маленьких детях! А сейчас сидишь как белый человек в солидном офисе, в своем кабинете, в тепле. Общаешься с приличными людьми и получаешь неплохие деньги.
Поэтому прямо с работы Аси они и рванули за город на машине Яны. И вот по дороге подруги увидели рекламный щит, оповещающий о ювелирной выставке.
– А мы с тобой любим украшения? – спросила Яна Асю и сама же ответила: – Конечно же любим! Мы же красивые женщины! – Она никак не могла нарадоваться, что от ее рожи ничего не осталось: мощные гормоны и антибиотики сделали свое дело. – Поэтому мы сейчас поедем и посмотрим!
И вот они уже ходили по залам выставки с прозрачными витринами, за которыми лежали драгоценные камни и изготовленные из них ювелирные украшения.
Сами молодые женщины выглядели тоже красиво, обе высокие и стройные, но предпочитающие очень разную одежду.
Ася была в коричневом в мелкую клеточку брючном костюме из теплого твида. Из-под ворота пиджака выглядывала стильная блузка темно-шоколадного цвета из шелка с отделкой из кружев ручной работы. На ногах Аси красовались коричневые полусапожки с выделкой под рептилию, и такую же сумку среднего размера она сжимала в руках. Легкий, ненавязчивый макияж, ухоженная кожа и стильная стрижка каре из прямых шелковистых волос приятного темно-каштанового цвета. Из украшений – изящные золотые часы и неброские серьги с брильянтами.
В общем, Ася создавала образ преуспевающей бизнес-женщины, что в принципе соответствовало правде. Она, будучи адвокатом, работала в основном лишь со своей клиентурой и с людьми, обратившимися к ней по рекомендации, что о многом говорило.
Яна рядом с Асей, ассоциирующейся со спокойным классическим пейзажем, выглядела произведением импрессиониста. Но поскольку женщины находились не в картинной галерее, а на ювелирной выставке, уместно иное сравнение. Ася напоминала благородный, совершенный алмаз, только без огранки, так как сильного мужского плеча рядом с ней сейчас не было. А Яна являла собою рубин. Большой и яркий!
Ее длинные и худые ноги в плотных, лилового цвета колготках были вставлены в ярко-розовые, лакированной кожи валенки с мехом на отворотах. Тело обтягивало короткое фиолетовое платье из шерсти крупной вязки, поверх меховая жилетка с узором из роз, в руках – сумка, вышитая такими же розами необъятных размеров. Длинные светлые волосы завиты в роскошные кудри, струящиеся по спине.
Яну украшало множество крупных колец, центральным из которых был перстень с большим рубином, подаренный любимым мужчиной, чешским князем Карлом Штольбергом. На шее болталось несколько ниток черного жемчуга, а в ушах висели длинные серьги, все с тем же жемчугом и стразами.
Подруги остановились у витрины с темно-фиолетовым полудрагоценным камнем аметистом и принялись рассматривать украшения из него.
– Мне нравится фиолетовый цвет… Он очень необычный, такой таинственно-сказочный. Сейчас он и в моде… – принялась расхваливать аметист Яна.
– Ты мне зубы не заговаривай! – вдруг прервала ее Ася. – Рассказывай, что ты натворила в клинике Олега Юрьевича?!
– Ты носишься со своим Олегом Юрьевичем, как курица с яйцом. Ничего я с ним лично не сделала!
– Я знаю, ты даже его спасла.
– Ну, не только я. Охранник – молодец. Два выстрела – и ни одного промаха! Да еще стрелял с такого неудобного положения, с гипсом.
– Это же твоя идея была – его гипсом обмотать?
– Наложить. Гипс накладывают, а не обматывают. Да, нам надо было как-то попасть в операционную и к тому же пронести оружие. Идея – попасть туда как медсестра и пациент и спрятать оружие в гипсе – действительно пришла мне. И она сработала! А там уже и вызванная полиция подоспела! Вот только я чувствую себя неловко… – потупила взгляд Яна.
– Неужели ты вообще можешь испытывать неловкость?
– Бывает. Видишь ли, с заведующим Михаилом получилось не очень красиво. Мало того что я разбила ему голову бутылкой…
– А говорят, что он сам себя плохо вел, – вставила Ася.
– Ну это все равно не повод к тому, чтобы я так несдержанно размахивала бутылкой. Ведь не шарахни я Мишу по голове, никто бы не пошел в операционную, в Гришу бы не выстрелили, и все остались бы целы.
– Не факт. Как я поняла из твоего рассказа, бандиты пришли также и в морг, чтобы спрятать девочку, могли бы вас и там перестрелять. Нет, ты все равно молодец! Спасла Алису и в операционной не растерялась.
– Спасибо, – улыбнулась Яна, рассматривая гостей выставки с большим интересом, чем сами ювелирные украшения. – Смотри, смотри, какие тетки ходят! Все обвешаны украшениями, словно говорят: «Выставка выставкой, а мы не хуже». А вон тот мужик с огромным животом все посматривает в нашу сторону…
– Яна, прекрати! Это неприлично! Ты сюда для чего пришла? Украшениями любоваться или людей обсуждать?
– А чего ими любоваться? Ясен перец, что красиво все. У меня этого добра дома – сундуки!
– Еще бы! Муж бизнесмен надарил, затем жених богатый.
– Не завидуй!
– Да это я так, – рассмеялась Ася.
– А вон ту длинную, сутулую видишь? Та, что близоруко щурится с театральным биноклем?! Вот ведь умора! Чего она тут высматривает? А на шее десять цепочек, от этого и сутулость.
– Кто бы говорил! – скользнула взглядом по ней Ася.
– Ты никогда не поймешь этой красоты! – Яна провела по нитке жемчуга своими худыми пальцами с устрашающе длинными красными ногтями.
– Такой сногсшибательной красоты – никогда, – согласилась Ася.
– А этот тип так и смотрит сюда! О боже! А эта сутулая с биноклем, оказывается, с ним! Точно – жена! Лучше бы она не на украшения пялилась, а за своим мужем следила! Слюни пускает на других женщин, а она дальше своего носа не видит.
– Яна, да угомонись ты! Лучше уж о своем заведующем расскажи.
– О каком заведующем? А-а! О Михаиле Борисовиче! Так я и говорю, что нехорошо получилось! Мало я его бутылкой приложила, так еще в операционной ему досталось! Я же там метнула какой-то дротик, то есть молоточек для трепанации или не знаю для чего… Что ты
