людей посыпались авиационные бомбы, израильские танки ринулись на Синайский полуостров.
Весть об этом откровенном империалистическом сговоре застала меня в тот момент, когда я покидал площадь. Я был в шоковом состоянии, меня не покидала мысль: «Какое вероломство! Мы собрались чтить память погибших, а оказались невольными свидетелями постыдной инсценировки!»
Но Париж в те же дни услышал решительные слова протеста советских людей против суэцкой авантюры. На собраниях и митингах, в рабочих кварталах мы разоблачали империалистические замыслы на Ближнем Востоке.
Как-то в те дни на одном из приемов ко мне подошел министр национального просвещения Израиля господин Шазар, возглавлявший израильскую делегацию на открытии памятника в Париже. Он бесцеремонно бросил мне:
— Господин генерал, почему Советский Союз выступает против наших законных прав? Нам же нужна земля, нам тесно…
Передо мной стоял один из руководителей международного сионизма. Чего можно было от него ожидать? Мне только оставалось ему заметить:
— Господин министр, я слышу знакомые разглагольствования Геббельса о жизненном пространстве для арийцев. Вы знаете, чего стоила человечеству гитлеровская авантюра? 50 миллионов человек погибли во второй мировой войне.
Ныне бывший министр Залман Шазар — президент Израиля. Чего от него можно ожидать?
Империалистические силы США, ФРГ, Великобритании ополчились против народов, вставших на путь полного освобождения от колониального гнета, на путь революционного обновления.
Израиль в результате политики сионистских правителей стал полицейской дубинкой в руках заокеанских магнатов. Он выступает в неблаговидной роли душителя свободы народов и оккупанта на Ближнем Востоке. Реакционные силы Израиля не гнушаются никакими средствами для достижения своих захватнических целей. Содрогаешься, когда видишь, как вчерашних палачей народов Европы, в том числе убийц миллионов евреев, с почестями принимают в Тель-Авиве.
Франц Иозеф Штраус, реваншист № 1, ратующий на всех перекрестках за возвращение к старым временам гитлеровского рейха, ныне является лучшим другом Голды Меир и Моше Даяна. Не кощунство ли это перед памятью миллионов погибших? Немецкое оружие, то самое, которое сеяло смерть на Западе и на Ближнем Востоке, ныне в модернизированном виде широким потоком идет в Израиль. А министр иностранных дел Израиля Абба Эбан предпринимает вояж в Бонн, чтобы добиться новых поставок оружия и финансовой помощи для удушения свободы и независимости арабских народов. Какой цинизм! Какая позорная миссия у господина министра!
Советские люди независимо от их национальной принадлежности не могут не возмутиться беспардонными, лживыми заявлениями премьер-министра Голды Меир и других сионистских заправил о «тяжелом» положении евреев в Советском Союзе.
Недавно мне стало известно, что сионистскими элементами предпринята попытка обратиться с подобными заявлениями в ООН якобы для «защиты» прав человека, чтобы раздуть инсинуации Голды Меир. Демагогия империалистических заправил более чем очевидна. Им надо отвлечь общественное мнение от израильской агрессии на Ближнем Востоке, от «грязной» американской войны во Вьетнаме, от проблемы негров в самих США.
Я спрашиваю, кто дал юридическое и моральное право людям, на совести которых немало загубленных арабских семей, на совести которых сотни тысяч обездоленных, изгнанных со своих земель арабских беженцев, вынужденных странствовать под палящим солнцем, голодать, умирать, — вообще говорить о гуманизме?
Национальный вопрос в Советском Союзе давно и навсегда решен. Его разрешила Великая Октябрьская социалистическая революция, которая положила конец бесправию народов, в том числе евреев. В прошлое канули черта оседлости, погромы, бесправие.
Моя семья Драгунских — извечная династия портных-бедняков — трудом и потом добывала себе кусок хлеба. Отец со своей швейной машинкой кочевал из деревни в деревню, чтобы прокормить огромную семью. Советская власть открыла широкую дорогу моей семье, как и всем другим семьям трудящихся, к жизни, труду, знаниям. Среди моих родных, в моей семье, можно теперь встретить учителей и врачей, техников и инженеров, физиологов и писателей, офицеров и артистов, рабочих и ученых. И не мудрено, что все мои четыре брата воевали за нашу Родину. Не могу удержаться, чтобы не сказать о моей матери. Ее долго прятали соседи — русские, рискуя своей жизнью. И все-таки фашисты ее нашли. Это было в январе 1942 года на Брянщине. Стоял лютый мороз. Мать вывели на сельскую площадь. Все население согнали к зданию сельсовета. Эсэсовец крикнул во весь голос:
— Эй ты, иудейка, прокляни своих сыновей, и мы дадим тебе свободу.
Люди замерли в ожидании ответа.
Маленькая, седая, совсем больная женщина встала, расправила свои плечи, набрала в остывшие легкие холодный воздух и крикнула:
— Я благословляю своих сыновей, благословляю сыновей России на борьбу с ненавистным врагом.
Автоматная очередь оборвала жизнь моей матери, советской женщины, душой понимавшей, что такое дружба народов и любовь к Родине, хотя она была малограмотной и еле-еле расписывалась. Она была не только матерью, но и советской патриоткой.
О гуманности Советской Армии написано немало страниц, книг, исследований. Свыше тридцати лет я нахожусь в ее славных рядах. Сотни и тысячи раз я убеждался в интернационализме наших солдат, офицеров и генералов. Мне пришлось во время войны командовать танковой бригадой. Она состояла из представителей 30 национальностей. Это была единая боевая семья. 1418 дней и ночей мы вели смертельную схватку с гитлеризмом, а ведь каждый день, каждый час, каждая минута — это была встреча со смертью, но она не была нам страшна. Мы понимали, что надо уничтожить ненавистного врага, не пожалеть свою жизнь во имя Родины, во имя освобождения народов Европы от фашизма.
Не могу забыть случай, который произошел на границе Польши и Германии. В одном из боев на Одере мы взяли деревню Вольдау, и где-то в глубоких катакомбах мои солдаты обнаружили свыше пятидесяти человек, чудом спасшихся из варшавского гетто. Танкисты их бережно выносили, кормили, лечили, выхаживали. До сих пор в ушах звенят слова благодарности моим парням от спасенной группы евреев. Вот она, настоящая человеческая дружба, а таких примеров можно привести десятки и сотни.
Я на этом останавливаюсь пространно потому, чтобы дать ответ клеветникам, сеющим вражду между народами, еще раз разоблачить тех, кто проводит во Вьетнаме, на Ближнем Востоке, в США самую разнузданную расистскую политику.
Я с глубоким уважением отношусь к израильскому народу, желаю ему, как и всем народам, мира и процветания, но всем существом своим протестую против захватнической политики израильских агрессоров, против империалистических захватнических устремлений, против деятельности тех, кто втягивает народ Израиля в пучину войны.
Генерал Даян любит говорить о «внезапных» ударах, о «стремительных» наступлениях, о «преследовании» и тому подобном. Хотел бы напомнить ему, что военный лексикон располагает и такими терминами, как оборона, отступление, бегство. Как бы не пришлось однажды их применить по отношению к израильской армии.
Правители Израиля слишком долго и
