из футляра пенсне и склонился над схемой. — Вот посмотри, Олег… всего одна микросхема в УНЧ… так, а остальное… хм… всего десять транзисторов и немного сопутствующих элементов…
— Константин, а это, я так понимаю, реверсивные узлы? Но зачем? — Краснов поднял со схемы взгляд на Иванова.
— Для того, чтобы улучшить параметры устройства, — пояснил за него Зимин. — Знаете, Костя… вам снова удалось меня удивить. Да-да, блестящее схемотехническое решение.
— А теперь давайте прикинем стоимость этого аппарата, — улыбнулся Константин. — Мне тут подсчитали всё… — он полез в карман и достал листок с расчётом Иры. — Итак, общая себестоимость платы будет 18 рублей 64 копейки. Если человек заказывает синтезатор, накидываем ещё двадцать один рубль сорок копеек. Плюс плата диапазонных фильтров… это ещё 8 рублей 13 копеек. Итого получается сорок восемь рублей семнадцать копеек.
— Но это только набор? — уточнил Зимин.
— Совершенно верно. Мы планируем выпускать четыре варианта наборов.
— Интересно, озвучь, — попросил его Алексей Сергеевич.
— Итак, вариант первый — полностью собранный аппарат. Тогда к итоговой сумме добавляем пять сорок за сборку и ровно десять за настройку. Всего 63 рубля 57 копеек.
— А посылторговский вариант, как набор, стоит шестьдесят четыре рубля, — ошарашенно проговорил Олег. — И он — однодиапазонный, а тут…
— Вариант два — набор деталей с синтезатором — те сорок восемь рублей. Ну, и вариант, когда человек хочет собрать конструкцию с генератором плавного диапазона. Получим либо восемнадцать — шестьдесят четыре, либо ещё плюс семнадцать-сорок. Заплатив тридцать шесть рублей четыре копейки, ему останется лишь собрать ГПД. Остальное всё собрано и налажено — пользуйся.
— Но, как я понимаю, это малосигнальная часть аппаратуры, — прищурился Зимин.
— Выходной каскад будет строить каждый радиолюбитель индивидуально, исходя из личных пристрастий и своей категории.
— Блестящий план, Константин, — Алексей Сергеевич посмотрел на него с уважением. — Теперь я понимаю, почему вас бесполезно уговаривать на научную работу. Вы действительно создали аппарат, который будет востребован среднестатистическим радиолюбителем. При таких параметрах и такой компактности… браво! — он сделал три хлопка. — А во сколько будет обходиться, скажем, ведомственный аппарат?
— У меня нет технических характеристик для такой аппаратуры, — покачал головой Иванов.
— Константин, а вы говорили о второй модели! — не унимался Краснов.
— Пока она в стадии разработки. Там совершенно другая схемотехника, другой уровень…
— Ну, озвучьте предполагаемые параметры, — настаивал Олег.
— Хорошо. Итак, схема также с одним преобразованием частоты на двух кварцевых фильтрах — основном и подчисточном. Имеется плавная регулировка полосы пропускания от трёхсот герц до двух целых семидесяти трёх сотых килогерца, плюс к этому планируется автоматически регулируемая подача напряжения с гетеродинов на смесители. По параметрам, коэффициент шума — около 13 децибел… Но реальных, а не теоретических. Потом динамика — я просчитал, что будет около 112 децибел. Ну и АРУ — от 65 до 110 децибел… Ах, да! совсем забыл про диапазоны — здесь практически весь ряд любительских коротковолновых, плюс два УКВ — 144 и 430 мегагерц. Трансивер получится компактным, с размерами 30х30х12 сантиметров. Всё предусмотрено, чтобы сделать его ремонтопригодным — поставим защёлки и цанговые механизмы, чтобы платы отодвигались, пропуская на низший уровень. Его мы также планируем выпускать в нескольких вариантах наборов. Примерная себестоимость уже другая — на уровне четырёхсот пятидесяти рублей. Но это будет настоящий шедевр отечественной радиоэлектроники.
— Думаю, что такая аппаратура заинтересует и некоторые ведомства, — резюмировал Зимин. — Да и за рубеж с этим товаром можно выйти — за такую продукцию стыдно не будет.
— Алексей Сергеевич, если наверху станет вопрос о выпуске ведомственной техники, боюсь, вам придётся воплощать в реальность ваше же предложение о строительстве нового завода. Что может обычная артель? Это двадцать аппаратов в месяц класса «Прометей-БМ1» и два-три аппарата «Прометей ПМ1» — соответственно базовая и профессиональная модели, если кто не понял. В случае перехода на промышленный выпуск… — Костя покачал головой — там такие объёмы, что нам не хватит ни времени, ни сил.
— Но вы же понимаете, что такие вопросы с наскока не решаются? Нужны веские основания.
— Поэтому я предлагаю не пороть горячку, а дождаться выхода в серию обоих аппаратов. Вы сможете показать товар лицом, как говорили в старину — убедить всех не верящих, что при небольшой переделке — частотного диапазона и добавления модуля выходного каскада, они получают базовый и профессиональный аппараты для народного хозяйства и военных.
— Мне иногда кажется, что вы возрастом старше меня, — усмехнулся Зимин. — Мне даже возразить нечего.
— А зачем спорить там, где логически всё очевидно? — улыбнулся Иванов.
— Полностью согласен с вами. Тогда подытожим наши выводы. Первое, мы заберём три копии синтезатора, интерфейс…
— Кварцевый фильтр тоже можете забрать, — добавил Костя. — Хоть он собран пока в одном экземпляре, но мы спаяем еще. Это не проблема.
— Костя, а вы не умеете читать мысли? — удивлённо посмотрел на него Зимин.
— Нет, Алексей Сергеевич, просто логика и ничего более.
— Благодарю, не откажусь от вашей действующей модели фильтра. Я его покажу моим сотрудникам в качестве образца, к которому они должны стремиться. Посмотреть начинку нам не удастся — вы же его запаяли?
— Это конструктивная необходимость.
— Я вас понял, — кивнул тот.
— Алексей Сергеевич, когда ждать патенты?
— Ну, с изобретательскими всё не так, как с рационализаторскими, но механизм запущен уже вчера вечером. Я звонил своему однокашнику и другу, который как раз специализируется на компьютерной технике. Простите старика, не утерпел и сообщил ему, что интерфейс для компьютера уже создан и благополучно работает. Он, конечно, не поверил, но моё слово ещё чего-то стоит. Так что руки чешутся посмотреть и главное — опробовать вашу технику не у меня одного. По остальным направлениям начну готовить почву для высокого начальства. С одной стороны, у вас есть бумажка, по которой никто без вашего согласия не переместит товарища Иванова туда, куда он не хочет, с другой… с другой очень жаль, что вы настолько упрямы — научные исследования, поверьте, тоже бывают очень интересными.
— Алексей Сергеевич, мне хватило научных исследований при охране объекта «Иссык-Куль»… так хватило, что словами не передать… на всю оставшуюся жизнь.
— Понимаю и именно поэтому не пытаюсь больше переманить к себе. Даже моим замом, — прищурился он и вдруг рассмеялся. — Простите старика, это была последняя попытка. Больше не буду. Куда собираетесь дальше идти? Какую стезю планируете осваивать?
— Планов много, однако, постараюсь воплотить все наработки в металл и электронику. А дальше… дальше будет видно.
20 мая 1982 года. г. Рябиновск. Старая площадка приборостроительного завода. Сразу после обеда
Ещё вчера, на следующий день после отъезда смежников, Костю и Михаила захлестнула волна подготовки новых конструкторских
