Хума сразу же догадался: эта глыба — робот. «Магиус вновь пришел мне на помощь», — подумал рыцарь.
Волкодлаки смогли увернуться от робота, но один из них попал-таки под копыта споткнувшейся лошади.
Погоня продолжалась.
Хума ударился плечом о сук дерева. Огромному минотавру приходилось хуже. Его рога постоянно задевали за ветки деревьев.
Обернувшись, Хума увидел: волкодлаки бегут по-прежнему быстро и ничуть не кажутся уставшими. Черные всадники неистово погоняли лошадей.
— Мы не сможем… — начал Кэз, но тут ветка стегнула его по лицу. — Мы не сможем долго скакать так быстро. Загоним лошадей.
Хума задумался:
— Нам надо разделиться! Поскачете на север! А я…
Хума показал рукой на юг. Кэз согласился нехотя. Затем, задев плечом дерево, резко повернул свою лошадь на север. Хума смотрел минотавру вслед, пока тот не скрылся из вида, затем пришпорил свою лошадь. У нее почти не осталось сил. Она еле бежала, постоянно спотыкалась.
Внезапно она резко остановилась, и Хума вылетел из седла. Он быстро вскочил на ноги и спрятался за деревьями. Волкодлаки приближались, у Хумы не было времени как следует приготовиться к бою.
Еще в конюшне он нашел небольшой деревянный щит и сейчас выставил его перед собой. В другой руке — меч. Он надеялся, что волкодлаки сначала погонятся за лошадью. Хуме хотелось бы задержать их как можно дольше, чтобы Кэз ускакал как можно дальше. Рыцарь знал, что этот бой может стоить ему жизни. Но ведь только в случае, если один останется и примет бой, — другой сможет спастись. Выбора не было.
Вот мимо Хумы промчался волкодлак. Он гнался за лошадью. Та, почувствовав опасность, поскакала что есть сил.
«Ей не уйти далеко», — с сожалением подумал Хума. Следом за первым волкодлаком бежали двое; немного отстав еще один. Хума ждал, когда мимо него пробегут два последних. Вот пробежали и они.
Хума выглянул из-за дерева и сразу же увидел приближающегося всадника. Мощные корни дерева, за которым прятался Хума, выступали высоко над землей, лошадь на полном скаку споткнулась о них. Всадник вылетел из седла и, описав дугу, ударился о землю. Он лежал, не проявляя признаков жизни; Хума взглянул на других всадников.
Они скакали группой и не очень быстро. Быстро мчаться им мешали деревья. Один из всадников ехал чуть в стороне. С именем Паладайна на устах Хума напал на него. Всадник поднял секиру над головой, но ветки мешали ему размахнуться как следует. Рыцарь успел выбить всадника из седла и вскочил на его коня. Тот поднялся на дыбы и разбил копытами голову упавшего черного гвардейца.
Хума пришпорил коня — оставшиеся всадники, поняв, что к чему, наверняка помчатся за ним.
В ту же минуту кто-то набросился на рыцаря. Хума сумел лишь заметить мелькнувшее бледное тело. Ему повезло: он успел вонзить в волкодлака меч, но зверь всетаки разорвал зубами наколенник Хумы. Пронзенный мечом зверь извивался, как червяк. Рука Хумы едва выдерживала тяжесть чудовища. Волкодлак щелкал зубами, слепые глаза его вылезали из орбит. Наконец зверь соскользнул с меча и покатился по земле. Оглянувшись, Хума увидел: он как ни в чем не бывало встает на ноги. Но тотчас же на волкодлака налетела лошадь мчащегося за Хумой черного гвардейца, и ее копыта смяли его.
