стать. Упроси Райнера, чтобы он тебя допустил к серьёзным машинам, хватит пилотировать эти развалюхи.
Мы свернули с Аэрокольца и поехали вдоль высокой железобетонной стены, украшенной витками колючей проволоки. За стеной громоздились заводские корпуса и дымила труба в красно-белую полоску.
— Есть шанс на «борисфен», — задумчиво произнёс Игорь. — Но… там очередь километровая.
Через минуту меня осенило.
— А если ты будешь пилотировать свой мех?
— Точно издеваешься.
— Нет. Повторяю вопрос: на полигоне есть пилоты, тренирующиеся по договорённости с главами Родов?
— Конечно. Рядом с плато целый городок. Бесконечные ряды ангаров, ты разве не видел?
— Не обратил внимание.
— В общем… да, такое практикуется.
Повернув на очередном перекрёстке, я уже принял решение, но озвучивать его вслух не стал. Вместо этого дал расплывчатое обещание:
— Будь на связи. И не спеши соглашаться на контракты, которые покажутся тебе выгодными.
— Сергей…
— Не спеши благодарить. Я ничего не обещаю. Возможно, есть решение, но мне надо подумать, чтобы всё грамотно организовать.
Остаток пути мы проехали молча.
Гриднев реально жил в заводской общаге — обшарпанной, серой и унылой. С кучей припаркованных колымаг, частично проржавевших, с отбитыми передками. Пожарная лестница, протянутая через люки в балконах, только добавляла мрачного колорита этому месту.
В воздухе чем-то воняло.
По ближайшему переулку носилась свора бродячих псов.
— Бывай, — сказал я.
И укатил в закат.
Время уже безнадёжно потеряно, так что я отправился в пригорский офис «Стрижа», чтобы пообщаться с управляющим и бухгалтером.
Покой нам только снится…
Глава 16
Летний дождь — он разный бывает.
В каком-нибудь городке средней полосы поморосит пару часиков и успокоится. Или будет моросить весь день, но с перерывами.
Совсем другое дело — Фазис.
Город раскинулся в субтропиках, и если уж с неба что-то начинает лить, это всерьёз и надолго. К примеру, на три дня. Или на четыре. А бывает и на неделю.
Я размышлял об этих превратностях судьбы, когда ехал домой из гимназии. Проспект Дарвина стоял в пробке, а объехать затор по боковым улочкам я не решался — большая часть из них в центре была затоплена. Хуже всего обстояли дела в Гадюшнике. Ну, если верить ведущему местного радио.
— Погода у нас не заладилась, но это ничего! — доносился жизнерадостный голос из радиоприёмника. — Гости нашего чудесного города могут отправиться в театр или местный ресторан. А если вообще не хочется покидать пансионат, закажите еду в номер! Служба быстрой доставки «Молния» — одна нога здесь, другая там! Телефон, по которому принимают заказы…
Услышанное повергло меня в шок.
Подкрутив громкость в приёмнике, я начал слушать внимательно, но диктор уже переключился на другую тему:
— А теперь информация для водителей. Ремонт дороги на улице Левана Добридзе привёл к заторам на проспекте Дарвина и не только. Рекомендую объезжать этот район по бульвару Лермонтова. Улица Судьбы — тоже вариант, но наш корреспондент сообщает, что площадь Гранд Базара затоплена, так что поворачивайте раньше.
Мне уже не требовалась мыслекарта, чтобы прикинуть расклад.
Если сейчас свернуть на Абрикосовую, то я в теории могу добраться до Лермонтова без приключений, но… получается тот ещё крюк. Наверное, проще отыскать таксофон, выдернуть Бродягу из Красной Поляны и въехать прямиком в гараж. Иначе день будет потерян безвозвратно.
Проспект утонул в серой мгле, отвесных водяных струях и нескончаемых гудках злых водителей. Никто никуда не мог продвинуться, но все сигналили.
По большому счёту, мне не стоило покидать усадьбу в такую погоду, но выбора не оставалось — сегодня я сдавал экзамен по криптоистории. Тяжёлый, между прочим. С комиссией из трёх фанатов своего предмета, кучей дополнительных вопросов и неудобной темой по предполагаемому быту Предтеч в период Высокой Архаики. На законную «четвёрку» я сдал, но чувство было такое, словно прошёл через одну из жесточайших тренировок мастера Мергена… встреча с которым меня ждёт на следующей неделе.
Внезапно до меня дошёл весь смысл услышанного по радио.
Служба доставки «Молния»?
Это ещё что за хрень?
Не хватало мелочи, чтобы окончательно испортить моё настроение. И этой мелочью стал билборд, под которым я основательно застрял. Дворники без устали полировали лобовое стекло, смахивая водяные разводы, а я пялился на усатого велосипедиста в кепке-аэродроме характерной кавказской наружности. Велосипедист подмигивал потенциальным клиентам, а за его спиной явственно просматривалась зелёная сумка для перевозки еды. Вверху билборда красовался слоган:
ВЫ ДАЖЕ НЕ УСПЕЕТЕ ПРОГОЛОДАТЬСЯ!
МОЛНИЕНОСНАЯ ДОСТАВКА ЕДЫ
Дальше — номер телефона.
Увиденное настолько повергло меня в ступор, что я чуть не пропустил момент, когда передняя машина тронулась с места. Сзади начали отчаянно сигналить.
Конкуренты.
Ненавижу конкурентов!
Есть извращенцы, которые видят в них стимул к развитию и личностному росту, но я не из таких. Лучший сценарий — единоличное доминирование на рынке. Кто сказал «монополия»? Это другое.
Минут через пятнадцать я ухитрился съехать на Абрикосовую, но и там легче не стало. Умников хватало, они создали новую пробку. Чертыхнувшись, я свернул в какой-то переулочек, на углу которого стояла залитая дождём обшарпанная серая будка. Заехал на тротуар, заглушил двигатель и полез в бардачок за монетками. Там у меня всегда валяется мелочь на разные непредвиденные случаи. Двухкопеечный кругляш обнаружился достаточно быстро. Я прихватил две таких монетки. Собравшись с духом, нажал кнопку на торпеде, и дверь с водительской стороны поползла вверх.
Внезапный порыв ветра швырнул мне в лицо пригоршню воды.
Задвинув дверцу на законное место, я в два прыжка одолел расстояние до будки, заскочил внутрь, снял трубку и начал быстро крутить наборный диск. Дождавшись писка, забросил «двушку».
Бродяга ответил сразу после второго гудка:
— Слушаю.
Обычно Бродяга «косит» под телефониста и если понимает, что на проводе чужой, переводит разговор на Алису. А вот Алиса решает, соединить абонента со мной или Джан. В большинстве случаев девушка записывает сообщение, уточняет номер звонившего и вешает трубку. Уж очень много неадекватов начало тревожить нас в последние недели.
— Это Сергей. Забери меня из города, дружище.
— Конечно, Сергей. Уточни, где ты находишься.
Я назвал адрес и повесил трубку.
Перезвонил Бродяге через пять минут, израсходовав вторую «двушку», и выяснил, что домоморф вмонтировался в пустующий первый этаж кирпичного дома в нескольких десятках метров от меня. Выглянув из будки, стёкла которой искажали перспективу водяными разводами, я обнаружил этот самый дом. Кирпичная пятиэтажка с огромным количеством пристроек, жестяной крышей и лесом телевизионных антенн.
Два прыжка —
