— Я никого не предавал, Блех, в отличие от тебя. — Зерес кивнул на Лотара, который спокойно стоял у стола начальника тайной полиции.
— Сейчас мы рассматриваем твои поступки. — Блех положил тонкие, бледные, испачканные фиолетовыми чернилами пальцы на серое сукно своего необъятного стола и поудобней устроился в кресле.
Пока кто-то из стражников ходил за Зересом, он успел одеться и даже побрился за ширмой, которая скрывала его постель. Теперь он источал терпкий, неприятный запах какого-то цветка. Лотар едва сдерживался, чтобы не сморщиться.
— Итак, я приказал тебе привести двух иностранцев. Почему ты привёл именно этих двух?
— Не знаю. Кто-то из стражников надоумил, и вот я построил их, повёл в этот духан и арестовал этих бродяг.
— Ты не получал приказа арестовать именно этих двоих?
— Нет.
— Я тебе не верю, Зерес!— загремел Блех, но вмешался Лотар.
— Как ни странно, Блех, это возможно. Подумай сам, очень многие люди в этом городе совершают странные поступки, которых не могут потом объяснить. Даже мы с Рубосом, отдавая отчёт в ненормальности происходящего, один раз вынуждены были подчиниться этому неявному приказу.
— Хорошо. — Блех смотрел на Лотара скорее удивлённо, чем возмущённо. — Предположим. Но тогда почему ты, Зерес, не передал всё содержимое сумки, которую отобрал у Лотара, моим людям?
Зерес смотрел на Блеха, и на его верхней губе появились бисеринки пота. Он начинал бояться. И Лотару показалось, что боится он совсем не Блеха, а кого-то, о ком они ещё ничего не знают.
— Почему ты думаешь, что их не могли украсть твои люди?
— Они вышколены так, что не стряхнут даже пыли с вещей арестованных.
Зерес, опустив голову, спросил:
— Что именно тебя интересует?
Начальник тайной полиции вопросительно посмотрел на Лотара.
— Пояс, в котором было триста цехинов, и книги из мешка.
Блех, широко раскрыв глаза, приподнялся в своём кресле.
— Три… ста… Триста цехинов?
— Я подобрал этот пояс в оазисе Беклем, куда мы шли за водой с Периаком Среброусым после нападения даосов. Периак не дошёл, а мне достался пояс, — пояснил Лотар.
— Из Беклема? — Блех был слишком хорошим сыщиком, чтобы не задуматься над этим названием. — Что ты видел в Беклеме?
— Какие-то развалины, в которых я нашёл этот пояс и книги. Полагаю, никто, кроме меня, на них не предъявит прав.
Блех уже взял себя в руки и снова посмотрел на Зереса.
— Ну, что ты хочешь от меня, эмир? — спросил капитан.
— Имя человека, которому ты отдал пояс и книги. Зерес всё ещё думал. В нём боролись противоположные чувства.
— Ты уверен, эмир, что тебе от этого будет прок? Блех усмехнулся.
— Это уж моя забота. И не забывай, что ты обвинён в заговоре против короля.
— Хорошо. — Зерес обвёл всех долгим, пристальным взглядом. — Я отнёс пояс и книги визирю. Блех шумно выдохнул.
— Ну, что теперь?. — осведомился Зерес.
— Как это было? — спросил Лотар. — Один из его офицеров встретил меня, когда я нёс эти вещи в его, — Зерес кивнул на Блеха, — канцелярию для описи, и попросил не мешкая зайти к визирю. Я подумал, что у Мирофарука лучшие шпионы в королевстве, и пошёл к нему. Он отобрал книги, расшнуровал пояс, и вдруг… — Он сглотнул слюну, вспоминая своё изумление. — Я чуть собственным языком не подавился, когда увидел эту груду золота. Я заметил, конечно, что пояс тяжёл, но подумал, что на нём какие-то особенные бляшки. Если бы я знал…
— Что бы ты сделал? — быстро спросил Блех, но Зерес уже прикусил язык.
— Ничего.
— Итак, эти предметы находятся у визиря, — сказал Лотар. — Нужно идти к нему.
— Вопрос в том, кто именно к нему пойдёт? Блех медленно обвёл присутствующих долгим, внимательным взглядом.
— Игра стала слишком захватывающей, эмир, — произнёс вдруг Илисар. — Я не могу позволить тебе делать неконтролируемые коды.
— Хорошо. — Блех посмотрел на Зереса. — Ты пойдёшь с нами. Пока мы не будем тебя связывать. Капитан промолчал.
— Ну, что же, пошли. — Блех встал, надел перевязь своей сабли, небогатой, но с великолепным старинным клинком. — Прошу всех молчать, приказы отдаю только я. Если Зерес поднимет шум, разрешаю тебе, Рубос, пристукнуть его.
Глава 13
Эхо шагов гулко раскатывалось по коридорам. Пока всё выглядит довольно внушительно, подумал Лотар. Тем немногим стражникам, которые попадались по пути, Блех не терпящим возражения голосом приказывал следовать за ним. Солдаты подчинялись неохотно. И до них дошло, что власть во дворце не едина, а значит, не имеющему протекции стражнику выполнение любого странного приказа казалось таким же рискованным, как неподчинение самой ясной команде. Пока дело шло на лад, потому что рядом с Блехом находился Зерес, а ему любой из этих вояк обязан был подчиняться, что бы ни случилось.
Но в этой же компании были и те самые чужеземцы, которых ещё искали патрули в городе, а значит, всё выглядело сомнительно. И поступь стражников, всегда такая твёрдая, наполненная звоном стали и скрежетом доспехов, скрипом дорогой кожи и шуршанием расписной ткани, на этот раз была тиха и невыразительна по сравнению с тем шумом, который поднимали пятеро людей, возглавляющих группу. А это значило, что солдаты могли в любой момент отступить.
Жаль, нет времени объяснить им, что здесь происходит не делёжка власти, а попытка избавить Ашмилону от Нуримана, подумал Лотар. Или так: помимо делёжки власти, они ищут и демона. Если после этого стражники вовсе не разбегутся, они станут действовать потвёрже. А это ох как нужно!
У дверей в апартаменты визиря стояли три гвардейца в иных, чем у стражников, доспехах. Вероятно, их содержали из казны визиря, а потому они будут преданны ему более остальных. Блех подтвердил это, когда подошёл к ним и твёрдым, как лёд, голосом приказал:
— Именем его величества, сдать оружие.
Один из солдат визиря попытался отмахнуться древком алебарды и закричал. Ему тотчас зажали рот сильной рукой в перчатке и ударами свалили на пол. Двое других подчинились безропотно. Пока стражники действовали смело. Возможно, это объяснялось завистью к людям Мирофарука и полускрытой враждой между двумя отрядами.
Блех толкнул дверь и вошёл первым, за ним потянулись остальные. Перед ними простиралась бесконечная анфилада непохожих одна на другую комнат. Она кончалась двустворчатыми, высокими дверями, у которых стоял ещё один тёмнокожий солдат, но уже без доспехов. На его шее тускло светился золотой ошейник раба. Скрестив руки на мускулистой груди, без малейшего беспокойства он следил, как подходят все эти люди, которых он привык видеть в коридорах дворца раболепно склонившимися при приближении его господина. На этот раз было иначе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
