Тера и Лили переглянулись.
– Фиалка попросила Священный Круг не придавать дело огласке, – ответила Лили.
– Почему?
– У неё были на то свои причины.
«Личные причины», – решила Фелис.
– – –
Холодное голубое лезвие, узкая полоска клинка…
Глупая была идея.
Как маленький нашкодивший ребёнок, она бросилась заметать следы проказы. Кинулась на Эсмеральду, в ноги девяти волшебницам Священного Круга, умоляла, чтобы, не дайте боги, инцидент не вошел в анналы истории памятником человеческой глупости. И без того дышащий на ладан брак расползся окончательно, словно старая простынка. Вот так-то, будучи «слегка» беременной, впопыхах выскакивать замуж за друга детства, которого толком не видела с этого самого детства… Что до Джейми… что же, о «демоническом отродье» все очень быстро забыли.
Меч истины вошёл глубоко, вспарывая привычные реалии и выворачивая их неприглядными потрохами наружу. Всю свою силу, всю магию Фиалка вложила в заклятие. Ей не осталось ничего.
Молодая женщина коснулась карты с мечом. Пришлось начинать всё заново. Новое имя. Предсказание будущего вместо управления воздушной стихией. Развод. Новый друг-единственный, благочинный лорд Дивейнен, за которого она, кстати, официально замуж так и не вышла (хотя он звал!). Плавно меняющиеся, точно карты в раскладе, девушки в такой родной «Цветочной» группе, где каждая новенькая знала о прежней жизни «почетного ветерана» меньше предыдущей…
В конечном итоге это стало закономерностью, в определённой степени облегчавшей Фиалке жизнь. Никто не напоминал ей о сыне, не спрашивал о малыше Джейми, сгинувшем подобно его настоящему отцу.
«Мой выбор…
Я сама, совершенно сознательно приравняла его к тем, от кого хотела избавиться. Знала и всё-таки бросила…
Предала…»
Фиалка закрыла глаза.
Разумеется, это не помогло.
– – –
– Ты её знаешь?
– Кого?
– Девушку, с которой танцевал.
Сначала Макс посмотрел на меня как на существо, мягко говоря, не совсем нормальное. Потом слегка прищурился, видимо, выискивая в моем лице следы всем известного перепоя, способного породить вышеозначенные картины.
– Я тебя видела с ней на танцполе. И Норика тоже, – добавила я, решив, что моё свидетельство – не самый веский аргумент.
– Да? – Серо-зелёные глаза переполняло удивление и капелька недоверия.
Боги, как всё запущено-о!
– Да. Такая красотка-брюнетка…
– Брюнетка?
– Ты ради неё меня бросил на растерзание подозрительным типам? – вопросила я с абсолютно невинной мордашкой.
– Что?.. Какие ещё типы?
– Всякие-разные-опасные. Так ты к ней ушёл?
– Нет, я увидел друга и подошёл поздороваться, – наконец ответил Макс, отчего-то поёрзав на скамейке.
– А что же не представил? – не отставала я.
– Зачем?
– Я обожаю знакомиться с новыми людьми.
Ага, и ещё с парнями в масках и эненами с арбалетами наперевес.
– В следующий раз познакомлю, – буркнул Макс и отвернулся к площадке перед нами.
Норика с Феликсом, убедившись, что я жива-здорова и даже не икаю, усадили нас с Максом на скамейку и умчались танцевать. Правда, по-моему, Феликсу это развлечение уже надело, и он куда больше желал зажать Норику в укромном уголке, но катесса то ли ничего не замечала, то ли с потрясающим упорством игнорировала плохо прикрытые намеки дружка.
Помучившись ещё с полчаса и пять музыкальных композиций различной скорости, я попросила Макса проводить меня в особняк. Парень не возражал и даже отказался от предложения вернуться и продолжить веселье в более подходящей, нежели я, компании.
Что ж, дело его.
– – –
– Плохо спала?
Фиалка глянула на себя в овальное ручное зеркало. Хм-м, и впрямь заметно…
– Угу.
– М-м, а я спала просто замечательно, – улыбнулась Жасмин. – Хорошо, что вчера не пошла на танцы. По-моему, Тера и Лили и сами неплохо управились.
