Все эти дни он рыл землю, пытаясь отыскать хоть какой‑то след. Ничего.
Место «Камаза» во главе организации занял его, как сказали бы ребята с Палермо, консиглиоре. Или, по–нашему, подельник и правая рука, с непонятным «погонялом» «Сотник». Кличка эта была связана со случаем, когда он соскочил с приличного срока в зоне по смешной статье, имевшей в кодексе, тогда ещё РСФСР, номер сто.
(От автора: Статья 100 УК РСФСР вводила новый вид принудительных мер медицинского характера, ранее неизвестный УК РСФСР. До 1988 г. в некоторых бывших союзных республиках (Украина, Узбекистан, Грузия, Азербайджан, Казахстан) уголовными кодексами в числе таких мер была предусмотрена передача лица, совершившего общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, либо заболевшего после совершения преступления или во время отбывания наказания тяжёлым психическим расстройством, на попечение родственникам или опекунам при обязательном врачебном наблюдении, по сути типичная коррупционная «отмазка»)
Профессиональный предприниматель, с тремя судимостями. В отличие от своего покойного предводителя, имевшего некоторые понятия о воровской чести, «Сотник» любое дело воспринимал только в контексте собственной выгоды. Слово Бизнес ассоциировалось у него с размером процента за «крышевание», и только заступничество «Камаза», мешало недовольным его беспределом предпринимателям заказать «оборзевшего урку». Что говорить, лишнего «Сотник» зажился на этом свете годков этак с пять.
Знакомство его с покойным шефом состоялось в Крестах, ещё в далёком теперь 80 году, году московской олимпиады. Он же и был единственный, кто знал о «нычке» старшего компаньона. Как‑то раз тот сам обмолвился, кивнув на постоянно находившийся под рукой «выкидыш компьютера», назвав его копилкой. Одно словечко, намёк, несвязанные, на первый взгляд, фактики. Для опытного чистодела этого хватило. А знание подпольной кухни позволило ему навскидку определить какую сумму «скрысил» «Камаз» от подельников.
Не обнаружив КПК у покойника, «Сотник», естественно, сделал логичный вывод, что «попутала» его шальная деваха, «замочившая», как принято говорить в современных деловых кругах, его старшего товарища. Не став кричать о пропаже, он, тем не менее, поставил Максу весьма жёсткое условие. Его промашка, или говоря по иному «косяк», был очевиден. И проще всего было отдать на откуп жаждущим мести сподвижникам покойного именно его. Но «Сотник» поступил более прагматично. Коротко обрисовал возможную перспективу при выставлении его крайним в смерти авторитета и, намекнув, что искомый прибор дорог ему, как память, он порекомендовал Максиму Геннадьевичу найти «убивицу» и КПК, причём можно и в обратной последовательности. Во что бы то ни стало и как можно быстрее. Понятливый Макс, не нуждаясь в разъяснениях, отлично сообразил: жив ещё только потому, что некому искать пропавший компьютер.
Макс проникся, перекопал связи. Собрал самые мелкие и ничтожные данные и, хотя девчонку он всё равно не нашёл, однако надежд не терял.
Связался со знакомыми по прежней работе и пояснил, как важно для него отыскать «дочку приятеля». За достоверную информацию был готов заплатить очень приличные деньги. И вот, на исходе «высочайшего» терпения, появился маленький лучик, пришёл он из Питера. Статейка в местном сплетнике, где мусолился слух о способной девчонке, которая сама оплатила раскрутку, и всего за месяц вышла на, пусть невысокую, но орбиту.
Всё в цвет. На фото была именно она. От подобной наглости «Сотник» онемел. Мало того, что завалив коронованного авторитета, она не затаилась в неизвестном никому Урюпинске, под самой дальней корягой, но и выбрала наиболее быстрый способ потратить его, после смерти босса он считал себя прямым наследником миллионов, денежки.
— Это не наглость, это…, охренеть. — Орал он, брызжа слюной, бегая по роскошному особняку и потрясая жёлтой прессой, доставленной ему Максом.
— Значит, так, — главарь чуть стравил пар и успокоился. — День на подготовку, и чтобы завтра твои спецы уже были в Питере, а послезавтра эта, — он еле сдержался, чтобы снова не выругаться, — у меня на даче. Всё ясно?
Макс тяжело вздохнул, но спорить не стал. Поведение девчонки ему казалось диковатым, но он предположил и другой вариант: «А может, она настолько хорошо стоит, что не боится тратить их деньги. Тогда, это государство и не просто государство, а конкретные лица, спорить с которыми себе дороже и более крупным тузам чем «Камаз» и «Сотник».
«Как говорится, Березовский вам товарищ, а не волк Тамбовский.
Но, просить время на разведку, наблюдая в каком волнении находится работодатель, не решился.
«Черт с ним, попробуем». — Решился помощник и вызвал группу.
Пятёрка отчаянных бойцов, собранная им за годы работы в комитете, не раз уже выручала Макса в сложные моменты. Это была, так сказать, его личная гвардия.
Два уволенных из армии старших лейтенанта — разведбат. Два бывших мента из оперов, и ВВшный спецназовец.
Ребята битые и опытные. Все они были должны ему лично и к просьбе отнеслись весьма ответственно. Однако, несмотря на все предупреждения Макса, приняли рассказ о подвигах девчонки с известной долей скепсиса, понимая, что подготовить классного спеца из двадцатилетней соплюхи невозможно. Снайпершу — да, но не более.
Привычка всё делать на совесть не позволила разгильдяйничать, однако и напрягались не особо.
Выехав вечерней «Стрелой» из Москвы, утром следующего дня они разделились и, взяв в аренду две машины, установили за Ольгой слежку.
Меняясь, «пропасли» до гостиницы и остановились на ночлег. Брать решено было утром, по выходу из номера на пути к автостоянке. Тем более, что один из «оперов», зайдя в студию, пробил, что на девять у Ольги назначено сведение очередной песни.
— Красиво девка «папика» опустила. — Пошутил бывший спецназовец.
— «Оборзел» он последнее время, решил, что круче ветра, вот и поплатился. — Согласился с ним старлей.
Пройдя маршрут, расписали план и отрепетировали действия. Всё было готово к захвату.
Выставив наблюдателя, чтобы не упустить объект, остальные поднялись в номер.
Спецназовец, звали его Антон, вылетел со службы за убийство по неосторожности. Повздорив, на пьяный глаз, с приятелем, не сдержался и удачно приложил тому в голову, она и подвела, оказавшись слабым местом.
Сослуживец, фигурально выражаясь, «склеил ласты», а перспективного лейтенанта срочно демобилизовали. Не посадили только благодаря заступничеству Макса.
Антон устроился в кресле на этаже и просматривал газетку, ожидая смены. Чего проще, сидит человек, никого не трогает?
