Мы повесим его на самом высоком дереве!. На следующее утро начался приступ. Русские отчаянно боролись. Среди общей схватки брат епископа Иоганн фон Аппельдерн с огнем в руке первый начал взбираться на вал, за ним бросались другие, стремясь взойти на стены раньше товарищей. Началась ужасная резня. Пощады никому не было. Русские были все перебиты.
Немцы окружили город со всех сторон и таким образом преградили путь к бегству. Из всех мужчин оставили в живых только одного. Его посадили на лошадь и отправили известить новгородцев о судьбе Юрьева. Новгородскому летописцу пришлось записать грустное событие: «Того же лета убиша князя Вячка немцы в Гюргеве и город взяша…»
Причины успехов немцев зависели главным образом от образа действий самих русских: они действовали, по обыкновению, не дружно. В самые решительные минуты то одни, то другие оставляли поле сражения и даже вступали в союз с немцами.
В 1228 г. князь Ярослав Всеволодович собрался было в поход против немцев и привел с собой свои переяславские полки. Естественно, что он желал соединить силы Новгорода и Пскова для дружного отпора врагам. Но псковичи наотрез отказались идти в поход и поспешили заключить отдельный мир с немцами, дав им и заложников с тем, чтобы немцы помогли им в случае разрыва с Ярославом и новгородцами.
– Идите со мною в поход! – звал Ярослав псковичей. – Я зла на вас не думал, выдайте мне тех, кто оговорил меня перед вами.
– Клянемся тебе, князь, и вам, братья-новгородцы, но в поход не пойдем. С рижанами мы заключили мир. Своей братьи не выдадим… Немцев вы только дразните, а нам приходится отвечать за это…
– Без своей братьи псковичей и мы нейдем! городцы на вече. – А тебе, князь, кланяемся…
Ярославу ничего более не оставалось, как отпустить домой свои переяславские полки.
«Можно ли было при таких отношениях успешно бороться с немцами!» – справедливо восклицает историк
Новгородцы и псковичи жестоко ошибались, если полагали, что могут ужиться в мире с немцами. Они не могли, конечно, ясно сознавать, что их вражда с опасными соседями – одно из проявлений великой вековой борьбы, которая не с ними началась, не с ними и кончится, но они должны были бы хорошо помнить, что православных русских немцы считали такими же язычниками, как и ливонцев.
Можно было предвидеть, что после покорения Ливонии немцы устремятся далее на восток. Так действительно и случилось. Папа неотложно требовал дальнейшего распространения его власти над русскими. Дерптский епископ Герман первый начал составлять ополчение. Собралось множество рыцарей. Без объявления войны немцы бросились на Изборск и взяли его приступом.
«Из русских никто не был оставлен в покое. Убивали или забирали в плен всех, кто только осмеливался защищаться. Вопль и стоны раздавались по всей земле! – говорит с торжеством современный немецкий летописец. В самую годовщину Невской победы псковичи поспешили было выступить против неприятелей, но потерпели поражение. Русские, по словам немецкого историка, бежали, «отчаянно пришпоривая и прихлестывая своих лошадей, и лес оглашался стонами и проклятиями».
По пятам бежавших немцы, не теряя времени, устремились к Пскову. Измученные псковичи, не имея времени перевести дух после поражения, не могли защищаться. С ужасом смотрели они на лагерь неприятелей. Кругом горели неукрепленные местности, селения и храмы Божьи. Наконец псковичи, после недельной осады, сдались немцам, которые и вступили в обладание всеми землями, принадлежавшими псковичам.
То был громкий успех! Весть о нем быстро распространялась, и новые толпы текли из Западной Европы для продолжения столь успешно начатых завоеваний. В то время как многие из несчастных псковичей бежали из родного города со своими семействами и появились в Новгороде, прося крова и защиты, новгородцы с ужасом узнали, что немцы напали уже на новгородские области.
Намерение врагов овладеть Новгородом было очевидно. Забирая новгородские земли, немцы в то же время жестоко опустошали их. Поселяне с жалобами сбегались в город. «Не на чем орать по селам». Успехи немцев были быстры и решительны. Овладев новгородскими пригородами, неприятели показались в местности, непосредственно прилегающей к Новгороду, не далее 30 верст, и хватали новгородских и приезжих торговцев.
Что же знаменитый невский герой, князь новгородский?! Отчего он допустил врагов причинить так много зла его землям? Увы, его в это время не было в Новгороде. Несмотря на все его высокие и благородные качества, несмотря на укоренившуюся к нему любовь народа, несмотря на славу, покрывшую его после Невской победы, неблагодарные новгородцы не могли ужиться с ним в мире.
Даже ввиду страшной опасности от врагов они не могли отстать от своей привычки к мятежам и волнениям. Скоро они заметили, что их молодой князь, начав править самостоятельно, обнаруживает не одни только блестящие качества полководца, но твердую волю и сильный ум правителя: усвоив себе взгляды отца, деда и прадеда, он, очевидно, начал выказывать стремление положить конец внутренним смутам и бестолковому кричанию на вечах, производящему лишь «разньствие в братии».
Мы не знаем достоверно, в чем заключалась сущность распри, возникшей между князем и новгородцами. Известно только, что новгородцы «распрение некое показаша, возропташа на св. великого князя Александра Невского, крамол я ще, молву составляюще в людех», – явление обычное в Новгороде, но вовсе не подходившее к тяжелым обстоятельствам, среди которых приходилось жить на Руси с начала XIII ст.
В справедливом гневе на неблагодарный город Александр Ярославич по примеру отца, со всем двором отъехал в Суздальскую землю – в Переяславль. Это было зимой 1240 г. Там он спешил прежде всего исполнить, вероятно, давнее желание своего сердца – основать Александровский монастырь с храмом во имя святого мученика Александра Персского. Очевидно, среди благочестивых трудов, подобно своим предкам, он жаждал найти отдых от бранных тревог и забот правительственных.
Но недолго пришлось ему пробыть на родине. Новгородцы скоро увидали все свое неразумие: близость врагов напомнила им об Александре. Чувствуя свою вину перед ним, они не посмели обратиться прямо к нему. Посольство из Новгорода явилось к Ярославу Всеволодовичу с просьбой дать Новгороду князя. Вероятно, новгородцы надеялись, что Ярослав Всеволодович догадается прислать им старшего сына.
Но они ошиблись. Ярослав прислал им другого своего сына – Андрея. Но не Андрей нужен был новгородцам, – им нужен был Александр. Новое посольство из лучших людей Новгорода, с самим архиепископом во главе, отправилось к Ярославу с поручением усердно просить о возвращении Александра. Дело шло не об одном Новгороде, а касалось всей Русской земли – и Александр решился явиться на помощь новгородцам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