Фиалка поправила несколько отдельных прядок чёрного парика, повертела зеркало и так и сяк.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Как думаешь, клиентов не будут пугать круги под глазами?
– Не уверена, что сегодня вообще будет много этих самых клиентов.
Фиалка со вздохом убрала зеркало в небольшой деревянный сундучок, стоящий у дальней стены шатра. Вернулась к столику, поглядывая на сидящую среди подушек Жасмин сверху вниз.
– Сияешь как новенькая световая сфера.
В серо-голубых глазах сверкнули лукавые искорки.
– Ладно, каюсь, я не только спала.
– Понятно, – снова вздохнула Фиалка.
– Надеюсь, это не зависть.
– Не думаю.
– Тогда перейдём к насущному. Как достать дар Гелиоса из жилого дома и не попасться на банальном воровстве?
Фиалка пожала плечами.
– Не знаю. Вдруг кто-то нашел мой тайник, и дара Гелиоса там уже давно нет?
Жасмин покачала растрепанным пучком каштановых волос.
– Он там. Я проверила, когда была в особняке. Не могу сказать, где именно, но он по-прежнему там.
Фиалка опустилась на подушки.
– Это хорошо. Но плохо, что твоя карьера горничной не состоялась.
– Слушай…
– Что?
– Я знаю, тебе моя идея не понравится, но всё-таки это лучше, чем вообще ничего…
– Говори, – поторопила подругу Фиалка.
– Как насчёт посильного вклада юной Вэлларианы в важное и нужное дело уж если не спасения мира, то, по крайней мере, двух городов и их окрестностей?
– Хочешь попросить Вэллариану?
– Почему бы и нет?
– А она согласится?
– Мы как следует попросим, – хмыкнула Жасмин.
– Связаться бы ещё с ней… – протянула Фиалка, не вполне уверенная в светлых замыслах подруги.
– Не волнуйся, сама придет. На что поспорим?
– – –
Встала я рано. Очаровательно-тихий особняк походил на сказочное сонное царство в объятиях золотистых лучей утреннего солнца. Прокравшись на кухню, я, к немалому своему удивлению, обнаружила там Макса, чаевничавшего за обеденным столом в гордом одиночестве отшельника.
– А-а… – я поперхнулась неприятным, если честно, изумлением при виде его невозмутимой физиономии, но всё же нашла в себе силы поздороваться: – Доброе утро.
– Доброе, – кивнул он.
Я быстро организовала себе, любимой, завтрак и заняла место поближе к окну. И подальше от Макса.
Зараза, да если бы кое-кто не бросил меня в толпе, мне не пришлось бы танцевать с моим знакомым незнакомцем, выслушивать обвинения в шпионаже с опасно вывернутой рукой и служить центральным «яблочком» в мишени.
Эти мысли назойливыми комарами одолевали меня накануне перед сном и занозами вонзились сейчас. Так, Вэл, спокойно, без эмоций, а то кинешься на бедного парня с вилкой наперевес…
Я глубоко вздохнула и занялась едой.
Потом задумалась.
Наверное, глупо в моем положении вместо выбора наставника интересоваться личностью «маски», но получается, что никто ничего о нём не знает, а меня тянет в его общество даже против моей воли. Первый раз всё вроде вышло случайно, второй – как будто бы тоже… А вчера? Опять случайно? Если я правильно понимаю, полного переноса не было… Ой, кто бы мне объяснил всё это?!
Я покосилась на Макса. Три раза – уже закономерность. У кого бы спросить? Особенно с учетом того факта, что ни «Грации», ни «Цветочная» группа ничего не знают? А кто знает?
– Что? – подал голос Макс, заметив моё прогрессирующее косоглазие.
– Ничего, – покачала я головой. – Как думаешь, если я отпрошусь у Луизы, она отпустит меня на пару часиков?
– Не знаю. Ты куда-то собралась?
– Да. Хочу навестить… одну знакомую.
Уж если и она не в курсе…
– Можно мне с тобой?
Я как раз поднялась со стула да так и застыла, не успев взять пустые тарелку и чашку.
– Зачем?
