Яна на ходу застегивала дубленку и активно вертела головой в поисках той, ради которой она, собственно, и выскочила из галереи. Не могла Яна оставаться безучастной к чужим страданиям.
Зинаиду Ивановну, уныло бредущую по улице прочь от выставки, она увидела со спины. Парни уже сделали свое дело, выгнав ее на улицу, и наверняка получили распоряжение никогда больше эту женщину в галерею не пускать.
Вся поза этой женщины говорила о ее крайне подавленном состоянии. Понуро опущенная голова, висящие плечи, тяжелая шаркающая походка.
У Яны защемило сердце. Она ускорила шаг и почти догнала женщину.
И тут Зинаида Ивановна резко остановилась и оглянулась, но не на Яну, а на проезжую часть. Глаза женщины были абсолютно безжизненными и отрешенными. Она стояла рядом с проезжающими мимо машинами, вытянувшись в струнку, словно пловец перед прыжком в воду. Оставалось только скомандовать: «Марш!»
Яну пронзила страшная догадка, и она кинулась к Зинаиде Ивановне молнией.
Оказалось, что вовремя. Женщина уже летела под колеса автомобиля, но Яна успела ухватить ее за шарф. Машина взвизгнула, резко вильнула в сторону и проехала дальше. Водитель, высунувшись из окошка, от души обложил их матом. Сердце Яны было готово выскочить из груди.
– Зачем? – прошептала Зинаида Ивановна.
– Вы с ума сошли? Я сейчас отвезу вас в психушку!
– Не надо, – опустила глаза женщина и зарыдала, беззвучно поливая слезами морщинистые щеки. – Я пойду?
– Ну уж нет! – вцепилась в нее Яна. – Вы и повторить можете.
– Я постараюсь держать себя в руках.
– Верится с трудом. Вернее, совсем не верится.
Внезапно женщина стала оседать на обледенелый асфальт прямо в руках Яны. Та ухватила ее с большим трудом.
– Э, гражданочка! Вы чего это творите? У меня к старости-то силы уже не те, не удержу я вас!
– К старости, говорите? – сквозь явную боль улыбнулась женщина, охая и причитая. – Извините, конечно, но мне действительно плохо. С сердцем что-то.
– С сердцем? – испугалась Яна.
– Да, вступило. У меня и раньше было такое…
– И что надо делать?
– Таблеток бы, но у меня их с собой нет… Ой, как глупо получилось… Да еще и вас обременяю… Неудобно…
– Забудьте о неудобствах! Я сейчас! – Яна осторожно прислонила Зинаиду Ивановну к фонарному столбу и кинулась с поднятой рукой к проезжей части.
Первая же машина остановилась – не заметить яркой Яны было невозможно.
Они вместе с водителем погрузили Зинаиду на заднее сиденье, и Яна назвала адрес больницы, где она теперь работала.
– Я бы не хотела в больницу, – сказала женщина.
– Надо показаться врачу и сделать электрокардиограмму – раз, выпить таблеток, как вы говорите, – два, и очень хорошо, что теперь за вами присмотрят, – три.
– Что это за больница?
– Очень хороший медицинский центр, я там работаю.
– Так вы – врач?
– Я – стоматолог, в сердце понимаю плохо, – дала исчерпывающие разъяснения Яна.
Водитель с угрюмым видом смотрел на дорогу. Его расстроил тот факт, что он посадил в машину не одну девицу и разговор идет не об обмене телефонами, а о каких-то болячках.
– Как вас зовут, девушка? – спросила Зинаида Ивановна.
– Яна.
– А меня…
– Я знаю, Зинаида Ивановна, – прервала ее Яна.
– Откуда? Мы знакомы? Опять я опростоволосилась и чего-то не помню? – всполошилась женщина.
– Я слышала, что вас так назвала Гертруда Арнольдовна, я сидела за ее столиком.
– Гертруда Арнольдовна! Твою мать! – хохотнул мужчина за рулем.
– А вы не слушайте чужие разговоры! – огрызнулась Яна.
Между тем Зинаида Ивановна побледнела еще больше.
– Так вы знакомая этой женщины?! – ахнула она, и Яна испугалась, как бы ее болезненное состояние не ухудшилось еще больше.
– Нет, нет! Я совершенно случайный человек. Просто посетитель выставки… Вот ведь чучело! – вдруг закричала Яна, со всей силы стукнув себя по лбу.
– Кто? Где? – всполошились и водитель, и Зинаида Ивановна.
– Да я сама! Кто же еще?! Я же вышла за вами, что-то почувствовав… Нет, просто хотела узнать, что между вами произошло. Скажу сразу, что я на вашей стороне! Мне эта женщина крайне несимпатична. А тут вы с приступом, и я уже ни о чем не думала, только бы доставить вас в больницу…
– И что? Чего вы так переполошились? – беспокойно спросила Зинаида Ивановна.
– Да я же оставила там подругу за столом, вместе с этой теткой с лупой! Представляете? Я ее там попросту кинула! Ася будет ждать, нервничать, а я тут еду с вами…
– Так позвоните ей, – предложил мужчина.
– Верно! – Яна выхватила мобильник. – Но я, как всегда, забыла его зарядить!
– Девушка, вы очень много говорите и все не по делу! Успокойтесь! Возьмите мой телефон и позвоните, – протянул ей трубку водитель.
– Ой, спасибо! – На несколько минут воцарилась тишина. Затем Яна издала разочарованный вздох. – Недоступна, отключилась, что ли? Может, что стряслось? Как же я так не подумала? И машину свою бросила, и подругу…
– Это я во всем виновата, дура старая, – вздохнула Зинаида Ивановна.
– Вы тут ни при чем! Я сама за вами увязалась!
– Вы меня и спасли…
– Я сейчас распла́чусь, просто индийское кино, – ухмыльнулся водитель. – Ничего с твоей подругой на ювелирной выставке не случится. Средь бела дня, среди людей…
– Да нелюди они! – воскликнула Зинаида Ивановна.
– Тише! Тише! Вы, главное, не волнуйтесь! Все будет хорошо! – приобняла ее Яна, которую просто будоражили тревожные чувства. Ей было неспокойно за подругу, оставленную у подозрительной миллионерши и ее стражника-муженька. Она переживала за здоровье своей спутницы. А еще ей не давал покоя вопрос: что связывало Зинаиду Ивановну и Гертруду? Яне хотелось спросить
