Второй моей противницей была особа женского пола, но настолько, ээээ… увесистая и солидная, что называть её «девушкой» или даже «женщиной» не хотелось. Матроной, может, дамой.
Эта закованная в броню тётенька относилась к самой пакостной из местных школ — Школе Блаженной Боли. Здесь всё понятно: бей впятеро больнее, чем все, причиняй боль на расстоянии, и будет тебе счастье.
Что ж, я мог бы просто вырубить её простым и безыскусным способом. Терпеть боль? Ха. Вы говорите о человеке, побывавшем в Лимбе, проведшем там несколько дней и вернувшемся. Терпеть боль я научился уже очень давно.
Но мне хотелось сделать шоу, и я сделал его. Вначале — обман зрителя; на глазах у изумлённой, притихшей толпы я позволил противнице «поломать» меня точными ударами, старательно изобразив перелом всех конечностей. Когда управляешь изменениями собственного тела — это совсем не сложно.
Матрона и сама изумилась, увидев эффект от своих ударов. Видимо, она и не подозревала, что может быть настолько успешной. Но не успела она возликовать о своей победе, а трубы — вострубить, как я понялся вновь.
Изломанный. Неправильный. Вывернутые конечности наносили удар за ударом — в таком положении, что, будь они на самом деле сломаны, это доставляло бы мне адскую боль.
Но криков боли не было. Был смех — злорадный и негромкий.
…в общем, шоу удалось, и трибуны, уже приготовившиеся было сбросить меня с пьедестала героя сегодняшнего дня, вновь ревели в экстазе, вознося моё имя и мою силу.
Так окончился для меня первый день Гранд-Турнира в славном городе Тансон.
***
Первый турнирный день был закончен, и Ино Сонним покидала свою вип-ложу. Ей предстояло многое обдумать, ну, а смотреть на то, как дерутся ученики и подмастерья, ей было попросту скучно.
Если честно, то и большинство местных Мастеров дрались… скучно. И даже не обязательно они были слабаками — просто в них не было нотки фантазии, выдумки. Не было изобретательности чокнутого убийцы. Они были эффективными и скучными, как полено.
Лишь немногие могли не только продемонстрировать свою силу, но и… устроить из боя зрелище.
Впрочем, были и удачные исключения. И среди них можно было выделить двоих — Сун Ли, сына местного князя, и загадочного Аротуру Готофуриду в алом плаще. Ино даже на какой-то миг поверила, что в том, третьем бою он повержен, что противница из Школы Блаженной Боли сумела искалечить его так, что он вылетит из турнира… поверить — и разочароваться в нём. Почти.
В последний момент, когда её вера в этого бойца, пожалуй, почти умерла — произошло воскрешение, и Аротуру Готофуриду восстал.
Это было поистине неожиданно — и безумно красиво. Как симфония боя, сыгранная на сломанных костях и пролитой крови. Аротуру бил переломанными руками и смеялся; безумным, злобным смехом. И, пожалуй, впервые за весь день, глядя на этот бой — на то, как рождается ужас в глазах его противницы, как всё больше и больше искривляются кости Готфрида, не прекращая шквал ударов — Ино Сонним почувствовала экстаз болельщика.
Она видела слишком много боёв; она сама была Мастером запредельного уровня. Ничего не могло её впечатлить…
Но эта сцена — всё-таки сумела.
…она быстро спускалась вниз с трибун. Охрана шагала по обе стороны от неё; люди почтительно замерли, склонив головы ниже плеч, но Ино Сонним не было дела до черни.
В турнире участвовали одиннадцать человек, что скрывали свои имена и школы, и ещё двадцать три Мастера, неизвестных или малоизвестных местным. Все остальные под подозрение попасть не могли.
Что до этих, то… Восемнадцать — больше половины — вылетели уже сегодня, в первый день, и две трети вылетевших стонали от тяжёлых травм. Нет, это не они; мать сказала искать среди победителей.
Конечно, конечно. Аротуру — первый, кто приходит на ум, и тому есть причины. Но… не стоит делать скоропалительных выводов, верно?
Ино вышла из здания арены и уселась в свою карету, но приказа трогаться с места пока не давала; стража так и стояла, ожидая слов или жеста. Но Ино молчала, задёрнув занавеску.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ей нужно было всё обдумать в одиночестве.
