А на следующий день Платон тоже остался один, но на работе, и ничего, справился!
Он вспомнил, что раньше, на его последней работе в оборонке, часто бывало так, что его оставляли одного решать сложные задачи и разруливать трудные, а то и тупиковые ситуации. Ибо его начальники знали, что он один быстрее найдёт выход из сложной ситуации, без помех от коллег, тем более от своего руководства, примет правильное решение и реализует его.
Но производственное одиночество Платона было недолгим.
После недельного отпуска вышел Гудин.
Иван Гаврилович впервые пришёл на работу небритым, с небольшой полностью седой бородкой, на что соскучившийся от нападок на чудака Платон в присутствии женщин сразу прореагировал:
– «О-о! Он у нас стал, как «Хуймэнгуэй»!?».
Понявшая всё Нона, злорадно засмеялась, а слабая на великий и могучий тоже вышедшая на работу Надежда даже не поняла значений этих слов.
В ответ, понявший смысл Гудин, но не успевший сразу ответить предусмотрительно вышедшему Платону, пристыдил весёлую женщину:
– «Смех без причины – признак…».
Но не успел он закончить фразу, как, выходящая в коридор, нашлась находчивая:
– «Угадай, кто из нас двоих молодая девочка… глупая и невоспитанная!».
Чуть позже Платон через смежную стенку слышал восторженный рассказ старца о своём отдыхе. Но чаще до его уха доносился, пытавшийся перекричать и перебить Ивана Гавриловича, взволнованный на похвальбу голос Надежды Сергеевны.
Проходя мимо, он лишь услышал отрывок их спора:
– «У неё талия… ослиная!» – непонятно про кого, возможно про Нону, и всерьёз ли, объявил Гудин.
– «Вы, наверно, хотели сказать – осиновая?!» – решила помочь подчинённому начальница.
– «Скажи ещё, что дубовая!» – не дал тот ей этого сделать.
Но через пару часов всё стихло.
Надежа опять укатила по личным делам, оставив дачников одних, каждого в своём огороде.
Для Платона вдруг стало привычно тихо, но только лишь до первого телефонного звонка.
Заигравшийся в шарики на компьютере Гудин снял телефонную трубку:
– «Это манометр?» – спросили в трубке.
– «Нет! Иван Гаврилович!» – гордо ответил ещё не отошедший от игры.
Зато надолго отошёл от футбола Платон.
В среду, 18 августа, обещали последний жаркий и солнечный день лета.
И прогноз оправдался.
В четверг Платон решил после перерыва всё же прервать паузу и съездить на футбол. Но, оказалось, опять было не суждено. Снова разразившийся ливень с перерывами шёл весь вечер и всю ночь.
И утром в пятницу на улице оказалось всего 9 градусов тепла.
Платон ещё несколько раз пытался съездить на футбол, но у него это так и не получилось.
В результате всего за пятнадцать игровых вечеров он забил всего 18 голов, но зато в этот сезон дал партнёрам 32 результативных паса.
Но один из его голов особенно запомнился Платону, так как был им мастерски забит после удачных коллективных усилий партнёров.
Разыграв с вратарём мяч от ворот, Александр Кислов не стал по обыкновению обводить всю команду соперников и завершать атаку мощнейшим ударом с близкого расстояния, а сделал длинную навесную передачу на левый фланг атаки. Очень высокий юноша Максим с садоводческого товарищества Платона в одно касание перевёл мяч головой по диагонали вперёд, но на правый фланг, почти на границу штрафной площади соперника. И тут Платон, стоя полубоком, почти спиной к воротам, неожиданно даже для себя подпрыгнув, кивком головы, тоже по диагонали, перебросил мяч через выбегающего вратаря прямо в дальнюю от себя «девятку»!
Однако аплодисментов от партнёров и соперников в этот раз почему-то не последовало.
Платон поблагодарил, сделавших вместе с ним гол, коллег, поняв, что дети давно привыкли к его мастерству, и их теперь не удивишь даже редким проявлением того с его стороны.
Платон также обратил внимание, что в этом сезоне Алексей Грендаль стал каким-то грустным и вялым. Более того, из его тела теперь вывалился явный живот, он стал реже играть в футбол, а играя, старался меньше бегать. Как оказалось, в мае он похоронил свою мать и теперь жил совершенно один.
Он также в этом году почему-то перестал курировать голевой баланс товарища, да и другие игровые партнёры предпочитали получать пасы от дяди Платона, не давая ему ответных передач даже при более выгодном положении того у ворот соперника.
Исключение всегда составлял только лишь футбольный маг Александр Бурков, дававший всегда пасы открытому партнёру, независимо от умения того играть в футбол, да изредка, в знак уважения, соседи Платона по его садоводческому товариществу.
Так что этим летом спортивный сезон Платона не совсем удался.
Ксения лишь иногда составляла компанию мужу в бильярд, значительно чаще соглашаясь посоревноваться в настольный теннис.
Ведь теперь играть в беседке при любой погоде и в любое время суток было одно удовольствие. Но эти игры продолжались лишь до середины августа, когда на заключительный турнир прибыл и Кеша.
Иннокентий по возвращении из Анапы восстановил взаимоотношения с Кирой, и даже в этот раз привёз её на дачу с ночёвкой, составив, наконец, заждавшемуся отцу и компанию за бильярдом.
А Екатерина с Виталием так ни разу и не приехали к отцу, несмотря на неоднократные обещания посетить его дачу в этом году.
Племянник Василий Олыпин, ещё в мае помогший дяде с доставкой на его дачу нового душевого бака, со всеми своими пятью детьми от двух браков, женой Дарьей и няней, на три недели съездил на своей новой восьмиместной машине в пансионат Алушты.
И вообще они попутешествовали по всему Крыму и части Украины, договорившись и встретившись в Киеве со вторым сыном Платона Владимиром.
Их путешествие затянулось почти на месяц, а возвратившись в Москву, они принялись активно готовить младшего сына Гавриила к первому классу.
К понедельнику, 23 августа, земля, наконец, напилась. Природа совсем оживилась.
Опять появились характерные для этого времени года вкусные запахи зрелого лета.
Возможно, поэтому, Платону опять вспомнились ещё с детства знакомые запахи позднелетней после дождя Москвы.
Вечером на даче, настроившись на лирический лад, он записал:
Ну, вот, наконец, мы дождались дождя!И знойного лета пропала пора!?Дышать стало легче, развеялся смог.Но большего сделать пока дождь не смог.
Вмиг влагу впитала сухая земля.Ещё бы нам надо дождя бы, дождя!И он хоть и редко, но всё же идёт.Комфорт для природы собой создаёт.
Неделя прошла лишь, и зной весь забыт.Потоки воды с крыш – дождь землю долбит.Уже стала мягкой сухая земля.И вновь оживились спросонья поля.
Трава зеленеет и что-то растёт,Собой изумрудный ковёр создаёт.Жара прочь пропала и холод возник.Что, осень настала? – народ снова сник.
Такие уж люди, всегда им не то.То жарко, то сыро, то снег заодно.То холодно, душно, и снега всё нет.Погода любая, как скопище бед.
Давно всем известно из песни одной:В Москве не бывает погоды плохой.Ведь всякая в жизни она благодать!И люди должны то давно бы понять!
Да! Понять это и многое другое людям не мешает! – решил писатель. Платон давно заметил, что в процессе совместного труда, будь то семейный, или общественный, производственный, учебный или спортивный – люди невольно как-то сближаются.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
