нас за нос?
На самом деле надежда есть.
Наше подлинное «я» не затрагивается чувствами страха, беззащитности или стратегиями ума, которые изо всех сил стараются обезопасить нас от этих ощущений. В нашей истинной сути заложены безопасность и процветание.
Все, что связано с психологическими переживаниями, носит временный характер, находится в движении и лежит на поверхности. Без сомнения, мы испытываем их влияние. Но воздействие, которое мы ощущаем, – это движение изменяющейся энергии, которая принимает форму мыслей и чувств. Это наша психология, человеческая погода. Мы ощущаем атмосферные явления, которые проходят через нас, после чего их тут же заменяет другая погода. Они кажутся личными и долговременными, потому что мы на них сосредоточиваемся и отождествляем себя с ними, как будто это и есть наше «я». Нам некуда больше направить взгляд. Поэтому, если устранить это недопонимание естественным путем, мы будем меньше отождествлять себя со своими переживаниями. Когда мы видим их в истинном свете, они ослабляют свою железную хватку.
Продолжая исследование нашего подлинного «я» и принципов работы ума, я научилась бдительно следить за тем, что говорит мой ум, выяснять, почему он это говорит и, самое главное, кто я есть за пределами этого ограниченного монолога.
* * *
Вспомните и приведите один пример того, как жизнь проживает вас в соответствии с вашей истинной природой, невзирая на то, что говорит ум.
Глава 26. Свобода ума
Я осознала, что являюсь всегда свободной, вечно благоденствующей бесконечностью за рамками движущегося, изменчивого эмоционального опыта. Я не только понимаю эту истину, но и имею наполненное смыслом, подтвержденное практикой знание, поэтому мне чаще удается видеть, как сквозь мое сознание движется череда впечатлений. Конечно, у меня по-прежнему возникают мысли о неуверенности в себе, но теперь я воспринимаю их как прохожих. Я чувствую, как все больше разделяются мой эмоциональный опыт и то, что я называю своим «я» и домом. Пространство между мыслями и чувствами, возникающими в моей голове, и осознанием того, кто я есть на самом деле, увеличивается.
Очень давно мой ум выдумал несколько историй. (Он также сделал несколько домыслов сегодня утром, ведь в этом заключается его работа.) Но эти истории не «я». Я ориентируюсь в них чувствами, не прислушиваясь к словам. Я знаю, что ум лжет. Он пытается защитить меня с помощью неправильных стратегий и интерпретаций, поэтому нет никакого смысла вникать в их содержание. Вместо этого я чувствую, что имею дело с ограничивающими домыслами. Когда чувство бесконечности уменьшается, я понимаю, что процесс пошел. Я начала отождествлять себя с чем-то – с мыслью, концепцией или ложной личностью – мне не принадлежащим. Тут мне нечего осмыслять и не за что держаться.
Ощущения напоминают, что мне пора отпустить переживания. Они напоминают мне, кто я есть на самом деле.
Я чувствую связь со своим истинным «я», даже когда ум говорит громко, властно и все время повторяется и даже когда у меня плохое настроение.
Я четко вижу, что привычки совершенно меня не характеризуют.
Я не молчаливый человек. Не закрытый человек и не тот, кто хочет все держать под контролем. Я не являюсь достигатором ни большого, ни среднего, ни вообще какого-либо уровня. Мысли, которые были связаны с этими качествами, прошли сквозь меня, я приравняла себя к ним и начала действовать соответствующе. Но они больше не кажутся мне лично значимыми. Можно сказать, что мысли были частью моей индивидуальности, но даже моя индивидуальность не кажется мне лично значимой. Это всего лишь форма, которую через меня принимает энергия. Различные проявления энергии в любой произвольный момент создают всякого рода мысли, варианты поведения и личностные качества. То, что мы называем личностью, – это по большому счету жизнь в соответствии со старыми защитными стратегиями ума. Мы продолжаем так жить, потому что не видим других вариантов. Но это не мы. Личность – это надетая на нас маска. Вы можете носить одну и ту же маску на протяжении всей жизни, но это лишь игра.
Теперь, когда я не так тесно ассоциирую себя с прошлыми стратегиями, мой ум уже менее отчаянно пытается прикрыть мне тыл, защитить свободу и сохранить молчание.
Эти стратегии ушли далеко не полностью, но я больше не чувствую в них потребности. Я либо сразу узнаю их, как только они появляются на горизонте, либо замечаю неуверенность и стресс от попыток ума завладеть ситуацией. Я помню, что к себе не нужно относиться слишком серьезно.
Например, сегодня утром новый сотрудник моей компании представил работу, которая не была сделана на должном уровне. На меня нахлынул поток мыслей, крутящихся около: «Я не в силах получить то, о чем просила». Объективно слабый результат подчиненного не представлял серьезной проблемы, но по ощущениям было все совсем наоборот, потому что ум по привычке наделил ситуацию смыслом.
Чувства показали мне, что происходит. Я ощутила сильный прилив энергии, хотя происшествие никак нельзя было назвать трагедией, и поняла, что не могу объективно воспринимать реальность. Я осознала, что смотрю на ситуацию через фильтр ума, но, как только это поняла, мысли и чувства быстро растаяли. Я дала сотруднику обратную связь и попросила переделать задание – так поступил бы любой человек без моих застарелых стратегий ума. Хоть старые мысли и возникли, но они не казались ограничивающими и проблемными.
Сегодня стратегии моего ума больше похожи на тенденции, чем на приказы. Я воспринимаю их как излюбленные домыслы, привычки и склонности ума, которые не могут меня пошатнуть. Благодаря внутреннему пространству и интуиции я почти всегда наблюдаю за ними отстраненно.
Глубинная связь с подлинным «я» обостряет мои чувства ко всему, что не кажется легким, открытым и свободным. Раньше я постоянно жила с тяжелым грузом беспокойства и фоновым чувством тревоги, согласно навязанным умом правилам. С этой позиции я не могла осознать, что ум принуждал меня усерднее работать, лишь бы никто не вздумал мной командовать, и помалкивать, потому что до моих слов никому нет дела. Эти ограничивающие мысли очень давили, но я этого не замечала, потому что жизнь под давлением казалась для меня нормой. Я была рыбкой, которая спрашивает: «Что еще за “водичка”?»
Когда я с выдохом погрузилась в свое истинное «я», ум стал вести себя намного тише. Теперь его вторжение с целым ворохом мнительных мыслей и чувств легко заметить на фоне полного покоя. Я узнаю их и не принимаю близко к сердцу. Это просто результат работы ума, который выполняет свою обычную функцию.
Но если я неправильно воспринимаю свои переживания
