— Это то же самое, просто другими словами.
— Я хотел верить тебе, Джеки, — продолжил Вруик. — Правда. Но риск был слишком велик. Если бы речь шла только обо мне, я не задумался бы ни на секунду. Но на карту была поставлена судьба Кинроувана.
— И теперь ты хочешь оставить меня со всем этим? — спросила она, указывая на дом.
Вруик кивнул.
— Но ведь приближается Самхейн, и Кинроувану необходим гругаш.
— Дочь лэрда вполне оправится через несколько недель, к тому же сейчас нам можно не опасаться Неблагословенного двора. Потом они вновь наберут силу, так происходит всегда, но это займет время.
— Но все-таки как же без гругаша...
— Я думаю, что такой Джек, как ты, сможет запросто занять мое место, — сказал Вруик.
— Но я ничего не знаю о волшебстве.
— Ничего страшного, — вступил в разговор Кереван. — У тебя, по крайней мере, есть девять волшебных камешков. Если ты поупражняешься с ними и немножко задействуешь свою головку, у тебя все получится.
— Но...
— Только подумай, — сказала Кейт. — У тебя будет собственный дом.
— Но он такой большой, — запротестовала Джеки, хотя и не совсем искренне.
Она увидела, как Вруик и Кереван обменялись улыбками, и угадала их мысли: ей хотелось жить здесь, хотелось быть Джеком Кинроувана, она всегда мечтала научиться волшебству. И они были правы.
— Если он слишком велик для тебя, — сказала Кейт, — то я с удовольствием сюда перееду. Я не слишком гордая, чтобы самой напроситься.
— Может, будем жить все вместе? — спросила Джеки, переводя взгляд на Аркана и Финна.
— Без меня, — сказал Финн. — Я уже присмотрел себе одно уютное местечко неподалеку, но буду рад время от времени заглянуть на огонек. К тому же на дубе, который растет между двором Башни и Лирг Грином, очень удобный сук — отличное место для хоба. Так что мы будем часто видеться.
— А я подумываю о телеге и пони, — сказал Аркан. — Хочу снова пуститься в путешествие. Уже много лет не бывал я в своих излюбленных местах. Да и Модди не мешает посмотреть мир.
Было несложно заметить, что они уже пара. Кстати, говоря о парах... Джеки смущенно перевела взгляд на Эйлиана. Ей нравился молодой принц, но, может, после разрыва с Уиллом она просто цеплялась за первого попавшегося, — но тем не менее обворожительного, мысленно призналась она себе, — парня.
Эйлиан улыбнулся и провел рукой по волосам там, где были узелки, завязанные Билли Слепышом.
— Один еще есть, — сказал он. — Мне не хотелось бы доставлять тебе новых проблем. Думаю, и того, что случилось, с лихвою хватит на всю жизнь. Но если в этом доме есть место, я не прочь остаться, по крайней мере пока ты тут.
— Вот видишь? — сказал Вруик. — Все устроилось.
— По-моему, вы все решили за меня, — ответила Джеки.
Вруик улыбнулся, но это была серьезная улыбка.
— Мне кажется, ты все сделала сама, Джеки Роуван, и так, как не смог бы никто другой и, вероятно, никогда не сможет. Ты лучший Джек, которого знал Волшебный мир с...
— После меня, — сказал Кереван без всякого стеснения.
Джеки закатила глаза:
— Так что ж, я теперь должна учиться играть на скрипке?
Кереван пожал плечами:
— Это не самая страшная участь.
— Но все же довольно страшная, — добавил Вруик. — Только когда учишься играть, понимаешь, кто твои настоящие друзья. Недаром ее называют инструментом самого дьявола.
Уже начало светать, когда все, кто должен был уйти, собрались в путь. Аркан и Модди Гилл задерживаться не стали. Финн заснул в одном углу, Кейт прикорнула в другом. А гругаш, Кереван, Эйлиан и Джеки вышли в парк.
