Читаем без скачивания Киллеры не стареют - Михаил Черненок

– Руслан?! – будто ничего не ведая, удивился Слава.

– Имени не знаю. До сегодняшнего дня вообще не слышал, что у Вениамина Федотовича есть брат.

– Разве он здесь не появлялся?

– Ни разу не видел.

– Не брату ли венок предназначался?

– С какой стати?.. Это, так и знай, кто-то из клиентов обиделся на Вениамина Федотовича и, узнав о его несчастье, зло подшутил.

– Раньше такие шутки были?

– Другим адвокатам преподносили разные сюрпризы, а Мамаеву впервые подкинули.

– В какие часы Вениамин Федотович обычно находится в офисе?

– У него неопределенный распорядок. Иногда до полуночи засиживается над бумагами. Бывает, что целыми днями на судебных процессах занят или по клиентским делам разъезжает. Если хотите с ним встретиться, надо заранее договариваться. Можете прямо сейчас оставить секретарше заявку.

– Дело в общем-то не горит. Любопытно: какая братва и с каким намеком подсунула венок?

– В этом Мамаев сам разберется.

– Недоброжелателей у него много?

– Хватает…

Минут через двадцать после разговора охранником Голубев подъехал к небольшому старому зданию городского аэропорта. Не увидев среди стоявших на привокзальной площади автомашин белой «Тойоты», Слава заглянул в вокзал. Шла регистрация билетов на рейс до Сургута. У регистрационной стойки с весами выстроилась короткая очередь. Судя по объемистым тюкам, северные «челноки» направлялись домой с закупленным в Новосибирске товаром. Мужчины с забинтованной левой рукой среди них не было.

Пришлось обратиться к начальнику пассажирских перевозок. Выслушав Голубева, тот стал названивать по разным телефонам. После недолгих разговоров заявил, что Потехин Геннадий Никифорович среди сегодняшних пассажиров не числится. Билета на свое имя он в городском аэропорту не покупал и не регистрировал. Слава попросил начальника созвониться с коллегами из аэропорта Толмачево. Результат оказался таким же. Вывод напрашивался один: если с венком «подшутил» действительно Потехин, то спешку в аэропорт он придумал для отвода глаз, чтобы самому не засветиться в офисе адвокатов.

Глава XXII

Из аэропорта Голубев позвонил Веселкину и поинтересовался, нет ли у того каких новостей.

– Появилось довольно интересное, – ответил Костя. – Приезжай, обсудим.

Обсудить на самом деле было что. Эксперты, исследовав пистолет, обнаруженный в кармане убитого вчерашним вечером Тимура Хазарова, дали заключение, что именно из него застрелены Лоция Жемчугова и Руслан Мамаев.

– А самого Дельфина из какого ствола застрелили? – спросил Слава.

– Из бельгийского браунинга, – сказал Веселкин. – В Новосибирской области такой пистолет раньше ни на одном деле не «светился». В целях задержания владельца уникальной штучки объявлена операция «Браунинг».

– Не из другого ли региона наняли «вальщика», чтобы устранить разового киллера?

– Возможно и такое. Следственно-оперативная группа работает в усиленном режиме.

– Какие наметки появились?

– Подробно выяснили личность Хазарова. После убийства Писмаря Дельфин оказался безработным. Пытался устроиться охранником в офис адвоката Мамаева. Там штат охраны укомплектован по договору с УВД сотрудниками милиции, и Вениамин Федотович Тимуру отказал.

– Не в отместку ли адвокату за отказ Хазаров прикончил Руслана?

– Киллеры обычно бесплатно не мстят. Пока лишь установлено, что позавчера вечером, когда у вас совершено двойное убийство, Хазарова в Новосибирске не было. Коли уж он поехал в райцентр, значит, кто-то ему заказал или Руслана, или Лоцию Жемчугову.

– Руслана мог заказать Геннадий Потехин, а Лоция погибла за компанию…

– О Потехине вообще никаких сведений нет.

– Не случайно же он скрывается, – Голубев рассказал о венке «Мамаю – от братвы» и сразу добавил: – У меня такое впечатление, что этот розыгрыш – дело рук Потехина.

Веселкин задумался:

– Тогда выходит, что о смерти дочери вместе с Русланом Потехин не знает. Если бы знал, ему было бы не до розыгрыша. Словом, какая-то несуразная чертовщина. Странно, что не прослеживается связь Руслана ни с одной из криминальных группировок.

– Конспирация – дело ответственное.

