Очень порядочный Джинн. Думаю, ты действительно желаешь людям добра, да только ничего у нас с тобою из этого не получается. Не сочетаемся мы друг с другом.
Джинн горестно вздохнул и развёл руками.
— Почему, ну почему же, — сказал он, — до Волшебного Выключателя не добрался человек поумнее!
— Ага, — согласился Роб. — В этом весь… как его? Корень зла.
— То есть? — недоумённо спросил Джинн. — В чём корень зла?
— А в том, что на Волшебный Выключатель не наткнулся человек поумнее моего. Ты не понимаешь? Сейчас поясню. Ты — Электрический Джинн, верно?
— Да, я Электрический Джинн, — ответил гость и гордо выпрямился.
— И обязан подчиняться распоряжениям любого, кто намеренно или случайно притронется к Волшебному Выключателю?
— Так точно.
— Я когда-то прочёл в книге, что всем на свете правят нерушимые законы природы. Если это так, то своим существованием ты обязан одному из этих законов.
Джинн кивнул.
— Не сомневаюсь: природа предписала тебе обязательно и непременно явиться человечеству, когда человечество сделается достаточно разумным и просвещённым, чтобы нащупать Волшебный Выключатель. Когда мир станет готов использовать подаренные изобретения. Согласен?
— Пожалуй, — задумчиво промолвил Джинн.
— Случайности на то и случайности, чтобы приключаться вовремя и не вовремя. По чистой случайности я наткнулся на Волшебный Выключатель задолго до того, как учёный мир созрел для знакомства с тобой… И для твоих даров.
Джинн пожал плечами.
— Ты же, — продолжил мальчик, — радостно ухватился за эту случайность, вместо того чтобы отмахнуться от неё и забыть о недоразумении. Ты поспешил явиться мне во всём блеске — мне, простому и не очень, как ты сам говоришь, умному ребёнку — и щедрой рукой начал рассыпать свои дары.
— Да ты набираешься ума не по дням, не по часам, а по минутам! — слабо усмехнулся Джинн. — Быть может, общение со мной всё-таки не проходит бесследно…
Настал черёд и Робу пожать плечами.
— Очень уж хотелось хоть что-нибудь полезное сделать, наконец, — пояснил Электрический Джинн. — Ты и представить себе не можешь, до чего глупым и бесцельным было пребывание в бездействии! Обладать такими сокровищами, иметь полную возможность облагодетельствовать людей — и оставаться незримым и неведомым!
— Ничего не попишешь. Набирайся терпения и жди, — посоветовал Роб.
В голосе мальчика зазвучало неподдельное сочувствие.
— Мир создавался не в одно мгновение и, хоть цивилизация движется вперёд неплохим шагом, человечество ещё не дозрело до встречи с Электрическим Джинном.
— Что же теперь? — застонал гость, нервно похрустывая суставами сияющих пальцев. Хруст звучал очень похоже на треск электрических разрядов. — Куда же теперь деваться?
— Отправиться восвояси, успокоиться и жить как ни в чём не бывало, — посоветовал Роб. — Не волнуйся. Ничто в природе не создаётся бесцельно. Однажды и твой день придёт. Только извини, старина, день этот ещё не настал. А ты поторопился и нечаянно дров наломал. Сам виноват.
— Верно, — согласился Джинн, расхаживая по комнате взад и вперёд. Электрические искры летели от него во все стороны. Волосы Роба зашевелились и поднялись.
— Верно, — повторил Джинн. — Придётся ждать, ждать, и ждать… Молча и терпеливо ждать, покуда оковы мои не разобьются по воле разума, отнюдь не случая. Скверная участь, я бы сказал, злосчастная. Придётся ждать… Ждать…
— Рад, если ты опомнился, — произнёс мальчик. — Если добавить нечего…
— Увы. Нечего.
— Значит, всего доброго, — сухо сказал Роб.
— Увы и ах… Кажется, в этой комнате два дурака, — буркнул Джинн. — И надо же было с тобою столкнуться!
— Я тебя не искал и не вызывал преднамеренно, — промолвил Роб. — И отнёсся к тебе очень хорошо, хотя, по правде сказать, кое-кто забылся, перестал числить себя слугой и рабом, задрал нос, пытался повелевать.
Электрический Джинн отмолчался. Он лихорадочно распихивал чудесные устройства, брошенные Робом на стол, по своим бесчисленным карманам.
Наконец, необычайный гость повернулся.
— Счастливо оставаться! — крикнул он. — Следующий смертный, взору коего я предстану, будет вполне достоин драгоценных даров! Что касается тебя, мальчишка, дни твои протекут в безвестности, а имя твоё сотрётся из людской памяти бесследно, затеряется меж миллиардов иных, неведомых и чуждых славе! Прощай — и навсегда прощай.
Сверкнула гневная вспышка, схожая с молнией, и грянул громовой удар. Мальчик отшатнулся, наполовину ослеплённый и начисто оглушённый.
Когда он опомнился, Электрический Джинн уже исчез.
* * * * *
Мальчик покинул мастерскую с невыразимым облегчением. По лестнице он спускался, прыгая через две ступеньки на третью.
«Кое-кто, — подумалось Робу, — сочтёт меня болваном, отвергшим несравненные, волшебные дары, дивные и доселе невиданные изобретения! Да только хорошего — понемножку. По-моему, болваном нужно звать человека, не способного учиться на собственных ошибках».
Он остановился, отдышался и пробормотал:
— Не годится опережать остальное человечество на целое столетие. Всякому овощу своё время.
Об электронной книге
