автоматически ставит человека на вершину пирамиды внешности и успеха: быть белым – невероятное преимущество в жизни. Поэтому многие инцелы испытывают такую ярость, когда видят, как белые женщины встречаются с небелыми мужчинами. Форум переполнен постами, где участники сообщества выражают гнев по поводу преступлений против естественного, с их точки зрения, ранжирования людей по расовой принадлежности.
Самое интересное, что значительная часть пользователей инцел-сайтов – не белые. На самом большом сайте, incel.co, их доля почти 40 %. Тем не менее это не мешает небелым инцелам воспринимать расистский нарратив и признавать доминирование белых в качестве природного закона, который нельзя нарушать. Высока доля инцелов (согласно некоторым исследованиям, около трети), которые выражают желание стать белыми. Таких взглядов придерживался и Эллиот Роджер.
По мере того как все больше сайтов инцелов закрывают из-за ненавистнических высказываний и призывов к насилию, многие члены сообщества перебрались на другие зашифрованные, трудно поддающиеся контролю платформы вроде Gab[36] или телеграма. Кстати, именно на Gab активно общаются друг с другом инцелы и правые экстремисты. Примером человека, вхожего и в тот, и в другой круг, может служить Алек Минасян: он был активен на сайтах инцелов, но перед своим терактом выложил также пост в сообществе alt-right на 4chan. Эллиот Роджер также придерживался взглядов, которые разделяют как радикальное крыло инцелов, так и ультраправые. Иными словами, границы между инцелами-радикалами и правыми экстремистами довольно размыты. Как правило, преступники-одиночки не придерживаются радикальноинцельских взглядов в чистом виде, а исповедуют гремучую смесь самых разных экстремистских идей, включая даже так называемый экофашизм. Брентон Таррант, тот самый новозеландский убийца, который совершил теракт в Крайстчёрче, декларировал одновременно и этнонационализм, и заботу об окружающей среде: «Никакого национализма без экоактивизма».
17. Юхан
Когда всё получалось плохо, мне было ужасно стыдно и я обещал сам себе никогда не возвращаться. Но всё равно возвращался.
Инцел Юхан о своих визитах к секс-работницам
Юхан считает себя инцелом, поскольку «хочет секса, но заниматься им не с кем». Тем не менее раньше у него были отношения, которые он заканчивал по собственной инициативе, поэтому Юхана нельзя причислить к большой прослойке инцелов, вовсе не имеющих сексуального опыта.
Он живет в городе на западе Швеции, вырос в полной семье: мама, папа, брат. Его как младшего ребенка баловали, поэтому созрел он довольно поздно. В семье не наблюдалось ни психических заболеваний, ни злоупотребления алкоголем или наркотиками.
В школе Юхана дразнили, особенно в старших классах; выпустился он с посредственными оценками. По части карьеры дела складывались неважно: он подолгу бывал безработным, а те работы, на которые его все-таки брали, либо оказывались настолько стрессовыми, что приходилось уйти, либо были такими скучными и монотонными, что он сам не выдерживал. В данный момент он занимается волонтерством.
Как он воспринимает самого себя, как у него с самооценкой?
– Мне всегда не хватало веры в себя, и это создавало мне проблемы. Трудно быть довольным жизнью, когда ты безработный и к тому же одинок. Внешний вид у меня средний: слышал в свой адрес и комплименты, и насмешки. Сейчас волосы у меня поредели, но это не катастрофа.
Как реагировали женщины на его желание познакомиться?
– Я редко пытаюсь заигрывать с женщинами, контакты обычно происходят в интернете, а не лицом к лицу. На сайтах знакомств дело шло легче, потому что намерения сторон, так сказать, ясны с самого начала, но, конечно, когда тебя отвергают, всегда невесело. Это тяжело, задаешься вопросом, когда же у тебя получится, чувствуешь себя неполноценным. Однако мне никогда не попадались такие, кто намеренно хотел бы меня ранить.
Юхан рассказывает, что из-за приступов страха обращался и к психологам, и к психиатрам. Обследование показало, что у него есть расстройство аутистического спектра, однако формальный диагноз ему не поставили.
Когда разговор заходит о друзьях, Юхан говорит о себе, что он «волк-одиночка».
Я интересуюсь, как выглядит обычный день его жизни.
– Для меня важны привычки, поэтому обычно встаю в одно и то же время и примерно в одно и то же время ложусь. Когда есть свободное время, я обычно провожу несколько часов за компьютером, потом обедаю, смотрю кино – я киноман – или еду куда-нибудь на машине и придумываю что-нибудь интересное. В выходные родителей навещаю. По вечерам снова сижу за компьютером, опять же фильмы смотрю. Иногда хожу в кино и каждый день обязательно совершаю прогулку.
Так выглядит жизнь большинства инцелов. Их рассказы пугающе идентичны: одинокая жизнь в изоляции, где бóльшая часть времени проходит перед компьютером. В лучшем случае у человека есть работа, на которой он проводит несколько часов в неделю, или место практиканта, обычно временное.
Когда речь заходит об отношениях и сексе, Юхан отвечает: «Смотря что называть отношениями», – но нечто вроде этого у него было. К нему приезжали женщины из других стран Европы. В настоящий момент он одинок.
Его сексуальный дебют произошел поздно, Юхан несколько раз посещал секс-работниц, впервые – чтобы лишиться невинности, а затем – «ради острых ощущений». По его словам, возбуждение от нарушения закона даже лучше самого секса, однако эти визиты вызывают у него стыд.
– Когда всё получалось плохо, мне было ужасно стыдно и я обещал сам себе никогда не возвращаться. Но всё равно возвращался. Пожалуй, тут тот же самый механизм, что и с порнофильмами в юности. Иногда я брал порнуху в прокате, прямо не терпелось, а потом это чувство полностью улетучивалось и я клял себя последними словами. Наверное, тут работает какой-то внутренний моральный запрет.
Политические симпатии Юхана – в правой части спектра. Он пишет, что ему не нравится политика «культурного многообразия» – он не хочет, чтобы Швеция превратилась в «нечто вроде Ближнего Востока или Африки».
– Мы, шведы, заслуживаем собственной, хорошей страны.
Ненависти к женщинам он не испытывает. Напротив.
– Со многими женщинами у меня складывается приятное общение, они мне симпатичны. Ненависти никакой нет, но мне кажется, что оба пола могут питать друг к другу сложные, противоречивые чувства. Иногда, конечно, испытываю нечто вроде зависти. Девчонкам проще найти парней и секс, проще найти работу за счет квот. Зависть, если разобраться, глупое чувство, но оно у меня нечасто и возникает. Люди меня воспринимают как парня, который любит красивых девушек, потому что я всегда говорю им комплименты. Как говорится, ценитель женской красоты.
В обществе женщин ему комфортнее – он считает, что многие мужчины строят из себя мачо, а ему такой стиль не близок и вызывает растерянность. Поэтому он ценит
