- Требую, конечно же, - ошарашила чету Журавлей пожилая женщина.
- Чего?
- Молодожены будут жить в моем доме. Вместе со мной, разумеется. - С ядовитой улыбочкой отозвалась добрая бабушка. - По бокам от моей спальни как раз есть две замечательные комнаты.
Этого дядя Витя уже не смог пережить.
- К черту наследство! - Вновь вскочил он с кресла, разочарованный и обиженный, как маленький ребенок, которому обещали купить дорогую игрушку, а потом, показав ее, забрали и теперь решали, кому бы ее отдать. - Я заработаю больше!
- Больше чего? - С интересом спросила тетя Эльза.
- Больше вашего.
- Ох, что-то я сомневаюсь, - была рада, что довела племянника, пожилая женщина.
- В три раза!
- Сомненья одолели меня вновь, - и в этот раз явно не поверила словам племянника та. Вы еще узнаете, чего я стою! Без вашего унизительного наследства, - продолжал вещать Виктор Андреевич.
- Ой, сомневаюсь. - Покачала головой его тетя. - Ты, хотя бы того, что есть не растерял бы, и то было бы хорошо.
- Я превосходный бизнесмен! Ноги моей больше не будет в этом доме! Тетя Эльза, - выпалил он, оборачиваясь, - вы - монстр!
Вообще- то мужчина хотел сказать противной тетке все, что он о ней думает, но почему-то побоялся. Голубые глаза пожилой женщины так пронзительно на него смотрели, что Журавль стушевался. Внезапно ему вспомнилось, как однажды его, шестилетнего, вместе с кузеном, на день оставили с тетей Эльзой -чтобы она присмотрела за детьми. Сначала мальчишки вдвоем играли к комнате, а потом им стало скучно и они пошли к тете с требованием почитать сказку. Она, смерив ноющих родных племянников высокомерным взглядом, достала с полки тяжелый фолиант, где были собраны сказки со всего мира, надо сказать, довольно таки жестокие, и сухим, невыразительным голосом стала зачитывать что-то кровавое. Маленький Виктор Андреевич и его брат уже через десять минут заорали, что хотят спать, и женщина - в то время очень, очень эффектная обладательница холодной красоты - посмотрела на них точно так же, как и сейчас.
- Кто я? - Привстала она на ноги, собираясь начать метать гром и молнию.
- Монстр! - Еще раз крикнул Журавль, схватил жену за руку и решительно открыл дверь, едва не ударив по глазу подслушивающих - а их собралось великое множество.
- Ты что, очумел? - Заорал ему в ухо тот самый двоюродный брат, вместе с которым они слушали сказки Эльзы Власовны сорок лет назад.
- Не подслушивай, дурень! - Рявкнул папа Нинки и поспешил в гостиную.
- Витенька, ты обидел тетю! - Говорила ему жена в спину.
- К чертовой матери таких теть! Где моя дочь и этот осел? Я их немедленно заберу. Стоп. - Прервал сам себя мужчина. - А зачем мне этот осел, собственно?
- Ты на подсознательном уровне считаешь его почти что родным человеком, - отозвалась старшая дочь Ира, спешащая за родителями. Как и прочие родственники, она хорошо слышала разговор папы и тети Эльзы. Кстати, как только они втроем зашли в кабинет, шустрые Журавли-дедушки, двоюродные братья тети Эльзы, тут же организовали пари - отдаст ли "дурилла Витька" дочь замуж за наследство, или нет. Остальные родственник немедленно включились в игру, делая ставки. Три вышколенные Эльзой Власовны горничные в формах, два повара, а также садовник только диву давались.
- Ненормальная семейка. - Сделали они совместный вывод.
- Невероятно, но факт, - сделал вывод шофер Эльзы Власовны. - Или они без принципов, или без царя в голове. Но, судя по хозяйке, все ее родственнички без царя в голове.
Если бы его услышал Виктор Андреевич, он немедленно согласился бы с водителем. Правда себя он считал "с царем", вернее, даже с самым что ни на есть настоящим Императором.
- Где моя Нина? - Искал он дочь, но не мог найти. - Она, наверняка расстроилась и плачет в уголке. несчастная бедняжка. Брак по такому глупому расчету - это же надо!
- Она-то заплачет, - намного лучше знала собственную младшую сестру Ира. - Убежала со своим Келлой. Позвони ей, папа, да поедем, раз десь ловить нечего. Но если хочешь, я могу за этого парня замуж пойти, если тебе так хочется, - великодушно предложила она. - Он красавчик, хоть и синий.
- Странно, что не голубой, - возопил дядя Витя. Он самолично позвонил Нинке на телефон. Оказалось, что дочь уже сидела в машине…
- В тачке папандр начал зачем-то успокаивать меня, хотя я была совершенно спокойной, затем ему захотелось поорать что-то про семейные ценности, потом у него спустилось колесо, он с Сережкой его долго меняли, у них же известно откуда растут руки - явно не из плеч, - почти дорассказала мне свою эпопею девушка, отталкиваясь ногами от земли, чтобы повыше взлетать на качелях, - еще час, пока мы двигались по пробкам, он орал, вопил, ворчал и, в конце концов, когда мы подъехали к дому, предок заявил, что раз из-за карги взял отпуск, то повезет всех нас в Ниццу. Я, естественно, отказалась, а он начал изображать Зевса и обещал лишить меня всех денег вообще, если я ослушаюсь. Вот козел, да?
- Нин, у тебя был тяжелый год, ты должна поехать, - тут же сказала я.
- Поедем со мной? И не заикайся о деньгах, я все сделаю. Отец и мама будут рады, если мы поедем вместе, - искренне предложила она. - Ты же не разу не была заграницей.
- Я бы с радостью, но у меня нет загранпаспорта, - невесело улыбнулась я. - Ты езжай, не перечь дяде Вите. А я пока побуду в городе. У меня еще… дела.
- Но я не хочу оставлять тебя одну. И какие еще дела? У тебя отроду никаких дел не было. Эй, качайся давай, что просто так сидишь. Хм, надо бы папандру намекнуть на то, чтобы пронспонсировал школу, поставил бы качели, что ли. Помнишь, как крутой мы тут качались солнышком? Ты один разу упала и орала, как резаная, потому что ногу порезала и руку тоже? - Нинка отчего-то захихикала. - Твой мозг может воспроизвести эту сценку?
- Может, - невольно улыбнулась я. - Ты заставила мальчишек тащить меня на руках, а я еще больше орала.
- Точно! - Расхохоталась девушка, и у меня камень упал с плеч - теперь между нами, как и прежде, нет никаких недомолвок и тайн. И из-за этого так хорошо на душе!
- Ладно, темнеет, пошли домой. Ты что будешь делать с этими… даже имена их произносить не хочу. Что ты будешь делать к Дракончиком, - так язвительно произнесла она прозвище Кея, данное им Алиной, что я невольно улыбнулась вновь.
- Я никогда больше с ним не встречусь, верну телефон…
- Не вздумай! - Крикнула Нинка. Девочки озадаченно на нее посмотрели. - Телефон ты ему вернешь. Сейчас, обломится, осел. И не обеднеет. Думай побольше о себе, Катька. Я вернусь через пару дней и такое ему устрою, что мало не покажется! - Воинственно и злобно заявила блондинка, словно была предводительницей амазонок.
- Нин, не надо никакой мести, - вдруг вспомнилось отчаянное выражение лица Кейтона, и его глаза, полные боли.
