забрался внутрь, закрыл дверь и автомобиль повернул на Петербургскую набережную. Пока все усаживались в лимузин, я ещё раз глянул в ту сторону и увидел эту довольно приметную машину на Пироговской набережной, потом на Литейном мосту. Даже не знаю, зачем мне это было нужно.
Дома все уже спали, хотя было не особо поздно. Я чувствовал себя абсолютно трезвым, хотя запах вполне мог присутствовать. Было бы неприятно, если отец встретился по пути, подумает, что я слишком легкомысленно отношусь к серьёзности ситуации.
Спать пока не хотелось, несмотря на дикую усталость, сказалось нервное напряжение, которое я испытывал под взглядом Проскурина. Даже не знаю, зачем я всё принимаю так близко к сердцу, Андрей полностью владеет ситуацией, а он мой друг. Так что по идее надо расслабиться и спокойно жить дальше, занимаясь насущными проблемами. Возвращением дара, например, адаптацией к жизни в новом мире. Правда последняя задача мне давалась довольно легко, я достаточно быстро начал чувствовать себя «в своей тарелке», просто пока не хватало в голове информации о мире, в котором я живу и о людях, которые меня окружают.
Я договаривался о помощи со стороны Виктора Сергеевича, в смысле дяди Вити, но с тех пор так с ним по нормальному и не пообщался. Надо рассказать ему про второй амулет. А может Проскурин и прав? Надо попробовать нацепить его на себя? Нет, это точно не безопасно, возможно именно он послужил источником моих проблем. Или главная проблема в том, золотом, который нашёл дядя Витя под столом? Вполне возможно. Только пробовать эти варианты на себе лучше пока не стоит.
Почитаю лучше книгу, чем мучить себя этими размышлениями. от этого точно вреда не будет. Чтобы не уснуть до утра сидя в кресле, я разделся и забрался под одеяло, оставив включенным только бра в изголовье. Засну, если что, в постели, зато точно высплюсь. Учебник для перваков мне всё больше казался увлекательным чтивом. Неплохо описаны азы управления внутренними потоками силы, поймёт не только первокурсник, а даже школьник. По пути испробовал всё это применять на деле. Я даже научился за какие-то десять минут их чувствовать. Не так, как хотелось бы, но направлять поток в ладонь и согревать левое запястье получалось легче, чем сегодня днём. Неплохой прогресс, проверим завтра в деле. Несколько повторных попыток добили меня окончательно. Хватит, будет день — будет пища. Будут и новые испытания. Я отложил книгу в сторону, выключил бра и быстро заснул.
Глава 12
Утром проснулся до будильника, чувствуя себя невероятно бодрым и полным сил, готовым к новым трудовым подвигам. Для большего эффекта принял контрастный душ и привел себя в порядок.
Желудок жалобно курлыкнул, но я его уговорил немного подождать, для семейного завтрака ещё рано, а несколько овсяных печенек, коробочку с которыми я предусмотрительно положил в верхний ящик стола мне в этом помогли. Жаль нет под рукой молока.
Хотел уже закрыть ящик, но взгляд настойчиво притягивал выглянувший из-под стопки бумаг чёрный блокнот. Я всё-таки думаю, что благодаря этому амулету бывший хозяин моего тела хорошо продвинулся в лекарском искусстве, а погубил в итоге золотой. Хотел большего, а получил проблемы.
Я достал блокнот и положил перед собой. После пары минут разглядывания кожаного орнамента обложки, открыл его и перевернул последнюю целую страницу. Этот экземпляр смотрелся проще, чем его золотой собрат, но тоже выполнен довольно искусно, не как-то, что висело у меня на шее. Медальон, кстати, я не снял даже ночью и под душем, надеясь, что так он лучше сработает. Так может лучше повесить на цепочку то, что гарантированно лучше сработает? Раз уж я решил для себя, что корень зла в золотом.
Я провёл пальцем по гравированной поверхности серебряного эллипса, стараясь не трогать камни, соблазн использовать его прямо сейчас был очень велик. Если всё получится, как я думаю, моя жизнь быстро пойдёт в гору. Если на коллегии увидят, что дар лекаря при мне, они не смогут меня дисквалифицировать. Наказать за оплошность с трагическим финалом — могут, ограничить деятельность на какое-то время — тоже, но не лишить возможности продолжить работать. По крайней мере так говорил отец.
На мой взгляд — это несправедливо, я бы упёк такого раздолбая в тюрьму. Но я за его согрешения отвечать не рвусь. Само прикосновение к прохладному металлу уже вызывало трепет. Не от необычных ощущений, а от мыслей о том, насколько сильно мне это сможет помочь.
Стоп, Саша! Остановись! Я резко закрыл блокнот и отодвинулся от стола. От волнения пульс участился. Может этот артефакт запрограммирован на то, чтобы привлекать к себе внимание и соблазнять покупателя хорошей жизнью? Я же не знаю суть истории, почему Александр Петрович решил переключиться на другой, более сильный амулет. Есть вариант, что золотой притягивает к себе ещё сильнее, а не потому, что возникла острая необходимость. Этими свойствами артефакта как раз могли воспользоваться злоумышленники. Я почему-то был уверен, что без злого умысла тут не обошлось.
Всё, решено. Блокнот с амулетом отдам сегодня дяде Вите, пусть он его спрячет, как и более дорогой вариант. Так мне будет спокойнее. В конце концов надо надеяться на себя и верить в свои силы, а поможет мне в развитии этот относительно невинный серебряный медальон с яшмой, который в ближайшее время я не буду снимать, придётся носить постоянно. Остаётся актуальным ещё один вопрос, как продолжать дурачить Андрея и Тимофея, чтобы не отдавать им драгоценный амулет. Или оба, хотя не факт, что золотой мне тоже предоставили они. А если не они, тогда кто? То-то и оно, что непонятно. В одном я точно был уверен, отдавать это нельзя, они могут принести много бед кому-то ещё. Когда разберусь с этой ситуацией окончательно, тогда решу, куда их деть.
Прибыв в клинику, первым делом направился к Корсакову. Он просил прийти как можно раньше, так как потом дел будет невпроворот. Если я правильно понял, отец что-то задумал, чтобы нагрузить меня по полной. День открытых дверей что ли? Или беспрецедентные скидки?
— Здравствуй, Саша, — произнёс Борис Владимирович, а я почувствовал, что сеанс уже начался. В каждом производимом им звуке, жесте и выражении лица было заложено определённое воздействие на пациента. — Проходи, располагайся. Сегодня мы попробуем другую методику. Она более жёсткая, чаще используется мастерами дознавателями, но эффект должен быть лучше. Если и это не поможет, тогда я умываю руки, мы заканчиваем. Что ты
