Читаем без скачивания Джек Победитель Великанов - Чарльз Линт

— Я не бог...

— Я знаю. Ты Том Коф и Каппи Рэг, у тебя всегда наготове бесчисленное множество уловок, чтобы поймать простака на слове. Ты настоящий мастер обманывать, но иногда тебе вредит собственная хитрость, ты понимаешь, о чем я? — Прежде чем он успел ответить, она поднялась и протянула ему скрипку. — Пойдем, — добавила она. — Я хочу пробраться в Крепость до темноты.

— Скоро поднимется шум, — сказал Кереван. — Они станут прочесывать округу, охотясь за тобой.

— Что ж, если ты хочешь выполнить условия сделки, которую заключил с Вруиком, тебе стоит подумать о том, как ты доставишь меня туда целой и невредимой, не так ли?

Кереван считал себя непревзойденным ловкачом, который может любого обвести вокруг пальца. И было очень обидно попасться на собственную удочку. Он взял свой мешок, сунул туда смычок и закинул за спину. Достав из кармана камешки, он предложил ей выбрать сколько пожелает. Джеки взяла девять.

«Трижды три, — подумал он. — Или она знает слишком много, или что-то ею движет, но этой девчонке удалось поймать меня на слове, и теперь ничего не остается, как выполнить ее желание».

— Идем, — сказал он и снова повел ее через лес.

Глава 19

— Его дочь? — переспросил Аркан, уставившись на женщину с головой свиньи. — Красотка — вся в папашу.

— Замолчи, Аркан, — тихо сказал Эйлиан.

Кейт посмотрела на своих товарищей и внезапно была поражена преимуществом, даваемым королевской кровью. Дерзкий Аркан, которого не так-то легко было напугать, мгновенно повиновался Эйлиану. Она увидела отвращение, вспыхнувшее в его глазах, но он не произнес больше ни слова. А Эйлиан направился к дочери великана, сидевшей рядом с Кейт.

— Если ты не родилась большой и сильной, быть дочерью великана несладко, — сказал он.

Существо хотело спрятать голову, уткнувшись Кейт в плечо, но он взял ее за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза.

— Ты ведь не родилась такой, — произнес он. — Кто наложил на тебя заклятие?

— Гругаш, — сказала она.

У Кейт перехватило дыхание.

— Гругаш? — Ее худшие опасения подтвердились. Вруик Дирг предал их.

— Я предупреждал вас, — бурчал Финн. — Но ведь никто меня не слушал.

— Не спешите с выводами, — сказал Эйлиан. — Гругаш не один, так же как Билли Слепыш. Это своего рода профессия, не больше. — Он вновь обратился к существу: — Какой гругаш? Один из подданных твоего отца?

Существо кивнуло.

— Тем не менее это может быть и Вруик Дирг, — сказал Аркан. — То, что мы о нем знаем... — Эйлиан бросил на Аркана грозный взгляд, и тот осекся.

— А как тебя зовут? — спросил у нее сын лэрда.

— Чудище, — угрюмо произнесла она и снова попыталась отвести взгляд.

— Мы пришли за другой, — сказал он. — Но тебя в беде не оставим и обязательно поможем.

— Хотел бы я знать, как именно, сын лэрда, — возмущенно спросил Аркан, не понимая, как Эйлиан собирается сдержать свое обещание. — Даже если бы мы знали противодействующие заклинания, в этом месте они были бы бессильны. Мы не можем помочь ей, мы и себе-то помочь не в силах.

— Замолчи! — велел Эйлиан, его глаза гневно сверкнули. — С нами Джек, — сказал он дочери великана. — Она на свободе и обязательно поможет. Так что не слушай его.

— Джек, — простонал Финн. — И что она сможет сделать, Эйлиан? Разве ты не видел, какие полчища собрал Гир? Не хватает только слоа, но и они будут здесь, когда наступит ночь.

— Джек — это все, что у нас есть, — тихо повторил Эйлиан. — Давайте, по крайней мере, верить, если не в силах сделать ничего больше. Как тебя зовут? — повторил он свой вопрос, вновь обращаясь к дочери великана.

Она не могла уклониться от его взгляда. Он словно проникал ей в душу, выжигая все страхи.

— Модди Гилл, — сказала она.

— Очень милое имя, — вставила Кейт, не зная, что еще можно сказать. Существо посмотрело на нее с благодарностью.

— И очень могущественное, — добавил Эйлиан. — Как-то раз Модди Гилл выстояла против орд мертвецов в ночь Самхейна, одна. Ты знаешь эту историю?

Модди Гилл покачала головой.

— Она заключила сделку с лэрдом Финкасла на тех условиях, что если ей удастся выжить в сражении, то она сможет просить его все, что пожелает, будь-то это даже его собственный ребенок.

— Что... что она попросила? — спросила Модди Гилл.

