Той, однако, было не смешно.
— Не понимаю, что ты задумал, — проворчала Морни.
— Поймёшь. Я сооружу для Воинства небольшое отвлечение на востоке, когда Гость выйдет на прогулку. А ты постарайся рассеять эскорт. Пусть отстанут как следует.
Ворона кивнула, но взгляд её оставался непонимающим.
— Не могу этого объяснить, — ответил Норруан, подумав. — Ты должна всё увидеть сама.
* * *
Первые пять дней Унэн только и делал, что отдыхал.
Отдых — понятие относительное. Таменхи появлялся в домике на несколько часов в день; со сказочной быстротой готовил всевозможные деликатесы (помимо тех, что приносил с собой). Монаху даже показалось, что здесь не обходится без мистики: Таменхи не применял никаких заклинаний, но делал всё вроде бы и неторопливо, но с невероятной быстротой. Трудно это объяснить. Надо хотя бы раз увидеть.
Каждый день травник готовил для Унэна несколько порций каких-то снадобий. Запах у них был превосходный, вкус — премерзкий, но что поделать! Унэн послушно пил то, что дают, и ел, как следует. Иногда позволяя себе бутылочку-другую вина. Поскольку сама Айзала не торопилась присматривать за ним, то позволять себе удавалось иногда по два раза в день. Словом, не жизнь, а сплошной отдых — если, конечно, не считать горьких, приторных и прочих настоев.
Дом был обширен; на втором этаже, где располагалась комната Сунь Унэна, находилась также и библиотека. Книги были преимущественно о травах, алхимии, а также по разнообразным разделам медицины. Хотя у монаха не было особого желания читать, всё же иногда он доставал, любопытства ради, томик с полки и сидел в тени деревьев, наслаждаясь свежим воздухом и приобщаясь к мудрости. Оказывалось, что, как и в любом деле, целительство имело тысячи способов справиться с тем или иным недугом. Проще говоря, правильного в нём не меньше, чем неправильного.
Унэн не сразу сообразил, что книга, которую ему удалось подобрать в «Храме Книги», всё ещё при нём. К его величайшему изумлению, томик оказался «Книгой предсказаний», им же самим переведённой на среднее наречие. Кто-то над ним смеётся, это точно.
Улучив момент, монах поместил это «приобретение» на одну из дальних полок. Будет подарком для Таменхи — если тот когда-нибудь туда заглянет. Да. Точно. Скучно, конечно, обнаруживать обыденные трофеи в столь необычных местах… Таменхи сообщил, что ещё неделю он не сможет уделять своему пациенту более трёх часов в день (монаха слегка покоробило слово «пациент») — но вскорости дел станет поменьше, и он сможет подольше находиться в столь приятном обществе. Карлик явно был знаком с искусством изящной речи. Унэн тоже не был невеждой в этой области, и слушать их упражнения в изяществе, должно быть, было одно удовольствие.
Все эти пять дней монах не выходил за невысокий деревянный забор, ограждавший дом, озерцо, а также небольшое поле, где произрастало немало редких растений. Привыкнув находить интересное практически во всём, Сунь Унэн не спешил выглядывать за ограду. О книге (оставшейся в шкафу — он всё чаще называл её мысленно «та книга» или даже «Книга») монах вспоминал раза три, не более — и удивлялся всякий раз, как сильно она притягивала его прежде. Должно быть, Книга всё же излучала некую эманацию, которую шкаф (рассчитанный на хранение магически опасных предметов) и поглощал.
Подобная эманация не была открытием для монаха. Огромное количество магов, а также некоторые магически порождённые животные и отдельные виды нежити прекрасно использовали подобное притяжение внимания. Монаху почему-то пришло на ум слово «сирена», но сколько он ни думал, так и не вспомнил, откуда оно и что означает. Всё, что он ощущал — это несомненную связь непонятного слова с Книгой.
В ночь пятого дня Унэну вновь приснился яркий и запоминающийся сон.
* * *
Это был огромный дом; о множестве этажей; каждый этаж — хитроумный лабиринт прямых коридоров, которые ветвились и ветвились. Лестницы были разбросаны там и сям, соединяя все этажи в сложную и совершенно не поддающуюся представлению паутину.
Дом был обитаем и весьма оживлён. Приходило на ум слово «гостиница» — поскольку монах в своём неторопливом путешествии по дому испытывал именно это ощущение. Что он плывёт по обширной гостинице, откуда каждый день уезжает множество разнообразного народу, и столь же много, в свою очередь, прибывает.
Во сне он не мог управлять своими движениями — словно бы он, Унэн, лишь воспринимал все ощущения, которые испытывал таинственный персонаж его сновидения. Изредка Унэну попадались на глаза руки и ноги, а также предметы одежды персонажа — из чего он заключил, что тот (или та?) — путешественник, намеревающийся вскоре отправиться в позабытое всеми глухое место.
Впрочем, во снах никогда нельзя быть в чём-то уверенным.
Сон был словно образы в калейдоскопе — собирающиеся по собственному произволу; то занятные, то скучные; то притягивающие внимание, то вызывающие отвращение. Несколько раз он видел, как распахиваются обширные двери гостиницы и постояльцы, в сопровождении молчаливых носильщиков, уходят прочь. Чем и куда они отправлялись дальше, Унэн не знал — но у многих из отъезжающих был немалый багаж.
Проснулся монах неожиданно, за два часа до рассвета и более не смог заснуть. Вышел во двор и, ёжась под свежим утренним ветерком, долго сидел у озера, глядя на спокойно отражающиеся в воде два серпика — побольше и поменьше. Скоро новолуние.
Сон не принёс ничего неприятного. Просто расхотелось спать. Таменхи, однако, что-то заподозрил, поскольку осведомился, хорошо ли спал его пациент. Монах, мысленно вздохнув, рассказал ему всю правду (сон, конечно, пересказывать подробно не стал) и Таменхи тут же оживился.
— Интересно, — покачал он головой, полистав несколько минут толстый том. — Я не ожидал сдвига так быстро. Ну что же, слегка изменим курс лечения.
— Кстати, — добавил травник в тот день, прежде чем уйти, — можете свободно покидать дом. Только старайтесь не выходить в лес — а в остальном я вас никоим образом не ограничиваю в перемещениях.
Унэн поблагодарил его, а сам подумал — ведь внутри ограды тоже найдётся, на что посмотреть.
* * *
— Итак, три всплеска за две недели, а мы по-прежнему не знаем, что происходит, — произнёс ректор Университета Венллен после того, как внимательно, в течение получаса, изучал представленные пунктами Наблюдателей сводки.
Было что-то забавное во всём происходящем. Ещё триста лет назад никто и не осмелился бы предположить, чем теперь будут заниматься Наблюдатели. Ну, докладывать о событиях, грозящих вылиться в массовое истребление той или иной расы, вида животных, уничтожение всевозможных природных богатств и прочего — это понятно. Для этого и создавалась организация. Но создавать карту напряжённости поля, откуда маги черпают энергию для исполнения заклинаний! Отыскивать следы порталов! Проверять в массовом порядке магические предметы на скрытые ловушки! Нет, такого никто бы не вообразил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
