Её сознание вернулось в день похорон. Она стояла над двумя холмиками со свежеструганными крестами и молчала. Молчал и Алексей.
Каждый думал о своём. Леха знал, о чем думает Оля. Она слышала его мысли. Всё кончается, кончился и этот день.
Прошло ещё несколько. Она понемногу оживала. Иногда спрашивала о чем то, иногда он задавал ей вопрос. Странное существование не тяготило. Алексей уступил ей право распоряжаться телом и вновь ушёл в воспоминания.
Но, всё это время невысказанным вопросом давило понимание того, что ничего ещё не закончено. Расправившись с исполнителями, она не решила проблем. И вот настал день решающего разговора.
Однако, никаких споров и сложностей не возникло.
«Ты специалист, — коротко прошелестели её мысли, — тебе и выполнять. Я даю тебе это право».
Вот и всё, девочка повзрослела. Но чего ей это стоило?
Дальнейшие поступки были почти автоматическими. Он столько раз проходил этот путь в мыслях, что действовал не задумываясь. Билет в Москву на чужой паспорт. Ни к чему давать врагам время. Загримировать её, постаревшую от горя, оказалось куда проще, чем после памятного бегства с Останкино.
И, продремав три часа в бизнес–классе, она спускалась в промозглую тьму московского тумана.
Осень выдула листву с деревьев, холодные лужи масляно блестели в свете фар спешащих машин.
— Начнём завтра. — Коротко произнёс я, начав отсчёт перед последним броском.
Глава
8 Разбор полётов
Приехав в Москву, Алексей поразился, насколько тяжёлый город для психики — столица нашей Родины. Мегаполис, на подсознательном уровне, говорит: «Ты чужой, не место здесь тебе. В этом мире успешных и самодостаточных людей».
Лехе вспомнилась интересная методика, которую внушал работавший с ними психолог. — «Главное — не противопоставлять себя окружающему пространству. Китайский принцип взаимопроникновения един во всех проявлениях. Стоит подумать, что ты одинок и затерян во враждебной среде, и она, эта среда, тут же начнёт отторгать тебя. Примется, словно разумный организм, бороться с чужаком. В чем беда и проблема эмигрантов? Они приезжают в чужой мир. В новую обстановку нужно входить, словно возвращаешься в давно оставленный, прочно позабытый, но родной мир. Не важно, что ты здесь никогда не был. Важно твоё отношение.
И, ни в коем случае, нельзя сравнивать новое место с тем, откуда человек ушёл. Противопоставление неконструктивно.
Приходят к этим простым и несложным истинам, как правило, интуитивно. Разработчики спецметодичек не стремятся к широкой известности. Это может показаться смешным и в чем‑то несерьёзным разглагольствованием. Однако, почти всё в этом мире смешно и несерьёзно. Самые сложные и закрученные события и хитросплетения политики, бизнеса имеют в основе одну, максимум две изначальных причины. Остальное — камуфляж и сбивающая с толку маскировка».
Леха всё не мог успокоиться и, пользуясь каждой свободной минутой, словно боясь не успеть, пичкал её сознание всё новой и новой пищей.
«Если хочешь спрятаться в большом сообществе, стань как все». Полчаса в модной лавке, короткая стрижка и вот уже неотличимая от сотен тысяч московских тинэйджеров Ольга могла идти хоть куда, не опасаясь быть узнанной. «Конечно, сверстники на раз вычисляли пижонящую старушку. В таком возрасте три года — это почти вечность, но в бандитах народ чуть старше и не учуют». В удобной кожаной сумке вместо ракетки уместился завёрнутый в картон инструмент. Снятый приклад и глушитель преобразили его в компактную игрушку.
Несколько дней, проведённых в московской сутолоке, не пропали даром. Прежде всего, он вышел на офис компании «Галеон», которая чуть заметно обозначала на российском рынке этот криминальный айсберг, и в коридорах узнал достаточно, чтобы составить представление о новостях в фирме. Главой компании стал некий Кривицкий Андрей Петрович. Он же, неоднократно судимый преемник «Камаза», по кличке «Сотник».
Уголовные моменты его деятельности, естественно, не обсуждались, но, имея ноутбук, Интернет и базы данных, выяснить «кто есть кто» в серпентарии преступного мира, несложно. Остальную информацию Леха примитивно подслушал. Закупив на Горбушке несколько слепленных в Китае, но достаточно качественных жучков и лазерный съёмник звука, уже через день знал о настроениях в высших уголовных кругах. Конечно, имей разведчик дело с солидной корпорацией, где безопасность возведена в культ языческой религии, такие примитивные способы, естественно бы не сработали. Но, «поменявшие прикид» уголовники не поменяли образ мыслей. Поэтому, отгородив себя от окружающего «быдла» тонированными стёклами джипов, они, совершенно «не следя за метлой», как принято говорить в их кругах, вели свободные разговоры на самые горячие темы. В результате, сложилась картина вопиющего скандала в благородном семействе.
Новости из Краснодара вызвали замешательство. Не имея времени выяснить, что за «непонятка» там выросла, «Сотник» сорвал зло на Максиме.
В свою очередь, доложив Шефу нерадостную весть о проколе в Питере, и, понимая, что его жизнь висит на волоске, Геннадьевич развил бешеную деятельность. Но, всё мимо кассы. Единственный разговор, который Алексея насторожил, прозвучал после безрадостного визита его к ревущему от злости шефу. Максим Геннадьевич долго мялся, нерешительно чесал себя в разных местах, наконец, позвонил неизвестному абоненту и попросил выручать. Было заметно, что удовольствия от беседы он вовсе не испытывает, наоборот откровенно побаивается собеседника. Результат его обнадёжил. Он ожил и повеселел. Алексей понял, что просил он никак не совета, а специалиста по антикризисной политике. Интеллигентно говоря, он Ольгу заказал. Причём, не уркам с мыльного завода, а структуре, которая привыкла отвечать за свои поступки. Вот это, как раз, и не радует. Не ошибусь, если предположу, что профессионалов такого уровня он мог найти только в кругу моих сослуживцев. А если продолжить нить рассуждений, то люди эти, наверняка, связаны с торговлей огнестрельным и взрывоопасным товаром. Иными словами, круг замкнулся. Те, кто убили его один раз, облили грязью после смерти, теперь намеревались исполнить фокус в третий раз. Даже в сегодняшнем игривом настроении заскучал. Какой там, заскучал, рассвирепел. Обозлился до невозможности: «Что это за беспредел такой. Одного и того же человека, три раза? Ну, ребята, совесть у вас имеется? Не собирался встревать, простить даже хотел. И ведь почти смог. Честно. Никакой обиды, так, лёгкая надежда встретить их в новом качестве и потолковать. Они ведь тоже не бессмертные, могу подождать. Но теперь, фигушки. Будем выяснять и разбираться. По полной, до упора».