Как у Хумы, так и у его преследователей, лошади были на пределе последних сил. С их губ падала пена. Они начали спотыкаться. Хума увидел' одна из лошадей рухнула на землю, бегущая следом лошадь налетела на нее и черный гвардеец вылетел из седла. Хума остановил своего коня и повернул назад. Два гвардейца скакали к Хуме справа и слева. Всадник справа от него уже замахнулся мечом, второй еще только вытаскивал меч из ножен. Хума смог все точно рассчитать. Он закрылся от первого щитом, а второму нанес сильный удар. Меч вонзился между нагрудником и шлемом гвардейца. Всадник упал, лошадь потащила его за собой. Гвардеец справа, не осмелившись продолжать бой один на один, повернул назад к своим товарищам — те уже спешились с обессилевших лошадей. Догнав гвардейца, Хума нанес ему сильный, но неточный удар. Тем не менее гвардеец упал с лошади и не смог встать на ноги.
К этому времени возвратились волкодлаки. Лошадь Хумы зашаталась от усталости и упала. Хума спрыгнул с нее и отскочил в сторону.
Он стоял, держа в руках щит и меч, и смотрел на пятерых волкодлаков и двух гвардейцев. «Вот она, смерть», — пронеслось у него в мозгу.
Когда первый волкодлак бросился на Хуму, то был отброшен сильнейшим ударом — рыцарь решил как можно дороже продать свою жизнь. Он бил, колол, вонзал меч почти вслепую. Даже щит превратился в оружие: Хума с силой швырнул его в голову напавшего волкодлака. Желтые клыки с капающей на землю слюной мелькнули у самого его лица. Рыцарь мечом тотчас рассек зверя пополам.
Хума отвечал на каждую атаку контратакой. Наконец он ощутил: его меч рассекает воздух, не встречая сопротивления. Он смотрел на поле боя, не веря глазам своим. Последние два гвардейца были мертвы. По земле текла кровь. Пять волкодлаков были разрублены на куски.
Внезапно Хума почувствовал страшную усталость. Опустился на колени и равнодушно смотрел на растерзанные тела своих врагов. Затем без сил повалился на землю.
Глава 11
Хума не знал, сколько времени он пролежал рядом с поверженными гвардейцами.
Очнувшись, он почувствовал: все тело его болит. Однако надо было поскорее уходить отсюда: он не мог без отвращения смотреть на трупы, а главное — могли появиться новые преследователи. Он был достаточно наслышан о мстительности Галана Дракоса и Кринаса. Хума не сомневался: по крайней мере, военный министр в покое его не оставит.
Боль в теле нарастала. Хума в оцепенении смотрел на свои многочисленные раны. Доспехи, пробитые и разорванные, были теперь бесполезны. Он не помнил, кто и когда его ранил. В сознании осталось лишь одно: он встречает мечом все, что приближается к нему.
Хума отыскал ручей и промыл раны. Холодная вода освежила тело и прояснила голову. Теперь можно было отправляться в путь. Как сказал Магиус, идти надо всегда на юго-запад.
Вспомнив о Магиусе, Хума вспомнил и о Кэзе. Где его верный друг сейчас? В безопасности ли он?
Что-то огромное пронеслось над головой, подняв ветер, от которого закачались деревья. Хума взглянул вверх. Он успел заметить широкие кожистые крылья, они промелькнули так быстро, что он не разглядел, какого цвета был дракон. Но какого бы цвета дракон ни был он не прилетел вновь…
Хума даже не заметил, как настал вечер. Только голод давал о себе знать, и рыцарь стал рыться в сумке, которую снял с седла лошади одного из преследователей. В сумке черного гвардейца, на дне ее, Хума обнаружил то, что искал: запас пищи. Попробовав еды черного гвардейца, он с отвращением выплюнул ее. У его врагов пища, оказывается, была слишком острой. Несмотря на голод, он не мог ее есть. И зачем столько острых приправ?! От такой пищи ему было бы больше вреда, чем пользы. В конце концов, можно отыскать птичьи яйца, собрать ягоды. Это, конечно, не очень насыщает, но голод все же утолить можно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
