Прощальный поцелуй у дверей был с намеком, но Илиас удержался. Он только слегка коснулся ее губ. Когда Чарити хотела положить руки ему на плечи, Илиас мягко отступил на полшага, и ее руки бессильно повисли в воздухе.
— Увидимся утром, — сказал Уинтерс.
Чарити наблюдала за ним через завесу полуопущенных ресниц.
— Благодарю за обед, — помолчав, произнесла она. — Все было замечательно. Могу ли я отплатить вам тем же, скажем, в понедельник вечером?
Внутри у Илиаса все запело от радости.
— Буду надеяться и ждать, — просто сказал он.
— А затем мы можем прогуляться к лагерю вояджеров и посмотреть на прибытие межзвездных кораблей, — усмехнулась Чарити. — Я уверена, весь город будет там. Это зрелище обещает стать настоящей забавой, даже более грандиозной, чем окружная ярмарка.
— Самый глупый момент во всей истории Бухты Шепчущих Вод, — подхватил ее ироничный тон Илиас.
— Скажите, Илиас, если корабли на самом деле появятся, как разрекламировано, вас не искушает возможность улететь с пришельцами?
— Нет, — ответил он, глядя в глаза Чарити и чувствуя, как кровь приливает к его щекам. — Чувствую, что ответы, которые я ищу, находятся здесь, а не где-нибудь в космосе.
— Вы уверены в этом? — спросила Чарити, затаив дыхание.
— Вполне уверен. Но я еще не задал всех вопросов. Спокойной ночи, Чарити. — Илиас не хотел продолжать разговор. Пора было уходить. Он должен был спуститься с ее крыльца, прежде чем волна чувств захлестнет его снова и унесет в открытое море. Илиас повернулся и решительно зашагал вниз.
— Илиас!
Ее мягкий, с чуть заметной хрипотцой голос заставил его остановиться и оглянуться.
— Да?
— Вы доказали себе?
— Вы о чем?
— О том, что вы пытались доказать себе весь сегодняшний вечер, — невесело улыбнулась Чарити. — Что к вам вернулось ваше самообладание. Что даже если сама атмосфера ночи возбуждает вас, вы по-прежнему остаетесь Холодным Джо.
— Ах это! — смутился Илиас. Ему следовало бы помнить, что Чарити не так уж наивна, — Может быть.
— Все еще забавляетесь?
— Нет, но это формирует характер.
Чарити рассмеялась и закрыла перед ним дверь.
Илиас понял, что он вел себя как последний идиот. Разумеется, можно было преподнести все его поведение в этот вечер как шутку. Может быть, не очень удачную шутку, но чего можно ожидать от человека, являющегося новичком в этих делах?
Он повернулся прочь от крыльца и побежал легкой трусцой. К счастью, он умел сбрасывать избыточную сексуальную энергию, переполнявшую все его существо.
Несмотря на тупую боль в паху, возникшую из-за сильного желания, Илиас чувствовал себя неплохо. Впервые с тех пор, как умер Хейден. Лучше, чем когда-либо за все эти годы. Он побежал еще быстрее. У подножия утеса в темной воде бухты искрился серебряный лунный свет, прохладный ночной воздух будоражил кровь Илиаса. Ночь казалась всеобъемлющей.
Илиас бежал довольно долго, прежде чем перешел на шаг и повернул назад, к своему погруженному во тьму коттеджу.
Подойдя к садовой калитке, он увидел какое-то движение в окне. Илиас замер, затаившись в плотной тени земляничного дерева, с любопытством наблюдая, как темная фигура перебирается через подоконник.
Он услышал, как злоумышленник крякнул, неуклюже приземлившись на крыльцо. Поднявшись на ноги, ночной гость попытался закрыть резное окно, через которое он покинул дом, но это было не так-то просто сделать. До Илиаса донеслось хриплое бормотание вора:
— Вот дерьмо!
Это был голос Рика Свинтона.
Свинтон наконец сильным толчком закрыл окно и бросился по ступеням крыльца в сад. Илиас услышал всплеск воды. По всей видимости, Свинтон оступился и упал в пруд.
— Черт возьми! — раздалось еще одно ругательство. Свинтон выбрался из мелкого пруда и побежал напрямик, тяжело размахивая мокрыми рукавами ветровки. Он так и не заметил Илиаса, неподвижно стоявшего в плотной тени земляничного дерева.
Илиас мог протянуть руку и схватить Свинтона. Или дать ему подножку и заставить растянуться на земле. Однако он не сделал ни того ни другого.
Илиас решил проводить непрошеного гостя, держась от него на расстоянии. Свинтон обежал вокруг коттеджа и тяжело затопал вниз по узкой, обсаженной деревьями аллее, ведущей к главной трассе.
Его автомобиль стоял за шеренгой пихтовых деревьев. Свинтон рывком открыл дверь, прыгнул на водительское место и завел двигатель. Он не включал фары до тех пор, пока не оказался за сотню ярдов вниз по дороге.
Илиас выждал несколько минут, стоя на краю аллеи и с любопытством ожидая, куда повернет Свинтон — к лагерю вояджеров или к городу. На развилке дорог свет фар повернул налево, к Бухте Шепчущих Вод.
Илиас неторопливо вернулся к себе в коттедж. Поднявшись по ступеням крыльца и открыв дверь, он сбросил башмаки и тихо прошел внутрь.
Чокнутый Отис встретил его нетерпеливым бормотанием под накидкой, укрывавшей клетку.
— Все в порядке, Отис, — успокоил птицу Илиас, — это я.
Отис затих и, узнав голос, прошипел слегка сердито:
— Х-с-с-с.
— Полностью с тобой согласен, — сказал ему Илиас.
Не зажигая света, он прошел в темноте к окну, которым воспользовался Свинтон для вторжения в дом.
— Либо ему повезло, — в раздумье заговорил он сам с собой, — либо он весь вечер следил за домом. А когда я ушел провожать Чарити, он, вероятно, решил, что я проведу ночь у нее.
— Кхе-кхе-кхе, — отозвался Отис.
— Вот именно. Он понятия не имел, что я использую вечер для занятий Тэл Кик Чарой, тренируясь в самодисциплине и ограничении, — продолжал Илиас, пристально всматриваясь в ночь. — Идиот! — Он смолк на мгновение. — Если ты удивлен, Отис, последнее относится ко мне, а не к Свинтону.
— Кхе-кхе-кхе, — безжалостно согласился Отис.
Илиас внимательно обследовал свой небольшой коттедж. Немудреная спартанская обстановка оставляла очень мало укромных мест. Свинтону не потребовалось много времени, чтобы осмотреть все в доме.
— Не люблю гостей, забывающих снимать туфли, Отис, — недовольно заметил Илиас. Его не удивило, что единственной вещью, оказавшейся сломанной, был резной сундучок в спальне. С первого взгляда было ясно, что Свинтон успел порыться в нем.
Но предмет, о котором больше всего беспокоился Илиас, дневник Хейдена Стоуна, по-прежнему лежал на дне сундучка. Илиас взял его и просто подержал в руках. Сейчас он не мог заставить себя снова перечитывать дневник Хейдена.
Положив дневник на место, Илиас медленно опустил крышку сундучка и задумался. Ему пришла в голову мысль, что Свинтон, не найдя желаемого в доме, мог направиться в город и забраться в «Обаяние и достоинство». Илиас очень надеялся, что Свинтон не сможет нанести магазину слишком большой ущерб.
