Но на большинстве кустов ягоды были уже оборваны, при этом — недавно. Вряд ли это сделали животные. Зверей вокруг не было.
Если придется идти долго, то, чего доброго, с голода умрешь. «Ручей, кажется, тоже скоро иссякнет», — подумал Хума.
Он шел вдоль ручья уже три дня.
Присев на берегу, Хума иронически улыбнулся своему отражению в воде. На него смотрел рыцарь с непричесанными волосами, усами, в рваных доспехах, покрытых кровью, испачканных грязью. Хума попытался соскоблить грязь с эмблемы ордена Короны. Он словно бы увидел в воде вместо своего лица лицо Беннета. Сын Трейка, конечно, выглядел, как всегда, безупречно. Нагрудные латы блестели, пышные усы аккуратно подстрижены. Это был истинный рыцарь.
Вдруг рядом с лицом Беннета возникло другое лицо… Это явно был не рыцарь Соламнии, а кто-то облаченный в необычные доспехи, с огромной бородой на медвежьем лице. Только что поблизости никого не было. Откуда же мог появиться похожий на медведя человек?!
Рыцарь схватился за меч, и пришелец отпрянул от него. Хума никак не мог понять, что за человек подкрался к нему. Доспехи на нем состояли частично из людоедских, частично из рыцарских. Может быть, это разбойник? Из тех, что грабит мертвых? Хума вновь поднял меч.
Бородач завопил и, развернувшись, побежал прочь с резвостью, удивительной для его неуклюжей фигуры. Хума бросился за незнакомцем в погоню. Он бежал медленно, так как чувствовал себя очень слабым. Незнакомец взбежал на небольшой холм и скрылся на другой стороне. Добежав до вершины, Хума от неожиданности попятился назад: навстречу двигались более дюжины конных и множество пеших воинов. Они с удивлением смотрели на Хуму и убегавшего от него бородача.
Высокий черноволосый человек с аккуратно подстриженной бородкой подал команду. Хума не расслышал слов, но сомнений у него не было: приказ командира имеет к нему непосредственное отношение.
Хуме не повезло: лес в этих местах не был густым и спрятаться было негде. Когда Хума понял, что скрыться ему не удастся, ом остановился и стал ждать, что будет дальше. Это не были воины Такхизис, но, являлись ли они союзниками или врагами, рыцарь не знал. Несколько всадников уже подъехали к нему. Они были хорошими наездниками, но Хума еще был в состоянии держать их на расстоянии вытянутого меча. Вслед за всадниками появились пехотинцы. Хума оказался внутри кольца, которое быстро сжималось. Ни один из воинов не нападал. Никто не желал попасть под удар мелькающего в воздухе меча Хумы.
— Уберите оружие! Это приказ!
Подъехали новые всадники. Командир направил свою лошадь к Хуме. Солдаты, пропуская его, посторонились. Он подъехал к рыцарю и пристально посмотрел на него. Судя по внешности, командир был человеком решительным — его лицо избороздили морщины, появившиеся за годы нелегких испытаний. Как и у многих рыцарей Соламнии, у него было ястребиное лицо, что говорило о его принадлежности к старинному дворянскому роду. Он выглядел не таким суровым, как Великий Магистр или Беннет. А улыбка у него была обезоруживающая.
— Рыцарь Соламнии?! И так далеко от Вингаардской Башни? Ведь вы — рыцарь ордена Короны? Отвечайте!
Он побагровел. Хума понял, что думает о нем этот человек.
Рыцарь Соламнии решил ответить кратко:
— Как я попал сюда — расскажу позже. А сейчас скажу только: я сражался с волкодлаками и воинами Черной гвардии.
Хума еще не понял, что за всадники перед ним, и поэтому воздержался от подробностей.
— Ясно, — командир привстал в седле. — Я государь Гай Эйвандейл из Дьюрэнди. Кто вы и что делаете в центре Эргота? Скажите: соламнийцы потерпели поражение?
— Я — Хума, рыцарь Соламнии из ордена Короны. После сражения с Черной гвардией и после того, как войска Владычицы Тьмы разбили нас, я пошел на юго-запад.
Хума нарочно сказал, что рыцари, мол, разбиты, — он хотел знать реакцию государя Эйвандейла.
Лицо Эйвандейла побелело. Его солдаты возбужденно зашептались.
— Я вас правильно понял? Рыцари Соламнии потерпели сокрушительное поражение?
— Нет, государь Эйвандейл. Разбиты только некоторые наши отряды, но мы перегруппировали наши силы. Я, к сожалению, чуть не ввел вас в заблуждение. Вингаардская Башня в наших руках и всегда будет нашей.
Государь усмехнулся:
— Мы в Эрготе хорошо знаем силу рыцарства. Я рад слышать, что рыцари Соламнии окончательно еще не разбиты.
Один из всадников подъехал слишком близко к Хуме, и тот обнажил меч.
Эйвандейл поднял руку, останавливая обоих воинов.
— Я хочу о многом расспросить вас, и поэтому вы поедете с нами, Хума. А вы, — командир показал на всадника, подъехавшего к Хуме, — дайте ему своего коня.
— Есть, милорд.
Хума нерешительно смотрел то на коня, то на Гая Эйвандейла. Государь догадался, о чем думает рыцарь, и сказал:
— Не беспокойтесь, Хума. Мы, так же как и вы, враги Такхизис. Пусть наши прошлые разногласия останутся, как это и должно быть, в прошлом.
— Я желаю того же самого, государь Эйвандейл. — Хума с благодарностью принял предложенного коня.
— Вот и отлично. Когда мы прибудем в лагерь, вас прежде всего накормят. А затем вы или отдохните, или приходите сразу ко мне.
Хума решился спросить:
— Милорд, не встречался ли вам на днях минотавр?
— Минотавр? В наших краях? — Эйвандейл вопросительно посмотрел на своих спутников. Те отрицательно покачали головой. — Кажется, нет. Но не волнуйтесь: если он будет найден, мы примем меры и обезвредим его.
Хума заговорил взволнованно:
— Милорд! Нет, нет, как раз этого я и не хочу! Я понимаю, что это может показаться странным, но минотавр — наш сторонник, и надо позаботиться о его безопасности. Его зовут Кэз.
— Действительно странно. — Эйвандейл снова испытующе посмотрел на рыцаря. — Я никогда не слышал о чем-либо подобном и тем более не предполагал, что услышу подобное от рыцаря Соламнии. Но я сделаю так, как вы просите. Моего слова вам достаточно?
— Да, милорд.
— Ну что же, прекрасно. И надеюсь, верхом на коне вы почувствуете себя гораздо лучше. — Встретившись глазами с Хумой, он продолжил: А человек, за которым вы только что гнались, дезертир. Я вам благодарен за его поимку. Жду предстоящей беседы с вами.
Всадники и пехотинцы снова построились в боевой порядок, Эйвандейл приказал следовать на юг. Хума предпочел бы ехать на юго-запад, но он решил подчиниться приказу государя
Неожиданно Хума на миг потерял сознание и едва не свалился с коня.
— Боги! — Губы командира конницы шевелились, но Хума не слышал его слов. — Дерек, поддержите его, а то он упадет.
— Боги! — повторил государь. — Он весь изранен!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