Оставшиеся шестнадцать Мастеров… десяток сражался на довольно среднем уровне. Ладно, их можно отбросить — если не до конца, то хотя бы на время, пока что-то не станет ясней.
Итого, всего шесть человек, которых она прямо сейчас могла бы заподозрить.
Аротуру Готофуриду? Ну же. Она ведь чуяла, что это он, внезапный и неожиданный фаворит турнира, который взялся из ниоткуда, который не боялся заговорить с ней первым…
Ох. Она просто под впечатлением от этого бойца. Он сильный, яркий, а главное — он неожиданно сильный и яркий. Но если она пойдёт по ложному следу, привлечённая этой яркостью — не будет ли это стоить ей времени?
Если мыслить трезво — отбросив восторги по поводу умений Аротуру Готофуриду и его неповторимого стиля — то был ещё один Мастер, который подходил на роль врага Великих Мастеров куда лучше.
Намного лучше, если вдуматься.
Эти повстанцы, «Светлые». Даже само слово говорило об этом! Белые одежды, неизвестное никому имя, закрытый шлем. Всё словно кричало о том, что этот человек неотсюда.
Фигура укутанная так, что даже пол бойца был неясен. Оружие, невиданное прежде — будто принесённое из иного мира.
И, самое главное… эффект от этого оружия.
Ложа Ино располагалась близко к арене, и во время третьего, последнего тура она смотрела на драку Мастера Йоко Шин практически в упор. А потому не могла не ощутить медленного оттока Силы.
Это было тонкой струйкой, вытекающей из моря, не более. Но… всё-таки это было. На что там жаловались Великие Мастера? На то, что кто-то лишил их обеда, перенаправив куда-то не туда души от жертвоприношения?
Долой эмоции. Аротуру Готофуриду — просто очень умелый боец, чей уровень владения собственным телом потрясает воображение, и к тому же остроумный и смелый. Но всё-таки — не больше этого.
А вот Йоко Шин, точно так же появившийся из ниоткуда и скрывающий и лицо… Или появившаяся? Не поймёшь. Хоть бы голос услышать, а то совсем неясно.
В общем, этот экземпляр по всем признакам тянул на пришельца из неотсюда и адепта так называемых Светлых Сил.
«Если окажется, что я всё-таки ошиблась — то Аротуру Готофуриду будет следующим в очереди на проверку», — подумала Ино Сонним — и отодвинула занавеску кареты.
Для стражи было задание.
Глава 17
Удар.
Моё лицо скривилось в болезненной гримасе; ох, это было больно.
Ещё удар. Враг не останавливается и жалость ему тоже незнакома; да почему всё так плохо-то?
Ох, блин. Какой позор. Новый удар достигает цели не встретив никакого сопротивления — и вот он, исход боя…
…и это мой ученик?
Джиан падает на пропитанный за день кровью песок. Бой проигран. Ох; я откидываюсь на спинку сидения и накрываю ладонью лицо.
Господи, как стыдно-то. И это убожество — мои ученики.
Хорошо, что я здесь инкогнито и никто не знает о том, что я с ними. После сегодняшнего блестящего выступления на арене, которое вызвало бурю восторга на трибунах, опуститься до такого…
Чёрт, я хреновый учитель. Или они бездари и идиоты. Возможно, то и другое. Но мне и правда нужно дать им пару уроков. Не то, чтобы меня всерьёз волновало их будущее или то, какое образование они получат — даже войдя в образ учителя, мастера Муна, я прекрасно помнил, что это лишь прикрытие.
Но… нельзя же ТАК позориться! Нет, пару уроков, и пусть они хотя бы бить научатся.
***
Мы погрузились в повозку. Будь моя воля — погнал бы их пешком, но три сломанных ноги на семерых — это как-то многовато. Итого, четверо шли рядом, трое ехали, сидя возле меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Из семерых учеников пятеро проиграли всухую, настолько позорно, что мне хотелось рыдать, глядя на их жалкие потуги. Кажется, в Хончи до моего появления вообще не задумывались об образовании для детей!..
Нет, они не были слабаками. Развитая мускулатура, какие-то зачатки боевых искусств… Но всё это настолько блекло рядом с умениями их противников, что… Комментарии были излишни.
