— Так вот она, чайная вечеринка, — заметила Элоиз.
— Постойте, вытащите кто-нибудь фотоаппарат, — сказала Дениз. — Мы должны задокументировать первое спиртное Хелен.
Марси достала из сумочки одноразовый фотоаппарат, и все весело загалдели, когда Хелен сделала первый глоток вина.
— М-м, очень вкусно!
О да, вот и все, что нужно. Один глоток. Добро пожаловать в мир «Я действительно так сказала?» и «Где я бросила свой лифчик?»!
Хелен сделала еще один глоток.
— Давайте сыграем в игру. В какие игры полагается играть на такого рода вечеринках?
— Я уже не знаю, какого рода это вечеринка, так что меня не спрашивайте, — сказала Бетси с «гнусной мордой лица», как выразилась бы бабушка Дэвис.
— Перестань быть такой ханжой, Бетси. Мы пьем, а не трахаемся с матросами, — заметила Джейн.
Гм… зло. Зейди все больше и больше меняла свое первоначальное мнение о Джейн на протяжении дня.
— Как насчет «Я никогда»? — предложила Дениз. — Ну, знаете, «Я никогда не занималась сексом в машине». А кто это делал — тот пьет.
— Почему вообще нужно заниматься сексом в машине? — спросила Бетси.
— Ну, знаешь, на самом деле некоторые из нас трахались еще в старших классах, — объяснила Джейн.
Пока Надутая и Костлявая сдавленно хихикали, Зейди смотрела то на Бетси, то на Джейн. Казалось, тотальная война неизбежна. Бетси покраснела, скорее от злости, чем от смущения. Однако Джейн нисколько не сожалела. Она только потягивала свой джин с тоником и оглядывала окрестности бассейна, высматривая мужчин. Загорелый парень с хвостом кивнул ей.
— Это было неуместное замечание, — сказала Бетси.
Хелен поставила свое вино и схватила обеих за руки:
— Девочки, пожалуйста. Мы старые друзья…
— Хорошо, я начну, — заявила Элоиз, чтобы ей приписали заслугу за окончание ссоры. — У меня никогда не было секса более чем с одним человеком в течение суток.
— Ну, надеюсь, что нет! — заявила Бетси. Хелен покраснела и захихикала. Гилда нахмури лась, задумавшись. Джейн выпила Надутая тоже. Бетси была в ужасе.
— Джейн! Что с тобой? Что, так делают все стюардессы?
— Да, Бетси. Нам приходится иметь всех пи лотов, прежде чем мы заходим на борт.
Джейн еще раз отхлебнула, просто чтобы досадить Бетси.
Заговорила Костлявая:
— Я никогда не позволяла парню снимать меня на пленку.
Откуда она знает? У Джека могла быть видеокамера на панели приборов. Или операторская команда следовала за ним по пятам и снимала через заднее стекло. Человек, который радуется, когда какая-нибудь старушка узнает его во время утренней пробежки, наверняка снимает на пленку каждый минет.
Ко всеобщему ужасу, Элоиз выпалила:
— Это было сделано с большим вкусом. И единственная копия у меня.
— Элоиз! Как ты можешь быть уверена? — спросила Хелен.
— Потому что я видела, как он вынул кассету из камеры.
— Он мог вести еще одну запись, о которой ты не знала, — заметила Джейн, пытаясь пробудить в ней тень неуверенности.
— Я доверяю ему. Он один из моих клиентов. Он знает, я могу выжать его, как губку. — Элоиз была налоговым инспектором. Она специализировалась на уклоняющихся от налогов.
— Ты взяла с него за это дополнительную плату? — спросила Джейн.
Проклятие! Джейн гораздо остроумнее, чем Зейди помнит. Та Джейн, образ которой остался у нее с той поры, когда Хелен училась в старших классах и они устраивали вечеринки с ночевкой, даже не знала, что блины надо переворачивать. Она складывала их на сковородку пузыристой клейкой массой, и они все сгорали, до тех пор пока кто-то не просветил ее.
— Поверь мне, я годами драла с него свое вознаграждение, — ответила Элоиз.
Пришла официантка с еще одним подносом напитков.
— Пожалуйста, леди.
— Мы этого не заказывали, — надула губы Бетси.
— Это от джентльменов, которые сидят вон там. — Официантка указала на ватагу парней по другую сторону от бассейна, наслаждавшихся бурбоном и сигарами. Один из них, большой и краснолицый, помахал рукой. Судя по волосам — не совсем цвета кефали, но близко к тому, — он, вероятно, не из Лос-Анджелеса. Девушки помахали в ответ, и он одарил их широкой улыбкой.
— Заказать ему выпивку? — спросила Хелен.
— Конечно, — ответила Джейн.
— Нет, конечно же, нам не следует этого делать! — ужаснулась Бетси. — Он может оказаться психопатом, откуда мы знаем?
— Некоторые из его друзей симпатичные, — заметила Элоиз, разглядывая одного из них, с заметной растительностью на груди. Щеголей в этой шайке не наблюдалось.
— Мы пришли сюда не для того, чтобы знакомиться с мужчинами. Мы здесь для того, чтобы отметить свадьбу Хелен и пообщаться друг с другом, — сказала Бетси.
— Так написано в книге? — спросила Зейди. — Почему на этом собрании так много правил? У меня такое ощущение, что я в католической школе.
— Тебе легко говорить, ты ведь не готовила это событие целых две недели.
Бетси была агентом по недвижимости. Плохим. На одном из самых активных рынков страны ей удавалось продать всего один дом в полгода. У нее в распоряжении было много времени. Бэрри, ее муж-подкаблучник, оплачивал счета из своего постепенно истощавшегося трастового фонда. Зейди ни чувствовала никакой вины из-за того, что Бетси провела две недели, планируя вечеринку, а теперь все изменилось. Сколько времени нужно, чтобы решить, что в программе будут завтрак, йога, тоники, шопинг и чай? Она не арендовала «Си уорлд», чтобы они могли поплавать с дельфинами. Кроме того, они провели целый день, предаваясь занятиям, одобренным Бетси, и если теперь настала пора пофлиртовать с волосатыми жителями далеких штатов, оплатившими им выпивку, так тому и быть. Зейди жестом подозвала официантку, чтобы послать ребятам напитки.
— Я никогда не ходила в туалет с открытой дверью, — продолжила Марси. Выпила каждая вторая, включая ее ближайшую соседку Ким. — Ты серьезно? — пронзительно воскликнула Марси. — Я даже никогда не позволяла Тиму увидеть, как я сижу на унитазе.
— Разве ты не сказала, что он видел, как ты рожала? — спросила Элоиз.
— Я никогда не занималась сексом с неамериканцем, — произнесла Дениз. — Я вовсе не расистка или что-то вроде того. Просто меня никогда не трахал иностранец.
Гилда выпила.
— Весенние каникулы.
Джейн тоже.
— Дополнительные прелести работы.
Она самодовольно улыбнулась Бетси.
Хелен покраснела и закрыла лицо руками.
Вино ударило ей в голову. С каждым глотком она все больше оживлялась и уже начала размахивать руками.
