наконец, не ударяюсь яйцами об ее задницу. Замираю.
Каждый толчок сопровождается вскриком Арины. Конечно, ей еще больно. Но это только сейчас.
Даже зная, что причиняю ей боль, я не смогу остановиться. Пока не кончу. Пока член не оботрется о ее стенки так, что заглушит абсолютно все другие чувства и ощущения.
Поднимаю лицо и смотрю на Арину. Слезы стекают по вискам. Она лежит и смотрит в потолок, прикусив губу.
Убираю руки с ее бедер и облокачиваюсь на локти по обе стороны от ее головы. Я ведь и правда придавил ее своим весом.
Касаюсь ее губ.
— Потерпи еще, — шепчу в них и впиваюсь жадным поцелуем.
Опять толкаюсь в нее. И членом, и языком.
Она пытается стиснуть зубы. Наверное, от боли. Но я не даю ей этого сделать. Целую ее. Впиваюсь. Высасываю.
— Ри, — хриплю в губы, не останавливаясь ни на минуту. — Маленькая сладкая Ри.
Голос срывается. Дыхание сбито. Так ахуенно мне давно не было.
По позвоночнику прокатывается волна и выстреливает, разнося отголоски оргазма по всему телу. Едва успеваю вынуть член и тут же живот Арины покрывается белыми каплями.
Приподнимаюсь и смотрю на красные следы. И получаю дополнительный импульс. Пальцами сжимаю член.
— Мне досталась, — довольно улыбаюсь. — Моя девочка.
Опять смотрю на Арину. Она переворачивается на бок и сжимается. Обнимает себя руками.
Молча беру ее на руки и несу в душ. Сажаю ее там и начинаю мыть. Сам. Впервые в жизни я мою девку после секса. Но сейчас мне хочется это сделать.
Убираю ее руки с груди и рукой поглаживаю припухшие мячики, направляя на них теплую воду.
— Раздвинь ноги, Ри, — прошу ее.
Она не слушается.
Тогда я сам рукой развожу их и направляю туда напор воды из душа. Смотрю, как розовые капли воды стекают по ногам. Любуюсь покрасневшими складками. Чувствую, как опять меня накрывает желание трахнуть ее. Но нет. Не сейчас. Пусть отойдет.
Я сделаю это. И не раз. Потом.
Но не могу удержаться от хотя бы прикосновений. Кладу ладонь Арине между ног и она опять поднимает на меня испуганный взгляд.
— Не бойся, — пытаюсь успокоить ее. — Разве я не доказал, что не надо меня бояться?
Аккуратно, медленно протираю нежные складочки.
Приближаюсь к ней и опять целую. Не убирая руку.
Чувствую, как напрягается член.
— Сука! — ругаюсь вслух. — Хватит!
Выключаю воду и обматываю Арину в полотенце. Опять беру на руки и несу на кровать.
Кладу ее. Сам ложусь рядом. Притягиваю ее к себе и накрываю нас одеялом. Член упирается в махровую ткань полотенца. Надо отвлечься.
— Арин, — шепчу ей, — давно Камиль за тобой бегает?
Молчит.
Разворачиваю к себе лицом и пристально смотрю на нее.
— Ты же не хочешь за него замуж? А? Отвечай!
— Не знаю, — шепчет она очень тихо. Едва шевеля губами.
— Я трахнул тебя сейчас, Арин. Я, — говорю твердо. — А ты думаешь о Камиле?!
Чувствую, что начинаю злиться. Сдвигаю брови.
— Я не думаю, — щебечет она.
— Молодец, — довольно улыбаюсь.
Опять разворачиваю ее и спиной прижимаю к себе. Обнимаю за талию.
Беру за подбородок и поворачиваю лицо к себе.
— Ты должна помочь мне, Арин, — шепчу на ухо. — От тебя многое зависит. Я знаю, что ты хорошая девочка. Послушная. Раньше ты слушалась папу. Теперь будешь слушать меня.
От тепла ее тела проваливаюсь в сон. Почти засыпаю, как сознание прорезает звонок. А потом и нетерпеливые удары в дверь.
33. Арслан
— Кто это, Арслан? Ты слышишь? — Арина оборачивается ко мне.
— Спи, — спокойно говорю я, не открывая глаз, и еще крепче прижимаю ее к себе.
— Надо открыть, Арслан, — не унимается она. — Ты слышишь? Звонят?
— Я никого не жду, — утыкаюсь носом ей в плечо. — И спать хочу.
Мы слышим звонки еще несколько минут. Но я не собираюсь открывать дверь. Зачем? Кому?
Мне не важно, кто там за дверью. Хотя я и догадываюсь.
Потом звонки в дверь прекращаются. Наступает тишина, которую прорезает теперь уже телефонный звонок.
Быстро встаю с кровати. Достаю телефон из кармана брюк и отключаю его, не глядя на экран.
— А вдруг что-то случилось, Арслан? — Арина приподнимается на кровати и взволнованно смотрит на меня. — И я ведь не сказала, где я… Папа будет волноваться.
— Будет, Арин, обязательно будет, — говорю я, заныривая к ней под одеяло, и хватаю ее за талию.
— Я так не могу, Арслан, — тихо произносит она и пытается встать.
— Мадина ему скажет, — делаю захват сильнее, притягиваю ее к себе и накрываю губы своим ртом.
Почему меня так тянет к ней? Хочется ее целовать. Сминать руками. Прижать к себе и чувствовать, как часто бьется сердце.
Арина что-то мычит мне в губы. Но я крепко прижимаю ее, не отпуская и на миллиметр.
От близости и от ее попыток вырваться член опять становится тверже. Он уже упирается ей в бедро. И она широко распахивает глаза. С испугом смотрит на меня.
Все еще боится.
Я не собираюсь трахать ее сразу же после того, как порвал. Поэтому отрываюсь от нее и шепчу ей в губы:
— Ты не представляешь, каких усилий мне стоит сдержаться сейчас. Если не хочешь, чтобы было хуже, просто послушайся меня. Делай, как я говорю. Посмотри на него.
За затылок опускаю ее голову, чтобы она видела мой член.
— Сука, — понимаю, что сам рою себе яму. — Нет. Лучше не смотри.
Опять разворачиваю ее к себе спиной.
— Спи. Просто спи. Не говори ничего и не двигайся, — говорю ей в спину и целую.
Не могу устоять.
И опять эти мурашки по белой
