с Оглем.
— Смотри сюда, — я достал из ящика стола чистый лист бумаги.
В Толпо ещё не успели понять что это за ценность. Да и если бы узнали, покупателей найти было бы проблемно. Поэтому хранил я её вот так. Да и нам, по договору с серым камнем, присылали почти каждый месяц немалый её запас. Мощьность производства была такова, что пятьсот листов примерно формата «А четыре», были не критичными. Израсходовал я максимум сотни две, а привёз больше тысячи, поэтому пара тысяч листов у меня были. На одном из них я начертил прямоугольник, разделил его семью линиями, и на них нарисовал несколько кружков грифельным карандашом, тоже моим нововведением переданным серому камню. До тех что были в моём мире им было ещё далеко, но это был уже полноценный карандаш. А магия и навыки ремесленников, создающих знаки, делали их качество вполне приемлемым.
— Это счёты, — начал я.
— А я думала мангал с шашлыком, вид сверху, — успокоившись Тарта вернулась к своему язвительному состоянию.
— Ты хочешь поизводить одного молодого купца, или я эту задачу на Ротода?
— Новый бизнес? С Яфи? Так чего ты молчал? Рассказывай скорей.
— Яфи?
— Не бери в голову. Что за счёты?
Прости меня «Яфи», но эту неуёмную энергию нужно куда-то направить. Пусть уж лучше на игру на твоих нервах, чем на дела с теневой гильдией.
— Рамка деревяная. Вот эти нити из жил. На них по пять одинаковых по форме деревяных кружков. Называются костяшки. Делаем из разных цветов. Достаточно двух, но можно шести. Три нижних ряда одним цветом, но средняя костяшка другим, более тёмным. Следующие три наоборот, крайние — тёмные, центральная — светлая. Верхняя как нижняя.
— Это чтобы как-то считать деньги? — догадалась Тарта.
— Да. Смотри.
Я нарисовал счёты ещё несколько раз, с разным положением костяшек.
— Это положение — три малых ветви, два больших листа, и один малый. Это — одна средняя ветвь, четыре малых листа.
После ещё нескольких рисунков, я дал карандаш сестре, и попросил её саму нарисовать несколько рисунков обозначающих разное количество денег. Удостоверившись что она поняла принцип, продолжил.
— Помнишь я рассказывал, что у нас делают одинаковые вещи для богатых и бедных, но слегка разного внешнего вида, и ставят очень разные цены?
— Глупость, — фыркнула Тарта.
— Глупость, но не тех кто так делает, а тех кто покупает. И этим мы воспользуемся. Начнёшь скупать у местных охотников кости. Цены с Киром обговорите, чтоб и не разориться, и барьерщиков не обидеть. Через «Яфи», — передращнил я сестру, — договоришься с ремесленниками. Пусть нарезают костяшки. У кузнецов наберёте проволоки, на пробу сначала разной, потом решите с ним что выгоднее. И помимо вот такого варианта, сделаете более дорогой.
— А зачем, его же покупать не будут!
— Панты дороже денег, так что будут.
На лице сестры застыло скептическое выражение. Я вздохнул. Придётся объяснять.
— Одни счёты, сделаете не просто дорогими, а богатыми. Рамка из кости, проволока, кстати вот так её изогнёте, чтобы когда счёты на столе лежали, костяшки сами съезжали на края. Проволока блестящая, по бокам можно вырезать узоры, и попросить ювелиров украсить серебром или золотом. Да хотя бы медные накладки сделаете, как твой Яфи решит. Пусть хоть драгоценными камнями инкрустирует, он же из золотой нити. А теперь представь. Он принимает караван на рынке, достаёт вот такие счёты, и начинает считать деньги на них. Причём по большей части серебро. А рядом стоит какой-нибудь торговец овощами, и считает медь на убожестве из дерева и жил. Караванщик посмотрит что считать удобно, и захочет то купить себе счёты. Вопрос. Какие счёты себе захочет караванщик?
— Брат, я ненавижу ваш подлый мир. Теперь я тоже хочу себе счёты из кости и с накладками.
— Во-о-от! — поднял я палец, — но это только два варианта. А вы придумаете много. Разные материалы, украшения и тому подобное, для разного кошелька. Некоторый пусть Явлаф дарит как сувениры влиятельным людям. Причём пусть не забывает про тех, кто работу работает, а не управляет. Вот, от меня лично что-нибудь подарите Кинвону — это тот дядька который покупку сытого потрошителя оформлял. Что-нибудь не слишком дорогое, но солидное. А будут варианты не только для денег. Ему наверно тоже пригодятся. Вот смотри. Если сделать такие же, но по десять костяшек, то четвёртая нить, будет, к примеру, телегой дров. Но мы, сама знаешь, покупаем дрова по пятой части телеги, у нас больше хранить негде. Смотри.
Я нарисовал счёты с десятью костяшками, где на второй нити были отодвинуты две.
— Это одна пятая, — я нарисовал ещё несколько картинок, — одна десятая и пять сотых. Три целых, пять десятых, семь сотых, три тысячных. четыре тысячи пятьсот сорок две целых, триста восемьдесят одна тысячная. Те кости что обозначают целую часть по цвету отделяешь от дробной. Две средние костяшки другого цвета, чтоб пятёрки было проще считать. Такими счётами можно считать не только монеты. Их тоже, но слежнее чем первыми. А если на общей раме с перегородкой, сделать оба варианта, то такие нужно делать прочными. Это как раз для караванщиков. К ним же на ту же раму можно добавлять вощёную дощечку, чтобы делать пометки. Если сделать тяжёлые, с ножками, в одном каркасе, под крышкой, с тремя независимыми вращающимися рамками, две для денег, одна для остального — это настольные для менял. Причём можно вот тут на пружине сделать сброс, и к тому же каркасу присоединить органайзер. О! И инструкцию добавлять
