Отец Инги тоже был великим конунгом. Он, также как и отец Рагнара, не смог ответить любимой дочери на вопрос, из-за чего вообще началась эта кровавая месть. И только разозлился на Ингу, которая, тонко намекнула на то, что хорошо бы все это прекратить.
В тот день девушка выслушала целую лекцию на тему преданности родичей. И что те, кто отказывается от семьи, становится предателями. И хочет ли его дочь клеймить своего отца таким позором? И сама стать предателем!
Девушка выслушала также и историю о праведных предках вплоть до десятого колена, которые никогда (она слышит?!) никогда не были предателями и трусами. В общем, из комнаты отца Инга вышла со словами: «Прости меня отец, ты, конечно же, прав». Но на самом деле она сказала так только для того, чтобы отвязаться от него. Ну, какого лада он пристал к ней с этой враждой? Куда приятнее было выйти из замка, оседлать любимого коня Карнеру и скакать по полям и лесам, не останавливаясь и не думая ни о чем.
Инга с детства была отличной наездницей и прекрасно владела любым оружием. И даже в рукопашном бою многие мужчины проигрывали ей. Отец в двенадцать лет ей первой, а не двум ее братьям, подарил меч. Да еще какой! Весь украшенный резьбой с прекрасным вороном с раскинутыми крыльями на рукоятке. А через год взял ее с собой в военный поход.
Это был очередной город, который викинги собирались захватить. Она наравне с мужчинами-воинами, хоть и под пристальной охраной отца, сражалась так неистово и так смело, что сразу заслужила уважение среди войска.
Красивая и смелая в свои шестнадцать она была не только завидной невестой, но и отличным бойцом. После первого похода было еще множество других, и везде они одерживали победу. Викинги отца стали считать ее талисманом и даже когда отец не хотел куда-то ее брать, воины умоляли его взять Ингу с собой. Она одна стоила многих смелых и сильных воинов. Отец доверял ей как никому. Они вместе с ним и его военачальниками разрабатывали планы захвата городов.
Мать Инги не разделяла ее любви к походам, законно считая, что это удел мужчин. А женщинам следует рожать, воспитывать детей и заниматься домом.
Инге же были скучны ее речи, которые каждый раз заводила мать, видя, что Инга вновь собирается на войну.
Девушке нравилось побеждать, нравилось показывать мужчинам, что они слабаки по сравнению с ней, такой юной и хрупкой. И она, разумеется, не терпела превосходства над собой. Делом чести для нее становилось стать лучше очередной выскочки очередного отличившегося воина отца.
Она начинала внимательно наблюдать за таким воином, подмечая все его слабые стороны. И когда информации оказывалось достаточно, она предпочитала оказаться с ним в одном отряде, показывая свое превосходство и умело используя слабые стороны соперника. Проиграть девушке было страшнейшим позором для любого викинга. Все войско смеялось и подтрунивало над таким воином еще долгое время, вспоминая, как и где он опозорился.
Инга же, довольная очередной своей победой, могла почивать на лаврах своей славы.
Мать знала, что запретить Инге ходить в походы было равносильно тому, чтобы запретить ей дышать. Все равно убежит, все равно придумает, как поехать с отцом. Поэтому она могла только читать ей длинные нравоучительные речи, надеясь, что когда-нибудь ее девочка образумится, и ждать, когда они с отцом вернутся домой. Из-за такой славы Инги с братьями у нее, конечно, отношения были плохие. Отец всегда ставил ее в пример сыновьям и брал в походы гораздо реже, чем дочь.
Братья завидовали и злились. А Инга некоторое время пыталась наладить с ними отношения. Предлагала «подтянуть» их в боевом искусстве и всячески выгораживала перед отцом, если тот был недоволен ими. Но братья так и не пошли с сестрой на мировую, а еще больше убедились в том, что во всем виновата она.
Инга тогда решила, что если они считают ее плохой, больше оправдываться и помогать она им не станет. И благо замок своими размерами позволял, девушка старалась с ними не пересекаться. Разве что за завтраком, обедом или ужином.
А потом вдруг произошла эта дурацкая ссора с отцом Рагнара. Вот тогда братья и проявили себя как нельзя «лучше». Видя, что они с матерью упрашивают отца не разжигать еще больше ссору, братья заняли позицию отца и поддакивали ему во всем… В общем, внесли свою лепту… Отец обозвал их с матерью трусихами, а сам вместе с сыновьями стал придумывать месть семейству Рагнара.
Что ж, при таком раскладе им с матерью пришлось принять сторону отца, ведь предательницами они быть не собирались.
Начались бесконечные козни со сторон обеих семей, от которых страдали все. Но никто первым не шел на мировую. И, сказать по чести, когда Инга встретила в лесу Рагнара, она была так зла на всех, что готова была убить и его, и вообще кого угодно, кто попадется ей на пути… В результате сейчас она лежит на полу как бы со своим врагом, а этим кем-то стал медведь, от которого она спасла своего же врага.
«Да… странная штука – жизнь, – подумала Инга. – Придумаешь, загадываешь, решаешь, а все равно выходит все совсем по-другому»…
Она опять украдкой сквозь почти опущенные веки взглянула на конунга… «А он ничего – красивый… Высокий, мускулистый… И глаза такие небесно-голубые», – девушка улыбнулась своим мыслям и сама не заметила, как погрузилась в сон. Ей снился лес, родители и огромный бурый медведь…
Пробуждение было странным. Инга не сразу поняла, что происходит. Она лежала, укрытая шкурой… А рядом с ней лежал Рагнар. Девушка хотела повернуться, но одна рука парня держала ее за талию крепко, словно сжимая тиски… А вторая ласкала ее между ног. Она хотела вырваться, но почувствовала, как ее ноги проскальзывают по полу… И сами послушно раздвигаются навстречу его пальцам. «Да что со мной?» – подумала Инга, чувствуя, как сильнее и сильнее в ней пробуждается желание и как его бедра делают легкие покачивающие движения. И как Рагнар вдруг переворачивает ее на спину и ложится сверху нежно и страстно раздвигая ее и без того послушные ножки.
И вдруг Инга сама обвивает его шею руками, выгибается навстречу его телу, трется об него. И будто миллион маленьких иголочек пронизывает все ее тело. И их губы уже жадно целуют друг друга. Инга чувствовала, как его член медленно входит в нее, и как ее разум, в последних попытках избежать катастрофы, кричит «Нет»! А тело само двигается в такт телу Рагнара. И как он уже в ней и как она сжимает там его внутри. Как их голоса слились в единый стон блаженства. И как она как будто улетела куда-то высоко-высоко и как там внутри все пульсирует, чувствуя как обжигающей лавой, он низвергается в нее. И как их руки в едином порыве сжимают друг друга, не желая отпускать и разъединять их тела. Инга чувствовала каждое движение Рагнара, чувствовала она и как его член выскальзывает из нее.
