Никто, даже Макс, не знал насколько хитрым и опасным мог быть «Сотник», когда его задевали на деньги. Он, не мудрствуя лукаво, вызвал уголовного консультанта по сомнительным делам и «нарезал задачу».
— Гони в Краснодар, «маляву» я нацарапаю. «Перетрёшь» с местным «положенцем», он даст несколько отморозков. Надо вытащить одну телку, через родных. Ну, не тебя учить. Мне нужен такой маленький компьютер. Она его с собой носит. Доставить мне. Всё ясно? — Он почесал верхушку торчащего в вырезе рубахи купола, наколотого лагерным умельцем, и вернулся к насущным заботам о стрижке подопечных торгашей.
«Сотник», по невежеству, напрочь забыл, что сам по себе КПК — железка. А коды и пароли у Ольги в голове. Он и подумать не мог, что его железный пахан перед смертью с готовностью выложил все эти циферки. Вот так, недоразумение повлекло за собой большую беду.
Понимал ли Алексей, что такое поведение, рано или поздно, обязательно раскроет Ольгу?
«Конечно. Перед тем, как она начала раскрутку в музыкальном мире, Леха долго размышлял над возможной опасностью. И, никакой разницы в том, как поступить, не увидел. Предположим, она бросает всё и возвращается в родной город. Разыскать её там, дело двух телефонных звонков. Да, по большому счёту, если не уходить в нелегалы, то почти любой вариант проигрышный. Даже, если не отыщут. Постоянная угроза остаётся. Каждый день быть в оранжевой зоне, оглядываясь на любой чих.
Так зачем рубить хвост по частям, лучше уж делать то, что должен, а кроме того, если ты сам устанавливаешь правила игры, то и шансов выиграть больше».
Когда пошли первые публикации и съёмки Алексей начал внимательно присматриваться к обстановке. Хвост засёк, не то чтобы сразу, но засёк. Лица соглядатаев ничего нового не сказали. Знакомые, как армейские портянки, рожи. Если откровенно, разведчик был о Максиме лучшего мнения.
Объяснить можно лишь тем, что он, загнанный в цейтнот, не успел качественно спланировать захват. Скорее всего, разозлённый преемник «Камаза» надавил, требуя отыскать, а спорить об отсрочке у Макса не хватило духу.
«Ну, что ж, тебе жить», — как говорят эти ребята. — «Потанцуем».
Единственная сложность была с Ольгой. Ну, сколько можно насиловать её сознание. Чувствовать себя марионеткой ей, сдаётся, не очень приятно. Конечно, потерпит, коли совсем худо станет, но без крайней нужды не хотелось. Сколько ни размышлял о том, как договориться с её сознанием, ответа не нашёл. Решил обойтись полумерами. Мягким убеждением в необходимости того или иного шага. И снижением уровня критичности.
Когда они, проводив Ольгу до номера, выставили пост, Леха даже умилился.
«Ну, не дети? Он бы ещё табличку на грудь повесил.
Хотя, кто знает, будь я на их месте, может, тоже не стал осторожничать. Все эти рассказы о, якобы, крутости объекта разбиваются тем, кого мы перед собой видим. А видим мы гражданскую, по всем признакам не имеющую боевых навыков и опыта, девочку. Так кому верить? Дяде или собственному опыту? Ответ ясен. Вот и они поверили опыту. Брать, скорее всего, будут на подходе к машине, утром. Ну, бог в помощь».
Против ребят, собственно, никакого предубеждения не было. У них своя работа, у него своя. Они сачканули. Теперь наш ход. Вот, только, валить их почему‑то категорически не хотелось.
«Утро вечера мудрёнее, теперь всё равно не отстанут, так что, жизнь покажет». — Решил Алексей.
Ольга вообще ничего не решала. Она готовилась к записи, не догадываясь о том, что вернуться к музыке ей придётся очень не скоро, если придётся вообще.
А ночью налетел сон из прошлого. Как бы продолжение того, уже подзабытого Московского. Да и сон ли это был? Больше похожее на явь, действо вернуло его далеко в прошлое.
Командировка нарисовалась внезапно. Вечером вызвали в штаб. Добрый Вася приказал. — Дуйте на склад, получите снаряжение, паёк, вылет завтра в пять. — Помолчал, глянул на бойцов и негромко добавил. — Ребята, зря не геройствуйте, вам ещё учиться и учиться, эта война — не ваша. Главное живыми остаться… Ну, всё, по коням.
Утром, доехав на всё том же «тентованом трясовозе» до военного аэродрома, погрузились в транспортный «Ан». Через двадцать минут буднично взлетели.
Группу составили из трёх стариков, уже имевших боевой опыт, и Алексея с неразлучным приятелем. Старшим был капитан Решетников — Влад.
— Куда летим? — Вился неугомонный Вовка.
Сержант, с добрым прозвищем «Чёрный», буркнул, — А ты сам как думаешь? «За речку», куда ещё?
Их отдельный отряд и создан был, всего три года назад, для ведения операций в азиатском направлении, поэтому странностей в этой командировке не было. Удивило, что отправили группу пожарным порядком, всего за месяц до плановой командировки основного состава. Но начальство не докладывает. Надо, значит надо.
— Алексей, ручаюсь, сжаримся мы, в нашем наряде. — Забеспокоился приятель. — Афган, он же на юге.
Алексей усмехнулся. — Ты чем на лекциях слушал? — Там в горах сейчас минус восемь. — Не сжаримся, будь спокоен.
Влад пристроился неподалёку от приятелей и задремал, но прекрасно слышал всё, потому как приоткрыл глаз и весело глянул на друзей.
— Не замёрзнем, пацаны, а замёрзнем, согреемся бегом, — Пошутил он.
Остальные разведчики сидели чуть дальше и увлечённо травили анекдоты. Летели долго, где‑то часа через два вышел лётчик и что‑то шепнул Владу.
— Ребята, внимание. — Командир поднял руку. — Мы за речкой, так что, готовность «раз». И придерживайтесь.
Он пояснил молодым, — от ракет будем прятаться. «Духи» коридор могут пасти.
И как сглазил. Не прошло и пяти минут, как тяжёлый самолёт почти лёг на бок и начал снижаться. Все кубарем посыпались на левый борт, хватаясь за что придётся.
Самолёт выровнялся и пошёл, цепляя брюхом тяжёлые облака, местами заходя в них и тут же выныривая. В разрывы показались горные хребты, блестящие снегом.
И тут барабанной дробью раздался стук, точно горсть булыжников попала в фюзеляж. Противно засвистело, и в отверстия ударил ледяной воздух. — Из пулемёта врезали, — мрачно прокомментировал старший группы, разглядывая строчку небольших отверстий. — Сейчас начнётся, — он тяжело вздохнул. Разгерметизация — это не страшно, идём низко, но дышать будет сложновато.
Однако только этим не обошлось, через пару минут в салоне запахло горелым. — Попали, — сообразил Алексей и поёжился.
Самолёт опять накренился и, покачивая крыльями, снизил скорость.
— Бойцы, положение дрянь, — выскочил из кабины бортмеханик, — пробили баки и маслопровод, будем искать пятачок, куда упасть. Держитесь.
Влад отрывисто скомандовал. — Пристегнуться всем, каски одеть. Коснёмся земли, сгруппироваться, закрыть голову руками.
