Поймав себя на том, что она уже перестала понимать, что на самом деле явилось причиной разлада их отношений, Алекс напомнила себе: Линда.
Но даже это имя уже не ранило ее чувства так глубоко, как прежде.
Все следующие дни Алекс была охвачена суматохой последних приготовлений к Рождеству. Она торопилась закончить переустройство спален и упрямо не обращала внимания на свое не очень хорошее самочувствие. Вечером накануне возвращения Дэйва она почувствовала такую слабость, что была почти готова бросить все и лечь в постель.
Она была с детьми в гостиной, пытаясь установить огромную елку, которую только что привезли, когда открылась дверь и вошел Дэйв. Сочувственная улыбка смягчила резкие складки на его лице, когда он увидел их всех в противоборстве с колючими ветками непокорного дерева.
— Вижу, что здесь еще остались кое-какие дела и для меня, — пошутил он.
Дети, оставив Алекс одну у елки, бросились к отцу, и он с воплем притворного ужаса повалился на ковер. Близнецы с хохотом и криками упали на него сверху, а третьему члену их маленького трио пришлось добираться ползком, чтобы принять участие в веселой свалке.
Алекс наблюдала за ними с глупой улыбкой на лице, не обращая внимания на колючие иголки, впившиеся в ладони. И внезапно на нее нахлынуло озарение. Она отчетливо поняла, ради чего стоило сохранять свою жизнь такой, какая она есть, — ради семьи. Простое, но в то же время запутанное переплетение нитей любви, которые протянулись от одного к другому, от другого к третьему и соединили всех их вместе так прочно, что, даже когда одна нить рвалась, они все равно оставались вместе в одной семье, потому что были крепко связаны.
И Дэйв сейчас был прежним. Он наслаждался этой шуточной борьбой с детьми, а они щекотали его, заставляя просить пощады. Джеми уселся на него сверху и принялся колотить его ручонками в грудь.
— Сдаюсь! Сдаюсь! — закричал Дэйв, когда Сэм прижал к ковру его руки, так что Кейт могла беспрепятственно щекотать отца. Хитрецы знали, что он ничего не сможет сделать, пока Джеми у него на животе. — Помоги мне, Алекс! — взмолился он. — На помощь!
Алекс отпустила елку, тревожно понаблюдав за ней несколько мгновений, желая увериться в том, что дерево не упадет на них сверху, потом подошла и подняла Джеми. Взяв его под мышку, она немного поддразнила Кейт ее же средствами, предоставив Дэйву разбираться с Сэмом. Дэйв моментально вскочил на ноги, и, схватив Сэма в охапку, начал покрывать звонкими поцелуями его скривившееся лицо.
Сэмми извивался, как угорь, протестуя и наслаждаясь одновременно. Не так много способов дать шестилетним мальчикам то необходимое количество ласки, поцелуев и объятий, в которых они нуждались, хотя и не признавались в этом. Дэйв сейчас избрал лучший путь, превратив это в игру. И к тому времени, когда он отпустил сына, тот сиял от счастья, пытаясь изобразить высшую степень отвращения. Затем он заливисто засмеялся, когда Дэйв погнался за визжащей Кейт. Ее было легко поймать, трудно убегать и уворачиваться, когда на самом деле хочешь, чтобы тебя схватили и обняли эти сильные руки.
Джеми наблюдал за всем этим с радостным оживлением на лице. Алекс прижимала его к себе, чувствуя уютное тепло маленького тельца, и откровенно желала, чтобы настала и ее очередь получить немножечко счастья.
Наверное, Дэйв подумал о том же, потому что поставил Кейт на ноги и устремил свой взгляд на Алекс. Внезапно почувствовав смущение, она протянула ему Джеми и опустила глаза. Поняв намек, Дэйв снова опустился на пол и принялся щекотать младшего сына, который смеялся в ответ заразительным младенческим смехом.
В этот момент елка угрожающе заскрипела. Алекс вовремя бросилась в гущу колючих ветвей и схватилась за ствол, с трудом удерживая тяжелое дерево. Другая рука, более сильная, пришла ей на помощь: Дейв молниеносно вскочил с пола и, протянув руку, принял вес дерева на себя. Легким толчком он вернул елку в прежнее положение. Крепкие, но нежные руки помогли Алекс выбраться из колючих ветвей.
— Ты оцарапала щеку, — хрипло сказал Дейв и, наклонившись, коснулся губами крошечной царапины в уголке ее рта. Он провел по чувствительному месту кончиком языка, и Алекс внутренне затрепетала.
— Здравствуй, — нежно сказал он.
— Здравствуй, — ответила она, смущенно глядя ему в глаза.
Дэйв снова наклонился к ней с поцелуем, более долгим, гораздо более интимным, чем в первый раз. От него исходили тепло и какая-то живительная сила. Алекс закрыла глаза и позволила себе забыться в простой радости объятия.
Раздался звонок в дверь, и они неохотно оторвались друг от друга. Близнецы с визгом бросились в прихожую, чтобы впустить мать Дэйва: ее ожидали к этому времени.
— Бабушка поведет их на рождественскую службу, — слегка задыхаясь, объяснила Алекс.
— Да? — рассеянно откликнулся Дэйв, скользя затуманенным взглядом по ее зардевшемуся лицу. — Замечательно, — пробормотал он и снова поцеловал ее, томно и нежно, не отрываясь от ее губ даже тогда, когда Дженни Мастерсон вошла в комнату и, увидев их, остановилась в дверях.
Алекс не услышала, как вошла свекровь. Любовь, которая, как она думала, ушла навсегда, вновь наполнила чудесным теплом каждую клеточку ее тела. С легким вздохом, похожим на нежное дуновение бриза, она скользнула ладонями вверх, и ее пальцы погрузились в шелк темных волос мужа.
Наконец, едва дыша, они отстранились друг от друга. Дэйв повернулся и посмотрел на мать. Дженни Мастерсон стояла и улыбалась, глядя на них, в ее глазах сияла надежда.
Пока Дэйв укреплял елку, Алекс помогала детям одеться. Только сейчас вспомнив о тех перестановках, которые она сделала наверху, пока муж был в отъезде, Алекс прикусила нижнюю губу, обдумывая, как бы сообщить ему об этом. И малодушно отложила объяснения до того момента, когда у нее уже не будет выбора.
Они вместе вышли проводить детей и бабушку. Дэйв по-хозяйски обнимал Алекс за талию. Они помахали рукой Дженни, которая толкала перед собой прогулочную коляску с тепло укутанным Джеми, и близнецам, которые, без умолку тараторя, вприпрыжку бежали следом.
Дэйв закрыл дверь. Тишина в доме показалась странной после шума, наполнявшего его всего минуту назад.
— Пойдем со мной, я переоденусь, — предложил Дейв, взяв ее за руку.
Алекс кротко согласилась. Держась за руки, они поднялись в спальню. Дэйв удовлетворенно вздохнул и, выпустив ее руку, начал растягивать узел галстука. Алекс смотрела на него, стоя у дверей я нервно сжимая пальцы.
— Э-э… — попыталась она привлечь его внимание.
Он, видимо, не услышал и направился прямо в ванную. Через мгновение он вылетел оттуда, раздраженно глядя на нее:
