А заниматься научными исследованиями в таком состоянии было нелегко. Каролина исписала почти тридцать страниц убористым почерком, подробно излагая переполнявшие ее эмоции при одной только мысли о Джеффри.
Она знала, что научно-исследовательская работа будет неполной без проведения сравнений. Как она уже говорила графу, один поцелуй – вернее, два – не является достоверным научным материалом. Поэтому, несмотря на большой интерес к продолжению поцелуев с Джеффри, логика требовала от Каролины оставаться верной своим принципам. Это означало расширение исследовательского поля. Однако, чтобы исключить влияние, оказываемое на нее Джеффри, Каролине нужно было выбрать момент, когда она расстанется с графом.
Пребывая в смятенных чувствах, она с нетерпением и страхом ожидала минуты, когда граф наконец выйдет на охоту за богатым приданым. И когда это свершилось, Каролину пронзила острая тоска, с которой она никак не могла справиться. Краем глаза она наблюдала, как он приближается к красивой блондинке. Через мгновение граф склонился над ее рукой, счастливица ослепительно улыбнулась и разразилась непринужденным смехом.
У Каролины засосало под ложечкой. Она не могла спокойно смотреть, как он приносит себя в жертву на алтарь финансового благополучия. Но она прекрасно знала, что от нее ничего не зависит и никакие увещевания не заставят его свернуть с намеченного курса. Фамильная честь была для графа превыше всего. Что ж, пусть он идет своим путем, а она пойдет своим.
В конце концов, ей предстоит начать научные изыскания.
Склонив голову набок, Каролина принялась внимательно разглядывать окружавших ее молодых денди, пока не остановила выбор на наиболее перспективном объекте для исследований.
– Перри! – позвала она, яростно обмахиваясь веером. – Здесь невыносимо жарко. Не соблаговолите ли вы прогуляться со мной по саду?
Как и следовало ожидать, Фэрфакс проворно подскочил к ней и предложил руку.
– О, благодарю вас, – пролепетала она чуть слышно. – Но не будете ли вы любезны встать с другой стороны? Вы мне понадобитесь там, когда мы начнем наш... э-э... впрочем, не важно. Да, вот так просто отлично.
Ласково улыбнувшись своему кавалеру, она позволила вывести себя в сад.
Последующие часы Джеффри отчаянно страдал от скуки, раздражения и осознания необходимости продолжать в том же духе, танцуя с юными обладательницами большого капитала. До свадьбы Софи оставалось меньше трех недель. За это время Джеффри должен был жениться, чтобы вернуть сестре ее приданое.
При мысли о том, на что он себя обрекает, Джеффри содрогался, но его честь требовала самопожертвования.
Увлекшись парадом потенциальных невест, он только после подачи закусок заметил, что происходит нечто странное. Каролина периодически куда-то исчезала. Сначала Джеффри решил, что ему показалось, но после непродолжительного и внимательного наблюдения он понял, что не ошибся. Сделанное открытие заставило его не на шутку встревожиться.
Закончив танец с джентльменом, Каролина отказывалась от второго тура, предпочитая прогулку с ним на свежем воздухе. Сначала Джеффри предположил, что ей просто жарко и она отправилась за лимонадом. Один раз она скрылась со своим партнером в игральной комнате. Но дальнейшее наблюдение показало, что к началу следующего танца она неизменно возвращается, чтобы с его завершением снова исчезнуть.
Господи Боже мой, что эта плутовка делает? Неужели она ставит свои дурацкие опыты? Но ведь они договорились, что Каролина ограничится лишь поцелуями руки. Он достаточно ясно выразился: руки. Конечно, если она посчитает нужным, ей не возбранялось расширить исследовательское поле до танцев.
И куда только запропастилась ее тетка? Быстро распрощавшись с очередной претенденткой на титул графини, Джеффри бросился на поиски Каролины или хотя бы миссис Хибберт. Тетушка довольно скоро сыскалась. Она сидела в компании его матери и без умолку тараторила. Граф решил не тратить времени на любезности.
– Где Каролина? – обрушился он на миссис Хибберт, грубо прервав мирное течение беседы.
– Джеффри? – возмутилась его мать. – Йоркшир, похоже, напрочь испортил твои манеры.
Но он не обратил на родительницу внимания, сверля немигающим взглядом ее подругу.
– Э-э... Я не совсем в курсе, милорд, – пробормотала та заикаясь и повернула к нему лицо с расширенными от изумления глазами. – Должно быть, танцует.
– Нет, она не танцует. – Джеффри стал мрачнее тучи. – Так вы не знаете, куда она подевалась?
На лбу миссис Хибберт пролегли глубокие морщинки, когда она напряженно вгляделась в танцующие в центре зала пары.
– Среди танцующих определенно нет.
– Я уже сказал вам об этом, – прорычал Джеффри, недоумевая, почему самообладание изменяет ему в последнее время столь часто.
– Тогда она, вероятно, пошла за лимонадом или заглянула в игральную комнату.
– Я думаю, – заявил граф сурово, – что она завлекает молодых людей в сад.
– Джеффри, прошу тебя, – оборвала его мать. – Твой намек выходит за рамки приличий.
– Все эти дни вы были весьма любезны, оказывая знаки внимания моей племяннице, – начала миссис Хибберт сухим тоном. На ее лице застыла маска негодования. – Но я вынуждена вам напомнить, что она вполне благоразумная девочка. И вам должно быть хорошо известно, что фривольность танцев ей не по душе. Вероятно, она куда-нибудь удалилась, чтобы в спокойной обстановке перекинуться словом с одним из своих кавалеров. Вряд ли она станет завлекать кого-нибудь в сад.
– Но... – возразил Джеффри.
– В вашей заботе я не нуждаюсь, милорд, – холодно объявила миссис Хибберт.
Джеффри метал в сторону обеих женщин громы и молнии, они, в свою очередь, смотрели на него растерянно и осуждающе. Только тут его осенило, что обе они скорее всего ни о чем не подозревают. Они не имели никакого представления об изобретательности дьявольского ума Каролины. А если имели, то в любом случае не знали о ее последних научных изысканиях.
Исторгнув тихое проклятие, Джеффри развернулся и пошел прочь. Видно, расхлебывать эту кашу придется ему. У него не поворачивался язык рассказать милой миссис Хибберт, что ее племянница далеко не ангел, а потому ему ничего другого не оставалось, как попытаться самому призвать к порядку своенравную Каролину.
Правда, для начала требовалось ее разыскать. Но где? Садик за домом леди Бедфорд изобиловал тайными уголками и уединенными местами для секретных любовных встреч. Именно этим и привлекала графа эта загородная резиденция. Он надеялся на балу выманить какую-нибудь прелестную богачку в сад, под луну. При мысли, что Каролина проделывала то же самое с другими джентльменами, в нем все бурлило от праведного гнева.
