чем на 11 млн. фунтов стерлингов с целью закупки продовольствия для расквартированных в Греции британских войск, численность которых достигала тогда 30–40 тыс. солдат. Легко представить, каким тяжким бременем легло это на ресурсы страны, особенно если учесть, что стоимость 1 фунта стерлингов за короткий срок возросла в 50 раз и достигла огромной суммы — 200 тыс. драхм.
Поскольку экономическое оздоровление было немыслимо без нормализации всей ситуации в стране, борьба трудящихся в большинстве случаев носила политическую окраску. Это вынужден был признать и председатель Союза греческих промышленников Хр. Кацамбас: «Конечно, — заявил он на годовом собрании этой организации, состоявшемся 1 января 1946 г., — многие официальные забастовки носят экономический характер, но большинство из них — чисто политические».
Правительство Софулиса попыталось подавить выступления трудящихся. Для этого в ход были пущены и репрессии и посулы. 11 января 1946 г. афинская полиция дубинками разогнала демонстрацию бастующих, собравшихся у здания министерства труда, а в Салониках жандармы стреляли в стачечников, в результате чего многие рабочие были тяжело ранены.
В то же время премьер-министр Софулис в ответ на требования профсоюзов признал, что «обесценение драхмы является результатом атаки, начатой плутократией», и пообещал принять меры к улучшению положения трудящихся. Однако дело ограничилось тем, что 8 февраля 1946 г. была весьма незначительно увеличена заработная плата, да и то лишь квалифицированным рабочим.
В те же дни правительство предприняло шаг, который свел к нулю эту прибавку и вызвал дальнейшее усиление инфляции. Речь идет о подписанном в конце января 1946 г. печально известном соглашении «Об экономической стабилизации и финансовой помощи». Согласно этому документу Англия обязалась предоставить Греции заем в сумме 10 млн. фунтов стерлингов. В действительности же соглашение представляло собой обман греческого народа, совместно организованный британским и греческим правительствами.
Суть этого маневра раскрыла та же газета «Ризоспастис». Во-первых, предоставлением займа на 10 млн. фунтов стерлингов Лондон стремился уклониться от возвращения Греции ее золота на 42 млн. фунтов стерлингов, находившегося с 1941 г. в английских банках. Во-вторых же, именно в этот период греческое правительство передало британскому командованию вышеупомянутые 11 млн. фунтов стерлингов для закупок продовольствия в Греции.
В итоге фактически Англия никакого займа Греции не предоставляла. Зато результатом такой «стабилизации» явилось резкое увеличение находившихся в обращении в Греции бумажных денег.
Такими же фальшивыми были и полученные делегацией ЭАМ в начале января обещания Софулиса положить конец усиливавшейся, по его же собственным словам, «активности террористических организаций». Напротив, террор принимал, как показано выше, все более разнузданный характер. В конце концов премьер-министр беспомощно заявил: «Все меры правительства парализуются хитосами. Четыре пятых государственного аппарата, органов юстиции, жандармерии, полиции и офицерского корпуса — хитосы. В провинции господствуют банды… Они хорошо вооружены, передвигаются на лошадях и творят все, что им вздумается».
Из сказанного выше явствует, что положение в Греции в начале 1946 г. характеризовалось углублением политического и экономического кризиса. Приход либералов к власти
