Стыдно в этом признаваться, но при нашествии скорпионов я даже не пытался изображать из себя храбреца. Я схватил Сейди за руку, и мы побежали.
11. МЫ СТАЛКИВАЕМСЯ С ЖИВЫМ ОГНЕМЕТОМ
СЕЙДИ
Ну все, забираю микрофон. Иначе нет надежды, что Картер верно перескажет события этого отрезка. Ведь там речь пойдет про Зию. [Заткнись, Картер. Сам знаешь, что я права.]
Кто такая Зия? Извините, это я заглянула вперед. Потом расскажу.
Мы бежали к музею, и я совершенно не понимала, зачем мы туда бежим. Только потому, что моя кошка Маффин, превратившаяся в богиню Баст, так приказала? Представьте себя на моем месте, и тогда поймете, в каком состоянии я находилась. За сутки случилось столько всего, сколько не происходило за всю мою жизнь. Во-первых, я потеряла отца (учтите: потеряла, а не лишилась!). Во-вторых, мои любящие бабуля с дедулей вышвырнули меня из дома. Потом я узнала, что в моих жилах течет «кровь фараонов», что я родилась в семье магов и так далее. Вроде есть чем гордиться, но мне это принесло лишь кучу бед. Не успела я найти родного дядю, дом с собственной комнатой, приличный завтрак и новых домашних любимцев, с которыми успела подружиться, как на тебе! Дядя Амос исчез, крокодил и павиан оказались сброшенными в реку, а дом к этому времени, наверное, уже полностью сгорел. К счастью, моя дорогая киса Маффин превратилась в кошачью богиню Баст и спасла нас от серпопардов и четырех древних придурков в юбочках. Но сейчас она вела неравную битву с полчищами скорпионов.
А как еще назвать это коричневое море? Стадом? Толпой? Ладно, не заморачивайтесь.
По правде говоря, я не верила, что Баст попросит меня открыть портал. Как я ни старалась, обелиск меня не послушался. В общем, полный прокол. Вот в таком состоянии брат потащил меня прочь из парка. [Давай без твоих комментариев, Картер. Насколько помню, от тебя тогда тоже не было никакого толку.]
— Мы не можем бросить Баст одну! — крикнула я. — Смотри!
Картер не останавливался, таща меня за собой. Я, можно сказать, бежала задом наперед и видела, каково сейчас нашей богине. Скорпионы густо облепили зеленый пузырь. Казалось, они лезут внутрь. Громадный двойник Баст давил их сотнями, но этих тварей было слишком много. Коричневое месиво уже доходило ей до пояса. Пузырь опасно колыхался, и я испугалась, что он сейчас лопнет. А скорпионья богиня не торопилась. Она шла медленно. Мне показалось, что она опаснее всех скорпионов, вместе взятых.
Картер втащил меня в узкую щель между кустами, и они заслонили картину побоища. Мы очутились на Пятой авеню. Похоже, там даже не подозревали о бушующей магической битве. Мы прорвались сквозь толпу пешеходов и взбежали по ступенькам музея Метрополитен.
Удивительно, что музей был открыт в праздничный день. Вспомнила: у них там была какая-то экспозиция, приуроченная к Рождеству. Я это узнала из вывески над входом. Мы влетели внутрь.
Вам интересно, что там внутри? Типичный музей: громадный вестибюль со множеством колонн, и все такое.
Мне было не до разглядывания интерьеров. Помню, к окошечкам касс стояли очереди. Мы с Картером пронеслись мимо. Охранники нам что-то кричали, но мы, естественно, их не слушали. Нам повезло, и мы попали прямиком в египетский раздел и оказались напротив реконструированной гробницы. Как она выглядела? Мне запомнились лишь узкие проходы. Картер вам бы лучше рассказал, но я ничего не смыслю в устройстве гробниц и, честно говоря, знать не хочу.
Зато я быстро смекнула, что нам нужно забраться внутрь этого экспоната. Картер со мной не спорил. Охранники покрутились рядом, но вскоре ушли. Думаю, у них были дела поважнее, чем ловить двух безбилетных подростков.
Потом мы вылезли, огляделись по сторонам. Никто не подкарауливал нас за углом. Посетителей в этом разделе было совсем мало: несколько стариков и иностранные экскурсанты. Показывая на саркофаг, гид сказал им по-французски:
— Et voici la momie.[17]
Странно, что никто из посетителей не обращал внимания на здоровенный меч за спиной Картера. А ведь эта штучка была куда интереснее пыльных древностей. Зато наша странная одежда заставила нескольких стариков удивленно обернуться в нашу сторону. Вид у нас, конечно, был совсем не музейный: льняные пижамы, мокрые от пота и густо заляпанные травой и листьями. А уж про свои кошмарные волосы я вообще помолчу.
Я нашла пустое помещение и потащила Картера туда. Стеклянные витрины были полны шабти. Несколько дней назад я бы их и не заметила. Но сейчас внимательно к ним приглядывалась, отчего шабти оживали и норовили стукнуть меня по голове.
— Куда теперь? — спросила я Картера. — Ты видел здесь хотя бы намек на храм?
— Нет, — признался он и наморщил лоб, стараясь что-то вспомнить. — Кажется, храм был за тем залом, где саркофаг… Или я спутал и тот зал находится в Бруклинском музее? Даже и не там, а в Мюнхене. Прости, у меня все музеи перемешались. Мы с отцом их столько пересмотрели.
Я шумно вздохнула.
— Ах ты, бедный мальчик! В школу не ходил, ездил по всему миру с отцом. А я видела отца всего дважды в год!
— Нечего мне завидовать! — отмахнулся Картер. — У тебя был дом! У тебя были подруги и нормальная жизнь. Ты не пыталась каждое утро вспомнить, в какой стране находишься. Ты не…
Стеклянная витрина, возле которой мы стояли, вдруг треснула и развалилась. Нам под ноги посыпались осколки.
Мы с Картером вопросительно поглядели друг на друга.
— Неужели мы… — пробормотал он.
— Как торт на моем дне рождения, — буркнула я, стараясь не особо показывать свое удивление. — Надо сдерживать свои эмоции.
— Кому? Мне?
И сейчас же вокруг нас завыли сирены сигнализации и замигали красные лампочки. Из невидимых динамиков послышатся металлический голос, призывающий экскурсантов спокойно и без паники следовать к выходам. Но спокойно и без паники не получилось. Мимо нас пронеслась группа французских туристов. За ними довольно бодро бежали старички, помогая себе палками.
— Потом доругаемся! — шепнула я Картеру. — Надо убираться отсюда.
Мы перебежали в другой коридор. Вой сирен остался позади, но красные лампочки мигали и здесь. Тишина показалась мне какой-то странной, если не сказать зловещей. И вдруг я услышала знакомое шуршание. Скорпионы!
— А как же Баст? — давясь словами, спросила я. — Неужели она…
— Не думай об этом, — посоветовал Картер, хотя я видела, что сам он только об этом и думает. — Бежим!
Вскоре мы по-настоящему заблудились в музее. Наверное, египетский отдел специально был устроен в виде лабиринта. Тупики, помещения с несколькими входами, в которых мы бегали по кругу, и прочие штучки. Мы мчались мимо витрин с выставленными свитками и золотыми украшениями, мимо саркофагов, статуй фараонов и глыб известняка. А эти-то камни здесь зачем? В мире что, мало известняка?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
