одного мужика.
Дальше я переставил Грильду и Бруста на этаж ниже, а сам вместе с Никосом и Прайтом спустился на первый по дальней от входа лестнице.
То был один из самых стрёмных моментов всего плана. Нам нужно было зачистить комнату охраны, где, по нашим расчётам, оставалось ещё человека три-четыре. И самое важное — провернуть это до того, как кто-нибудь из них врубит сирену, а ещё очень желательно, чтобы в этот момент сюда никто не заявился с улицы.
— Приготовились! — шепнул я, протягивая руку к ручке, и в этот момент дверь открылась сама.
— О! — от неожиданности вскинул брови бородатый мужик. — А мы как раз в столовку собрались.
Как всегда вовремя.
— Столовка подождёт две минуты, — я сделал шаг навстречу и вдавил стражника внутрь комнаты. — У меня важное сообщение!
— Он что, жопой чует, когда мы жрать собираемся? — едва слышно шепнул кто-то из присутствующей четвёрки охранников.
— Разговорчики! Встать в строй!
— В смысле? — снова вскинул брови бородач.
Я быстро окинул комнату взглядом. На стенах оружие, вдоль них несколько двухъярусных коек, а посередине огромный стол и стулья вокруг него.
— Садитесь! — изменил решение я. — Чем быстрее я закончу, тем быстрее вы пойдёте в столовку.
Заскрипели стулья, и стражники стали ворча рассаживаться. Разумеется, Никос и Прайт зашли им за спины и по моему кивку начали.
— Итак, сегодня произойдёт знаменательное событие!
Два кинжала синхронно оставили надрезы на двух шеях.
— Жавиль, а что у вас с голосом?
— Да нормально всё, это мой обычный голос.
— Да другой же был.
— Так-то у Жавиля, а я — Илья Первый Многоликий! И сегодня вы умрёте!
Эх… В фильмах и книгах злодеи всегда выслушивают длинные и эффектные фразы главного героя, а потом с разинутыми ртами смотрят и дожидаются, как он их пафосно убьёт.
В жизни всё происходит иначе: неблагодарные слушатели спали уже после слов «так-то у Жавиля». Жаль. Ну ладно, у меня ещё будет время объяснить им, кто я.
Разобравшись с комнатой охраны, мы по-быстрому усыпили троих так и не дождавшихся клиентов поваров, а потом завернули в пыточную, где обнаружили ещё одного дознавателя, стражника и полумертвого узника.
— Надо на всякий случай охрану у дверей заменить, — задумчиво проговорил Никос. — А то нехорошо получится, если кто-то зайдёт, пока мы будем туда-сюда этих козлов стаскивать.
— Согласен, — кивнул я. — Грильда и Прайт, возьмите ещё одного освобождённого из подвала и пока стаскивайте все тела с третьего этажа на второй и складывайте у лестницы. Никос, Бруст, за мной.
Ребята убежали, а моя тройка подошла к входной двери, после чего напарники отошли в тёмную нишу и принялись страховать меня уже оттуда.
— Ты, подойди-ка на минутку! — открыв дверь, я ткнул пальцем в одного из стражников.
— Что вы хотели? — зайдя внутрь, он вытянулся по струнке.
— Сейчас! — я закрыл за ним дверь, а потом полоснул ножом по руке.
Его тут же подхватил Никос, и, одной рукой держа лицо спящего стражника, второй я снова принялся менять облик своего бывшего наставника по гильдии силачей.
Управился за минуту, и он сразу же кинулся на улицу.
— Теперь тебя зовут! — донёсся до меня его голос.
— Зачем?
— Иди! Премию дают!
— Че, правда⁈
Радостный стражник влетел внутрь и тут же уснул, а ещё через минуту его сменил на посту Бруст.
Всё. Теперь тыл более-менее безопасен, и если вдруг сунется кто-то нежданный, они его задержат, а нас предупредят. Пора заняться тем, ради чего мы сюда и пришли.
* * *
Жертв получилось даже больше двадцати, и уже через пятнадцать минут они, связанные и с надетыми ошейниками, лежали на холодном полу подвала.
— Пора просыпаться, козлины, — оскалился я и с помощью специального артефакта разбудил их всех.
— Что происходит⁈ — первым очухался говорливый ублюдок, явившийся по душу Круглого. — Быстро развяжите меня! Я ставленник Зааркана! Я…
— Ты труп! — усмехнулся я и ударом острейшего жертвенного тесака отрубил ему ступню.
Страшный крик боли эхом разнёсся по подвалу.
— Не зря мы не поленились стащить сюда всех! — усмехнулась Грунита, уже принявшая свой родной облик. — Как раз проорутся вдоволь.
— Ага, — я протянул тесак Грильде. — Будешь?
— Конечно! — девушка посмотрела на связанного дознавателя Хагена, и её глаза кровожадно сверкнули. — Я правильно поняла: я могу делать с ним всё что угодно, лишь бы он не сдох раньше времени?
— Правильно! Если вдруг переборщила, скажи, я его подлечу.
— Обязательно переборщу! — Грильда схватила тесак и склонилась над своим мучителем.
— Нет! Пожалуйста, не надо! — затрясся бледный как полотно дознаватель. — Я просто выполнял свою работу!
— А я просто помогаю Илье Первому Многоликому получить то, что он хочет.
Лезвие тесака сверкнуло и с хлюпаньем вонзилось в плоть.
Новый истошный крик огласил подвал, а в центре ещё ярче засиял собирающий энергию камень.
Это был не аккумулятор, вроде амулетов: он её не сжимал, а просто временно держал рядом с собой. Чтобы использовать полученную жертвенную энергию, Груните всего лишь надо было активировать концентрирующее ожерелье, уже висящее на её груди.
И, к слову сказать, энергия сейчас действительно лилась рекой. И дело было даже не в этих двух первых жертвах — дело в страхе и отчаянии остальных, кто это видел.
Да, магия крови — чрезвычайно интересная штука.
— Можно начинать? — спросила тату-мастер.
Она уже оборудовала себе рабочее место и ждала меня на одном из двух стульев, держа в руке зловещего вида хреновину с ярко сияющей длинной
