не по-детски. И вроде бы все хорошо. Со мной рядом идеальная женщина, в постели отдается безоговорочно, на работу провожает, ужины готовит, покорна, истерик не устраивает, сцен ревности тоже, никаких лишних вопросов не задает. И я только сейчас понимаю, что это полное равнодушие, а не покладистость. И ведь раньше мне было плевать на чувства других, потому что у меня их не было, никто не волновал меня так, как Яна. Я даже не полагал, что меня так понесет. Месяца, кажется, мало и тела ее мало, запаха мало, вкуса мало, голоса ее мало.
Любовь, сука, накрыла с головой, до безумия.
Вот так она выглядит?
Жестоко…
— Что надеть?
— Будь самой шикарной женщиной этого вечера, — прошу я. — Надень что-то, что подойдет под сапфиры.
— Леван… — выдыхает.
Да знаю я все, ей ничего от меня не нужно, и это тоже бесит. А мне хочется, чтобы было нужно. Все. Как мне от нее.
— Я все сказал. Будь готова к восьми, — категорично отрезаю я и сбрасываю звонок.
Грубо. Ну не могу я сдерживаться. Характер не тот. Слишком вспыльчив. А с ней как-то по-другому нужно. Аккуратно, нежно, медленно. А я хочу все и сразу. Я максималист. Жизнь коротка, и нужно брать от нее все и сразу.
Возвращаюсь в конференц-зал и снова завожусь, оттого что Эмин общается с Лариным. Ухмыляется, покачивая головой. Могу его понять – он ничего не делит с этим мужиком, у него нет к этой мрази претензий. Ничего личного, только бизнес.
Беру себя в руки, расслабляю скулы, натягивая ухмылку, подходя к ближе.
— Вынужден покинуть вас, обсудите и сообщите, если решение будет положительным, — выдает Ларин и спешно покидает нас, кидая на меня непроницаемый взгляд.
— Что мы должны обсудить? — интересуюсь у Эмина.
— Твою личную жизнь, — ухмыляется друг.
— Как, сука, интересно, — сквозь зубы цежу я. — Ну, давай осудим.
— Остынь, пойдем, обсудим по дороге в офис, — отвечает Эмин.
Садимся в машину, водитель трогает с места, а Эмин молчит, просматривая бумаги.
— Интригу оценил, может, уже объяснишь? — холодно интересуюсь я.
— Нельзя мешать личное и бизнес, — изрекает Эмин.
— Это мне говорит тот, кто женился по расчету, — оскаливаюсь я.
— Поэтому и говорю: боком потом выходит. У Ларина было для нас очень выгодное предложение. Очень выгодное и нужное нам! — повторяет он, выделяя.
— Но? — выгибаю брови, начиная закипать, когда Эмин выдерживает паузу.
— Но при условии, если ты вышвырнешь на помойку свою подстилку, — выдает он мне. И меня срывает. Никто не смеет так называть мою женщину, я такие вещи не прощаю, особенно близким.
— Ты охуел! — хватаю Эмина за грудки, встряхивая. — Я язык тебе отрежу и тебе же скормлю, — агрессивно выпалываю я.
— Успокойся, это было не мое мнение, а цитата от Ларина, — рычит Эмин, отрывая от себя мои руки.
Выдыхаю, откидываюсь на сиденье, закрывая глаза.
— Извини, перекрывает меня. Ради сделки отказываться от Яны не буду. Могу вообще сложить свои полномочия в компании, вывести активы и уйти.
— Не пыли, не будет никакой сделки. Нам никто не будет ставить условия. Бизнес на эмоциях и личном не построишь, а у него тоже личное.
— Спасибо, — встряхиваюсь, пытаясь вернуть себе вменяемость. Я закопаю эту мразь. Скоро условия буду ставить я.
***
Открываю футляр с комплектом, достойным моей королевы. Длинные серьги и кулон на цепочке. Платина и насыщенно синие каплеобразные сапфиры. Ей будет очень к лицу, она достойна самого лучшего. И я готов ей все это отдать, только ведь не возьмёт. Закрываю футляр, тушу сигарету в пепельнице.
— Да! — отвечаю на стук в дверь моего кабинета. Тимур входит, снимает кожаную куртку, кидая ее на диван.
Следом за ним вбегает моя секретарша, подавая кофе. Он долго ее благодарит, расхваливая блузку и рассыпаясь в комплиментах.
Ну что вы сегодня все меня, сука, выводите из себя!
— Татьяна, свободна, — рявкаю, обрывая их флирт. Секретарша убегает. Посматриваю на часы: уже шесть, в восемь мне нужно забрать мою королеву на прием. Мероприятие публичное, но будет тесный круг. Хочу отвлечь ее. — Давай, Тимур, хоть ты не тяни. Сразу к делу.
— В общем, у Ларина нет постоянной любовницы. Трахает он разных телок, которых поставляет ему одно и то же агентство.
— Шлюхи? — морщусь я.
— Эскорт. Но да, элитные шлюхи, — усмехается Тимур.
— Это все не то! Этим никого не удивишь. Он разведен. Ну потрахивает разных баб, так за это не карают у нас.
— Может быть… Может быть… — загадочно ухмыляется Тимур.
— Да бля, там есть что-то поинтереснее? — подаюсь к Тимуру, заглядывая в глаза. Кивает.
— Пообщался я на досуге с одной из эскортниц. Не с той, которую Ларин имел, но девочки делятся, так сказать, впечатлениями. И вот поговаривают, что баб он всегда выбирает однотипных: высоких, светлокожих блондинок, и этих девочек после ночи с ним чуть ли не откачивают.
— Как интересно. Садист? В теме?
— Нет, просто мразь, которому нравится пиздить во время траха девок. Жестоко так бить и унижать, что тем потом нужно время, чтобы прийти в себя. Платит, конечно, он за это щедро и не только за извращённый трах, а и за молчание.
— Ну сплетни шлюх мы никак не докажем, на камеру нам этого никто не повторит. А даже если повторит, где доказательства, что их слова правдивы?
— Ну… — снова тянет Тимур. Вижу, что у этого сукина сына уже созрел план. — Девки, знаешь ли, неохотно к нему идут даже за деньги…
— А мы можем найти ему бабу и подложить, — продолжаю я, Тимур вертит пальцами, призывая меня продолжать. — Снимем на камеру и выставим как изнасилование. Так и вижу этот заголовок: «Успешный бизнесмен, владелец крупной компании, меценат, жестоко изнасиловал девушку. Баба в синяках и слезах рассказывает на больничной койке, какая он мразь.
— Да! — усмехается Тимур. — Подключим блогеров, журналистов и пообещаем Ларину за несколько часов это пустить в народ. А там даже разбираться уже никто не будет, правда это или нет.
Глава 22
Яна
Наношу легкий макияж, подчёркивая глаза, слегка губы, перекидываю
