— Зачем?
«Чтобы добыть блядский человеческий мозг, из которого я вчера полночи готовил тебе блядскую нейро-сыворотку, которая наконец-то вправила тебе твои собственные блядские мозги! И если для того, чтобы наконец-то стать похожей на нормального человека тебе потребовалась аж технарская химия — делай выводы сама!»
— Искал компоненты для твоего лекарства. Немного погорячился в процессе.
Моя мать было раскрыла рот, чтобы прикрикнуть на меня, что бы я не юлил, не смел от нее что-то утаивать… но посмотрела мне в глаза и осеклась. Я принял во внимание ее болезнь, чем бы она ни была, и не собирался мстить. Но не простил ее, и прощать не собирался. Восемь лет она уничтожала мою личность, использовала против меня мою немощь. Теперь перед ней находился парачеловек, появившийся ее усилиями. Меня не волновали ее мотивы, не волновали ее проблемы — потому что мои проблемы от этого никуда не исчезали.
Потому что я тоже был там. Пока ополоумевший от страха водитель гнал туристический автобус по трассе прочь от города, пока мои родители шептали невесть когда выученные молитвы, я смотрел на Губителя. А Губитель смотрел на меня.
— Просто скажи, что я сделала не так?
— Все, — ответил я. — От начала и до конца. Но в первую очередь не надо было трогать мой инсулин.
— Твой инсулин… — эхом повторила она, будто что-то пыталась сообразить. — Знаешь, мы с твоим отцом поговорили, и решили, что тебе все же стоит попытаться вступить в Стражи. Как-то объяснить ситуацию, найти компромиссы. Я приблизительно знакома с их юридическими процедурами, они не станут арестовывать нового кейпа, тем более несовершеннолетнего, из-за единственного случайного конфликта, в котором даже не было жертв, и не пострадали гражданские. Их программа для этого и существует, чтобы подростки-кейпы учились контролировать свои силы. И кроме того, у СКП есть договоренность с Панацеей. Она могла бы вылечить твой диабет.
Я скрипнул зубами. Сыворотка нейтрализовала отклонения в ее мозгу, но она ведет себя по-старому! Нет, терпение, только терпение. Наверняка это просто привычка. Раньше она бы уже наорала на меня, безальтернативно объявила свою позицию и завела свою обычную шарманку про мою никчемность, бездарность и дармоедство.
«Работать по полдня аниматором, изображающим героя, конечно неплохо в плане легальности и безопасности, но сомневаюсь, что Стражи будут рады меня видеть после такого знакомства — это раз. Вряд ли Панацея станет тратить время на того, кто отмудохал ее сестру — это два. Ну и наконец, если Панацея вдруг меня все же вылечит, и не оставит при этом пару опухолей в подарок, я не буду чувствовать, что победил. Я справлюсь с диабетом сам, это вопрос времени. Три недели максимум, но скорее намного меньше. Это три».
— Я считаю, что сейчас этого делать не стоит. Подождать, как минимум. А диабет я вылечу сам. Это не так сложно.
— Так ты и такое можешь…
«Проще, блять, составить список того, что я не могу. Например, я не могу тратить время на пустую болтовню, когда меня ждет работа. Собственно, я хотел лишь убедиться, что твой мозг работает относительно нормально, насколько это вообще возможно в твоем случае. Все хорошо? У меня на совести не будет трупа или пускающего слюни овоща? Прекрасно, у меня на этом все».
— И еще много чего.
— Тогда что ты собираешься делать?
— То же, что и сейчас. Буду осваиваться со своей силой. Искать ей применение. Возможно, сумею создать что-то по-настоящему стоящее. И когда я пойму, на что действительно способен — тогда и решу, стоит мне вступать в Стражи, или же обойдусь без них.
— Конрад, но то, что делаешь ты, это уже не игрушки, это по-настоящему опасно! Кейпы гибнут регулярно, особенно одиночки!
Я начал по-настоящему злиться.
«В последний раз, когда ты пыталась меня обезопасить, дело чуть не кончилось моей смертью и привело к триггеру! И именно поэтому я будут делать то, что сочту нужным, и ты мне не указ. Лучше пусть я в свой следующий выход нарвусь на взбешенного Лунга, на Кайзера вместе с охраной, на Оружейника или Бесстрашного. Пусть меня бьют, жгут огнем, режут, ломают мне кости — я просто буду бить, жечь, резать и ломать в ответ. И это будет честно, это будет хорошо и правильно, потому что я сам принял такое решение, а не ты приняла за меня. Следишь за мыслью? Лучше я сам совершу ошибку, чем поступлю правильно по твоему указанию».
— В обозримом будущем я хочу заняться собой, и вообще поэкспериментировать с лекарствами. Возможно, в Броктон Бей скоро не останется ни одного диабетика.
— Слушай, а можешь сделать какие-нибудь образцы? — оживилась она, услышав о лекарствах. — Не каждая компания может похвастаться штатным кейпом, и если «Медхол» заинтересуется…
— Нет! — отрезал я, впервые за весь разговор не сумев полностью сдержать эмоции. — Нахрен «Медхол».
— Ладно-ладно, — она торопливо подняла руки. — Тебе ничего не нужно?
— Покоя, — ответил я и ушел к себе.
Поначалу я хотел сразу взяться за работу, но от нервов не мог сосредоточиться. Возможно, моя мать и была права на счет того, что при следующей встрече герои не кинутся выдергивать мне руки и ноги. Вероятно, если бы она не высказалась за мое вступление в Стражи, я бы попытался позвонить в СКП, попытаться договориться о встрече, объяснить, свести все к недоразумению и побочным эффектам своих боевых стимуляторов. Честно, мне совсем не улыбалось иметь во врагах два десятка кейпов