— Мне очень жаль, Джеки, что тебе пришлось так тяжко, — сказал Вруик. — Мне жаль, что было слишком рискованно открыто предложить тебе помощь. А за то молчание, с которым ты столкнулась, когда пришла в мою Башню во второй раз, нужно винить Керевана. Это было частью сделки за то, что он доставит тебя к Крепости в целости и сохранности. Я не имел права ни видеться с тобой, ни говорить.
— Я знаю, — сказала Джеки. — Просто не хочу, чтобы ты исчезал теперь, когда я едва тебя узнала. Почему ты должен идти? Ведь опасность миновала.
— Поэтому я и ухожу. Я никогда не хотел становиться гругашем. Раньше я был поэтом и музыкантом, Джеки. — Вруик кивнул в сторону Керевана. — А он был моим учителем. Теперь, когда я знаю, что Кинроуван в безопасности, я могу вернуться и стать тем, кем всегда хотел быть.
— А как же я? Что если я тоже не хочу быть защитницей Кинроувана?
Прежняя улыбка тронула губы гругаша.
— А ты и вправду не хочешь?
Джеки уже думала об этом, о Волшебной стране и о своей жизни, до того, как ее закружил водоворот последних событий. Она покачала головой:
— Если это нужно, чтобы жить в Волшебном мире, я согласна.
— Ты можешь жить в нашем мире и без этого.
— Да... но тогда в моей жизни снова не будет смысла. Теперь у меня, во всяком случае, есть стоящее дело.
— Точно.
— Только, Вруик, послушай, я ведь действительно не знаю, что именно от меня требуется.
— На третьем этаже есть потайная комната, которая больше никогда не будет скрыта от тебя, так как ты теперь хозяйка Башни. Ответ на твой вопрос там, это несложно. Во всяком случае, для такого сообразительного Джека, как ты.
— Да, но...
Вруик улыбнулся:
— Прощай, Джеки Роуван, прощай Эйлиан. Хорошенько заботьтесь друг о друге.
— Дьявольский инструмент! — пробормотал Кереван.
Налетел вихрь, принесший аромат волшебства, и два лебедя, черный и белый, взмыли вверх, подхваченные ветром. Расправив крылья, они сделали круг. Затем второй и третий и скрылись в сером октябрьском небе.
Джеки вздохнула и повернулась к Эйлиану.
— А ты не хочешь отправиться с ними? — спросила она.
Он покачал головой.
— А я бы хотела. Просто чтобы почувствовать, что могу летать... — мечтательно сказала она.
— А мне и здесь хорошо, — сказал Эйлиан.
— Лучше, чем в Данлогане? Даже несмотря на то, что здесь нет дев-лебедей?
— Мне никогда не нравились девы-лебеди. Мое сердце навсегда было отдано Джеку, и я очень рад, что мне посчастливилось его найти.
— Даже с таким кошмаром на голове.
— С таким кошмаром на голове в особенности.
— Я ничего не могу тебе обещать, — сказала Джеки. — Я совсем недавно пережила большое разочарование.
— Я знаю.
Они обменялись долгим взглядом, затем Джеки взяла его за руку и повела в Башню гругаша. Нет, она ошиблась, теперь это была Башня Джека.
— С Джеками всегда много хлопот, — предупредила она. — Даже больше, чем они того стоят.
Эйлиан остановил ее на ступеньках крыльца и откинул назад голову так, чтобы можно было посмотреть ей в глаза.
— Это приятные хлопоты, — сказал он.
И поцеловал ее, прежде чем она успел придумать какой-нибудь колкий ответ.
1
Hazel — десной орех (англ.).
2
Эллис Купер, «Король ужасов» — псевдоним Винсента Дамона Фурнье (р. 1948), лидера одноименной группы, играющей в стиле хард-рок.
3
Эндрю Ланг (1844–1922) — шотландский писатель, поэт, литературный критик и фольклорист.
4
Gooseberry — крыжовник (англ.).
