копьём, вонзил шприц своей жертве в спину. Тот резко выпрямился и громко взвыл, отбросив Алексея к лобовому стеклу и высвободив горло Антона. Ухов, повернул руль и «Mercedes-Benz» выскочил на трассу, еле уйдя от столкновения с двигающимся по встречной полосе грузовиком. Воспользовавшись заминкой, Пушкина что было сил ударила двумя ногами в грудь противника, вытолкнув его навстречу следующему проезжающему «большегрузу». Послышался хлопок, а потом и удаляющийся стон тормозов. Никто не видел, что потом случилось с Призраком, главное, что его больше не существовало в этом мире.
Достигнув моста, Константин остановил автомобиль ровно по центру переправы. Антон, откашливаясь, с трудом открыл дверь и вывалился из машины на асфальт. Ирина быстро подбежала к нему и помогла встать. Кобелев, прикрывая свой разбитый нос, ошарашено осматривался вокруг, видимо, не до конца еще поверивший в произошедшее. А Ухов с кем-то переговаривался по рации.
— Итак, где твой транспорт, Ухов? — хриплым голосом поинтересовался Пронин.
— Сокол, Сокол, это Звезда как слышите? — тот, показав в ответ жест рукой «стоп», продолжил налаживать связь со своей группой. — На подходе. Десять минут, — в динамике рации, вперемешку с помехами раздался мужской голос.
— Что это за хрень, которую ты мне дал? — ощупывая свой больной нос, недоверчиво посмотрел Кобелев на Ухова.
— Антидот. Чувствовал, что пригодится.
Все участники прошедшей шпионской миссии собрались возле машины, встав в круг. Ухов понимал, что сейчас ему придётся отвечать на множество неудобных вопросов, поэтому он измерял задумчивым взглядом каждого для того, чтобы решить, оставлять сообщников в живых или нет. Каким образом они еще могут послужить родине? Как они еще смогут ему пригодиться? Обдумывая эти вопросы, Константин чувствовал, что где-то подсознательно хотел сохранить жизнь присутствующим, но не мог этого сделать. Может быть это были излишки работы? Вся его жизнь прошла через военную службу и специальные операции. Идеальная машина для убийства, не задающая лишних вопросов, чисто выполняющая свою работу. «Что-то я в последнее время стал сентиментален, старею, наверное», — про себя, риторически подумал Ухов. Но откровенного разговора не получилось, так как все заметили на другом конце моста, ожидавшего их, старого и уже можно было предположить бессмертного знакомого.
— Идеи есть? — обратился к товарищам Кобелев.
— Всегда хотел спросить, что ему придает столько сил, — подумал вслух Пронин, потирая свою еще ноющую шею.
— Насколько он сейчас ослаблен? — спросила Пушкина Ухова.
— Примерно, на семьдесят, семьдесят пять процентов…, точно не знаю. Через полчаса будет транспорт…
— Полчаса?! — в недоумении воскликнул Пронин, — да он нас уделает за минуту.
— Ну, так пойдем и узнаем? — с ухмылкой ответил Ухов.
— Да, я смотрю, ты у нас фаталист, — сделал вывод Кобелев.
— Семьдесят пять, так семьдесят пять, — согласилась Пушкина и направилась навстречу врагу. — Чего стоите? — повернулась она к своим товарищам, — бежать все равно некуда.
Те, вопросительно посмотрев друг на друга, последовали за ней. Все участники назревающей драки дружно сжали кулаки и рассредоточились. Пушкина, не дожидаясь, когда ее догонят мужчины, шла первой. Все ее мысли были о том, как бы отложить свою смерть, но жребий был брошен, оставалось, надеется, что Призрак в текущем состоянии ненамного превосходил человеческие возможности. Хотя противника уже сложно было назвать незнакомцем. Его плащ был изодран, а голова свободна от капюшона. «Ворошилов?! Этого просто не может быть!», — ошарашено проговорил про себя Пронин. Кобелев и Пушкина тоже не скрывали огромного удивления, все время переглядывались и посматривали на Антона.
До обновленного Ворошилова оставалось дойти около ста метров, как он пошёл навстречу своим старым знакомым. Вскоре они сошлись лицом к лицу. Дмитрий выглядел плохо, лицо побито, нога сломана, половина волос на голове было то ли вырвано, то ли содрано. Столкновение с грузовиком не прошло для него бесследно.
— Ну что, Пронин, в правительственные агенты подался? — прохрипел Ворошилов.
— А нужно было выбрать путь убийцы, Дмитрий? — переспросил тот.
— Ты многого не понимаешь, Пронин, как и все твои друзья, вы просто пешки в грядущих событиях, — отмахнулся Ворошилов и переключился на девушку. — Ирина, сколько лет, сколько зим, а ты как всегда прекрасна. Затем он перевел взгляд на Кобелева:
— Если мне не изменяет память, Алексей в юности худоват был, а сейчас смотрю, пузо то себе отъел.
— Что ты делал в доме Генерала? — прервал встречу старых друзей Ухов.
— О-па! Ну, здравствуй, Константин, давно не виделись, — злобно отреагировал Ворошилов.
— Не заставляй меня повторять вопрос дважды!
— А то что? Что ты можешь мне сделать? Сверхчеловеку? Ни хрена я тебе не скажу!
Константин продолжать разговор не стал и атаковал первым. Сначала, он провел двойку в голову, а потом исполнил прём маваши-гери. Хоть Дмитрий был уже не так быстр, как прежде, но его скорости хватило, для того чтобы увернуться и провести контратаку. Ухов смог блокировать одну руку нападавшего, но со второй не справился, пропустил удар в челюсть и повалился на спину.
— А ты умно придумал Ухов, со старой сывороткой, — безумная улыбка окрасила потрёпанное лицо Ворошилова. — Вот только действует она час, осталась половина.
— Дима! Мы же можем договориться, мы можем помочь тебе! — попытался вразумить старого знакомого Пронин.
— Ха-ха. Ты дурак или притворяешься, Антоша? Мне не нужна ваша помощь, я пришел сеять смерть, — показал он рукой на остальных, — и забрать то, что вы выкрали у нас.
— Ну, давай, сеятель, я готов, — Кобелев встал в позу боксёра. Пронин и Пушкина сделали тоже самое.
Алексей начал с размашистых ударов руками. Ворошилов, убрав свои руки за спину, просто двигал корпусом, уклоняясь от них. Но то, что Кобелев ударит его ногой, он никак не ожидал. Пинок пришёлся ему прямо по больному колену. Возникла давно забытая боль, которая со всей яростью обожгла сломанную ногу и распространилась по остальным частям тела. Издав безумный вопль, Дмитрий ударил ногой в грудь Кобелева. Алексей через мгновение корячился, лежа на спине, за пять метров от места схватки. Пронин, приметив ахиллесову пяту Ворошилова, старался выбрать момент для атаки, а Пушкина начала заходить с другого фланга. Хромая и подпрыгивая на одной ноге, Дмитрий медленно поворачивался по кругу, внимательно следя за каждым своим противником. Ни короткие удары с уходом в сторону, ни какие-либо уловки, чтобы отвлечь внимание врага, Антону не помогали. Вместо этого, он получил в глаз, и по животу. Пушкиной повезло чуть больше, она пропустила всего один удар. При этом, пару раз точно зарядив кулаком по носу Дмитрия. После чего он разозлился еще больше и правым кроссом заставил Ирину капитулировать.
Кряхтя, сопя, постанывая от боли, команда Ухова собралась вновь возле машины.
— Ну что, узнал? Что он
