— Она умерла? — слабо поинтересовалась Кира, выбираясь из под стульев. Её слегка трясло и подташнивало, и она пока ещё не разобралась, где именно болит от ударов рухнувшей мебели.
— Мертвее мёртвого. — заверил Клауд, попинав быстро уменьшающийся труп носком сапога.
Пересилив себя, Кира сдёрнула с окна занавеску и торопливо прикрыла белое сморщенное тело женщины.
— Подумать только: эта старая грымза жила бок о бок с нами столько лет! — прошептал Пнум, потрясённо глядя на пятно крови, быстро расползающееся по занавеске.
— Может не все. — возразила Кира. Ей стало неприятно, что Пнум и Клауд так относятся к мёртвой старушке: пусть она и была оборотнем, всё же и человеком она была тоже.
— Нет, — покачал головой Клауд, — простой оборотень не смог бы жить в деревне долго. Для них ходить рядом с людьми всё равно, что волку прогуливаться мимо овечьего стада. Либо её обратили недавно, либо она очень хорошо себя контролировала, а значит… — Клауд не договорил, принявшись задумчиво почесывать затылок дулом револьвера.
— Может и с нами поделишься, раз такой умный? — хмуро спросил Пнум.
— М?.. А, конечно: мы только что убили Первого оборотня.
Пнум поменялся в лице, Кира непонимающе сморгнула.
— Почему первого? Те двое внизу не считаются, что ли?
— Говорила, что знаешь про оборотней, а о «Первых» даже не слышала. — удивился Клауд.
— Я говорила, что «слышала» про оборотней, — поправила Кира, — я не говорила, что знаю о них всё.
Клауд вздохнул, как всегда, когда ему приходилось что-то объяснять.
— Ладно, если вкратце, то получается примерно следующая картина: если оборотень укусит тебя в полнолуние, ты сам становишься оборотнем, но ведь должен быть и самый первый оборотень, который покусал первого человека, верно? Так вот, они берутся от браков людей и волков.
— Какая гадость… — поморщилась Кира.
— Такие твари сильнее и опаснее прочих. — невозмутимо продолжал Клауд. — И наша бабуля была вожаком местной стаи, тем самым Первым оборотнем.
— Час от часу веселее. — Кира без сил плюхнулась в освободившееся кресло. — Это хоть как-то нам поможет?
Клауд снова задумчиво поскрёб затылок револьвером.
— Потеряв вожака, они либо отстанут, либо так озвереют, что порвут нас на маленькие неровные кусочки. Или совсем никак не отреагируют — такое тоже возможно.
— Может, хватит?
— Что? — не понял Клауд.
— Ты себе голову прострелить не боишься? — Кира кивнула на револьвер. — Он хоть на предохранителе?
— А, дурная привычка. — отмахнулся вор. — У кого не бывает?
— У меня.
— Ты когда думаешь — дёргаешь себя за мочку уха.
— Но не револьвером же голову скребу! — воскликнула девушка. — Нет, правда, нашёл, с чем сравнивать!
— Я вас двоих вообще не понимаю! — пожаловался Пнум.
Клауд и Кира удивлённо обернулись на портного.
— Вы о чём болтаете? Там за дверью стая оборотней разгуливает!
— Думаешь, им скучно без нас? — спросил Клауд. — Сейчас повеселю! — пообещал он, открывая окно.
— Ты что творишь! — громким шёпотом закричал Пнум.
— Если есть другие варианты — озвучь, я весь внимание. — пропыхтел парень, подтаскивая тело старушки к окну.
— Ты спятил?!
— Не волнуйся ты так, я только чуть-чуть не в себе.
Клауд с натугой поднял покойницу и перевалил через подоконник, сразу захлопнув окно. Тело звучно шмякнулось о землю.
— Теперь посмотрим, как они отреагируют. — Клауд с энтузиазмом припал к стеклу, вглядываясь в темноту.
«Кажется, я и раньше замечала у него задатки маньяка.».. — подумала Кира.
Ночь определённо обещала быть долгой…
* * *
— Дело почти в шляпе, остаётся лишь передать подарочек получателю! — Говоривший это старичок энергично потёр сухонькие ручки. — Подумать только! За такую безделушку целая шкатулка драгоценностей! Но… — Он перевёл строгий взгляд на вора, — только если реликвия попадёт куда надо и без лишнего шума.
— Я за доставку не возьмусь! — воскликнул вор, панически отшатнувшись от стола, словно старик сунул ему гремучую змею. — Хватит и того, что я её крал!
Вор осёкся и боязливо огляделся, будто опасаясь, что кто-то мог их подслушать. Они сидели в комнате на верхнем этаже трактира, заперев дверь и задёрнув шторы, в атмосфере, так сказать, полной конспирации. Вор до сих пор ещё не пришёл в себя после последней «работки», и по справедливости считал её верхом своей карьеры в качестве взломщика. Однако выкрасть реликвию было только половиной дела, и вор опасался (и не безосновательно) преследования, потому и стремился как можно скорее получить плату и исчезнуть, хотя бы на пару месяцев.
— Успокойся, дурак, тебе и не понадобится. — пренебрежительно осадил его старик. — Чтобы замести следы, нужны совсем посторонние люди, которые доставят реликвию надёжному человеку, не имея понятия о её ценности, а тот уже передаст покупателю. Сложнова-то, но зато верно.
Вор имел совсем другое мнение на сей счёт, но промолчал. «Не лезь не в своё дело» — главное правило, которому стараются следовать все благоразумные люди, а вор относил себя именно к таковым.
— Завтра я этим займусь, — кивнул старик, — а ты позаботься скрыться: искать станут того, кто украл, и ты единственная ниточка, способная привести их ко мне и к реликвии. Ты уверен, что тебя не проследили до города?
— Совершенно! — кивнул вор.
— Тогда улетай отсюда куда хочешь, только не тяни с этим. Лучше тебе убраться из города в ближайшие дни.
Вор кивнул, спрятал в карман мешочек с драгоценностями — плату за работу, — и тенью выскользнул из комнаты.
* * *
— Нет ничего чудеснее, чем проснуться утром!
Потянувшись, Кира зевнула так, что на глаза навернулись слёзы. Поспать, конечно, толком не удалось, но зато она поняла простую истину: если утром ты видишь солнце, и тебя никто не сожрал, значит, жизнь удалась.
Пнум её радость, видимо, не разделял: портной с тоской бродил по разорённому магазину, где ночью успели порезвиться оборотни, прежде чем труп вожака их спугнул. Правда, подсобное помещение они не тронули (видимо потому, что там была «вотчина» Сивулы), и вся одежда осталась цела, так что Кира его горя не разделяла. Костюм старушка перешила ещё днём, до нападения своих собратьев. Кира живо переоделась и теперь крутилась перед зеркалом, мурлыча себе под нос.
— Мы пойдём. — сказал Клауд, расплатившись с Пнумом. — Не пойми меня неправильно, но задерживаться в этой проклятой деревне лично у меня нет никакого желания.
Пнум горестно вздохнул и сгрёб со стойки пять жемчужин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