— Его черную собаку, — с улыбкой ответил Эйлиан. — С ней вдвоем они освободили принца из темницы Киннара Троу. О, это чудесная история, мне никогда не надоедает слушать, как ее рассказывает наш Билли Слепыш. Они поженились и отправились на запад вместе со своей черной собакой. Никто не знает, что случилось с ними дальше. Но хочешь знать, что я думаю об этом?

Модди Гилл кивнула. Теперь она сидела прямо, только слегка прислонившись к Кейт.

— Я думаю, что если они и не жили после этого счастливо вечно, то, по крайней мере, очень, очень долго. Так будет и с тобой Модди Гилл. Мы заберем тебя из этой Крепости.

— Вы пришли за девой-лебедем? — спросила она.

— В том числе, — ответил Эйлиан. — А еще мы пришли, чтобы положить конец бесчинству Неблагословенного двора.

— Она твоя невеста? — спросила Модди Гилл.

— Кто? Лорана? — Эйлиан рассмеялся. — Не думаю, что она вообще знает о моем существовании. Я пришел сюда, чтобы помочь нашему Джеку, а не для того, чтобы просить руки девы-лебедя.

Кейт внимательно посмотрела на него. Когда он говорил о Джеки, в его голосе появлялись нежные нотки, наводившие на мысль о том, что одной помощью он ограничиваться не собирается.

— Мне кое-что известно, — сказала Модди Гилл. Ее свиная голова задумчиво кивнула, взгляд маленьких глазок устремился на Эйлиана. — Я знаю, где они держат дочь лэрда Кинроувана. Днем они подвешивают ее снаружи, а ночью запирают в потайной камере.

— Когда придет Джек, ты поможешь нам освободить ее?

Модди Гилл вздохнула. Звук походил на свиное хрюканье.

— Нам не выйти отсюда, — сказала она. — Близится ночь, когда они отдадут ее на растерзание мертвецам, а из нас приготовят праздничное жаркое.

— Хоть кто-то говорит разумные вещи, — сказал Аркан.

Кейт нахмурилась, глядя на него.

— Чего ты добиваешься? — возмутилась она. — Я считала, что ты хотел помочь.

— И ты не ошиблась, Кейт, я действительно хотел помочь. Твое мужество восхитило меня. Но Луна и звезды! Мы бессильны против этих орд, нас капля в море по сравнению с армией, которую собрал Гир.

— Аркан имеет в виду, что наше волшебство здесь бессильно, — объяснил хоб. — Даже заклинания гругаша не подействуют в столь нечистом месте.

— Значит, нам нужно рассчитывать не на волшебство, а на собственные силы, — сказала Кейт.

Эйлиан усмехнулся и кивнул:

— Надежда умирает последней.

Казалось, Аркан хотел продолжить спор, но он только пожал плечами.

— Почему нет? — сказал он. — Я слышал однажды, как поэт сказал, что судьба и будущее в наших руках. Он сказал еще: «Будьте верны своим убеждениям, и вы все превозможете». Это только слова, подумал я тогда, да и сейчас так думаю, но в словах тоже заключена сила, особенно в словах поэтов. Больше я не буду оплакивать нашу участь, по крайней мере пока на шею мне не опустится топор.

— О нет, они не используют топоры, — сказала Модди Гилл. — Они поджаривают свои жертвы заживо, чтобы мясо было ароматнее.

— А ты сама пробовала такое жаркое? — спросил Эйлиан.

Модди Гилл помотала головой:

— Чужая боль не возбуждает во мне аппетита, принц. Я слишком много выстрадала сама.

Кейт потрепала ее по плечу, затем поднялась и пошла осматривать дверь их темницы. Бревна были толстые, плотно подогнанные друг к другу да еще и перевязанные прочными веревками, сплетенными из кожаных ремней.

— Почему они пользуются только веревками? — спросила она Эйлиана, присоединившегося к ней.

— Волшебный народ боится железа.

— И даже в стали содержание железа слишком высоко, — сказала Кейт, понимающе кивая. — А как же тогда тролли могут жить под городскими мостами? Во всех современных строениях есть железобетонные конструкции.

— Те, кто живет в городах, постепенно привыкли к нему. Некоторые могут спокойно находиться рядом с железными предметами, но избегают притрагиваться к ним, другие же, такие как наш лесничий, выработали абсолютный иммунитет. Как иначе он мог бы с такой легкостью управляться с машиной?

«Моя машина, — с горечью подумала Кейт. — Бедная Юдифь погибла, превратилась в груду металлолома».

— А как насчет Воинства?

— Они более дикие и не привычны к городской жизни. Против большинства и перочинный нож послужит надежной защитой.

Последовала долгая пауза, затем Кейт улыбнулась и порылась в своем кармане.

— Этот подойдет? — спросила она.

Она разжала кулак, чтобы показать свой швейцарский перочинный ножик. Если его открыть, то лезвие было два дюйма в длину. Она могла бы упрекнуть себя в том, что не вспомнила о нем раньше, когда они сражались с боганами, но теперь это уже не имело значения. Главное, он у них был.