– Информация от братвы у нас надежная. Все осведомители заявляют, что Руслан с группировками не связан. В филиале «Интербанка» о нем отзывы хорошие. Ни самовольных прогулов, ни опозданий за время работы там не допускал. На службу приходил всегда трезвым. С сослуживцами и клиентами был вежлив. В дополнительном заработке не нуждался. Повышенными запросами не страдал. Привык жить по-военному.

– Но ведь не ради безделья он отпросился на две недели ловить осетров.

– Осетры, без всякого сомнения, придуманы для ширмы. И сделано это вроде бы без ведома Вениамина Федотовича.

– Да, узнав от Бирюкова о смерти брата, Мамаев тут же позвонил начальнику охраны банка и удивился, что никогда не рыбачивший Руслан вдруг собрался на браконьерскую рыбалку… – Голубев, задумавшись, помолчал. – По словам Ивана Мефодьевича Кузина, было нечто темное в приобретении комнаты для Руслана. Это правда, что труп бывшей хозяйки обнаружили в лесу под Бердском?

– Правда, но причастность к ее убийству братьев Мамаевых – под очень большим вопросом. Документы на покупку комнаты у Гуськовой оформлены безупречно. Уплата денег бывшей хозяйке заверена у нотариуса. Все полагающиеся при этом налоги уплачены. Путевку в дом-интернат Вениамин Федотович раздобыл и вручил старушке при свидетелях. Доставлять же Гуськову к новому месту жительства Мамаев на себя обязательства не брал. С кем она уехала, неизвестно.

– У нее же какие-то вещи были…

– Какие там вещи у восьмидесятилетней одинокой старухи. Стол, табуретки, железная кровать с постелью, шкафчик с посудой и допотопный холодильник вошли в стоимость комнаты и остались Руслану. А немудреное бельишко да верхняя одежда вместились в две дорожных сумки. Их бросили возле трупа. Исчезли только деньги, полученные за комнату.

– Почему так долго не раскрыто преступление?

– В основном из-за того, что до сих пор не обнаружен пистолет девятимиллиметрового калибра, из которого застрелили старуху.

– Надо исследовать тот, что найден у нас в лесопосадке.

– Сейчас эксперты им занимаются.

Когда Голубев изложил суть своего разговора с Кузиным, Веселкин сказал:

– Я и раньше догадывался, почему Иван Мефодьевич прекратил публикацию, разоблачавшую адвокатские финты Мамаева.

– Почему же никто из правоохранительных органов не заинтересовался началом той публикации? – спросил Слава. – Если бы наша районка напечатала что-то похожее, прокурор Бирюков сразу бы взял криминальные факты на заметку.

– Но районная газета криминальных фактов не печатает?

– Нет. На ее страницах, главным образом, тоскуют о том, как легко жилось в недавнем прошлом, и сокрушаются, что утеряны все завоевания социализма.

Веселкин улыбнулся:

– Лафа вам с такой газетой. А в Новосибирске – тьма разных газет. И в каждой – сплошная чернуха. Если один что-то разоблачает, другие это же защищают. Начни заниматься газетными разборками, некогда будет раскрывать преступления.

– Однако факты у Кузина о «финтах» Мамаева серьезные.

– Кузин проводил журналистское расследование. Для него критерием являются устные разговоры, логические выводы и собственная совесть. Мы же – люди государевы. Сам ведь знаешь, что слово к делу не пришьешь. Нужны улики. Тем более, когда это касается опытного юриста, которого одними словами к стенке не прижмешь.

– Потому братва и распоясалась. Запросто телефонные разговоры подслушивают.

– У братвы законом руки не связаны. Установить «жучок» – пустяковое дело. Нам же, чтобы получить санкцию на прослушивание телефонных разговоров, как минимум неделя нужна.

– Казуистики у нас хватает, – согласился Голубев. – Ума не приложу, почему скрывается Геннадий Потехин, и не знаю, где его искать.

– В Новосибирске – найдем. Если скрылся за границу, придется развести руками.

– С Мамаевым ваши оперативники не беседовали?

– Вениамин Федотович обескуражен семейной трагедией. Ему сейчас не до бесед.

– А мне очень хочется с ним поговорить.

– Бог даст, поговоришь. Адвокат из Новосибирска никуда не денется.

– Вдруг что-то новенькое появится, сообщи сразу Бирюкову.

– Конечно, сообщу.

В райцентр Голубев вернулся к концу рабочего дня. Бирюкова с Лимакиным он застал в прокурорском кабинете и с ходу принялся излагать собранную в Новосибирске информацию. Когда Слава выговорился, Бирюков уточнил у него некоторые детали. Недолго подумав, сказал:

– Без Геннадия Потехина распутать этот клубок трудно.

– От Василия Григорьевича Кудрявцева телефонного звонка не было? – спросил Голубев.

– К сожалению, нет.