и с опереттой. Как и во Франции, в Австрии были свои театральные традиции, способствовавшие рождению этого нового жанра. Это были жанры народного театра – фарс и зингшпиль (singspiel – пьеса с пением). Фарс не стеснялся в средствах, насмехаясь над всеми сословиями, особенно над недалекими крестьянами, а зингшпиль был музыкальной разновидностью площадного представления, австро-немецкой комической оперой с разговорными диалогами между вокальными номерами, которые становились популярными песнями.
Первые опыты зингшпиля были связаны с почти забытыми именами, среди которых выделяется саксонец Иоганн Адам Хиллер, которого считают одним из создателей этого музыкально-драматического жанра. Он прекрасно знал французскую и итальянскую комические оперы и заимствовал у них то, что ему нравилось, отвергая то, что было непригодно для непростого для пения немецкого языка. Он сотрудничал с драматургом Христианом Феликсом Вейсе, либретто которого были столь высокого качества, что иногда исполнялись и без музыки.
Зингшпили Хиллера пользовались большой популярностью, и она возросла после того, как он впервые в Германии опубликовал их, стремясь сделать доступными даже для любителей. Некоторые его произведения оставались в репертуаре театров до конца XIX века.
Но постепенно театр начал меняться, чтобы привлекать более обеспеченную публику, и из спектаклей стала исчезать сатира, грубоватый народный юмор, а взамен сюжеты наполнялись лирикой, фантастическими приключениями и пародийными моментами, и музыкальная атмосфера Вены, пронизанная бытовыми мелодиями, давала богатейший материал для творчества.
С наступлением XIX века в постреволюционной Европе произошли серьезные изменения в общественной и культурной жизни, и они не обошли стороной и Австрию. При Меттернихе на щит была поднята абсолютная монархия, мощнейшая бюрократия и теснейшая связь государства и церкви. Чтобы достичь этого, ввели жесткую цензуру и полицейский контроль. В таких условиях не удивительно, что венцы стали отдавать предпочтение музыке камерной и вокальной. Воспевавшая природу и личные переживания, она стала способом выразить взгляды, не связанные с политикой. Она стала, в определенном смысле, средством общения, ведь в ней без страха можно было выразить самый широкий спектр чувств.
Кронпринц Рудольф. 1887
По сути, на фоне политической реакции и гонений средний класс нашел настоящую отдушину в музыке и семейных ценностях.
Генрих-Эдуард Якоб в своей книге, посвященной Штраусам, так анализирует происходившее: «Было ли это своего рода успокоительное средство? Или, наоборот, возбуждающее? У нас нет ответа на этот вопрос. Это был некий отягощенный сладостной приятностью и демонизмом плод безумия и благородного легкомыслия, который не поддается анализу».
Домашние частные концерты стали повсеместной практикой и любимым времяпрепровождением в кругу семьи. В то же самое время и публичные концерты сохранили популярность у зажиточных горожан, и в 1814 году в Вене было учреждено «Общество любителей музыки», которое с тех пор играло важную роль в жизни города. Понятно, что такое общество требовало легального присмотра со стороны властей, и его патроном стал эрцгерцог Рудольф.
Это положило начало союзу между старой аристократией и городским средним классом и отразило растущую популярность музыки. Общество спонсировало концерты, издание нот, работу консерватории, открывшейся на основе Певческой школы под руководством Антонио Сальери. Повышенный интерес к музыке породил новую публичную музыкальную культуру, значительной частью которой стали музыкальная наука и журналистика. В Вене выходила целая серия периодических изданий, среди которых выделялись «Венский театральный журнал» (Wiener Journal für Theater), «Музыка и мода» (Musik und Mode) и «Венская театральная газета» (Wiener Theater Zeitung).
В 1834 году Рафаэль Георг Кизеветтер, возглавлявший новую консерваторию, опубликовал «Историю западноевропейской музыки». Он также содержал один из самых известных неаристократических салонов, где проходили многочисленные концерты.
В целом можно говорить, что большая часть концертов до 1848 года устраивалась в частных домах среднего класса, и связано это было с тем, что полицейское государство ограничивало число крупных публичных мероприятий. Что же касается музыкального театра, то в первой половине XIX века сохранялся повышенный интерес к итальянской опере, прежде всего, к творчеству Джоакино Россини, хотя премьера «Вольного стрелка» Карла Марии фон Вебера пробудила интерес к театру национальному. Эта премьера состоялась в 1821 году в Берлине и вызвала настоящий фурор. «Наш стрелок попал прямо в цель», – написал тогда Вебер либреттисту Иоганну Фридриху Кинду. А сам Бетховен сказал, что Веберу следует писать одну оперу за другой.
В этот период традиции площадного народного театра еще сохранились у уроженца Вены Фердинанда Раймунда – актера, театрального режиссера и драматурга. С 1823 по 1834 год Раймунд написал восемь сценических произведений, представляющих собой эталонные образцы старовенской народной комедии. Он соединил барочный театр с ярмарочной буффонадой, волшебную феерию и фарс, пародию и бытовую мелодраму.
Й. Крихубер. Портрет Фердинанда Раймунда. Литография. 1835
Этот человек после смерти отца (в 1804 году) проходил обучение в кондитерской и там завел первые знакомства в театральных кругах, а затем бросил работу, чтобы стать актером. В 1808 году он присоединился к труппе странствующих комедиантов и вместе с ними гастролировал по провинции. В 1814 году Раймунд вернулся в Вену и с успехом выступал в «Театре в Йозефштадте», где играл Франца Моора в «Разбойниках» Шиллера. В 1817 году перешел в труппу Леопольдштадтского театра, а в 1828–1830 годах руководил этим театром и попробовал себя в качестве режиссера.
В 1823 году состоялась премьера его первой пьесы «Мастер барометров на волшебном острове». Раймунд также известен пьесами «Девушка из страны фей, или Крестьянин-миллионер», «Расточитель» и «Король Альп, или Человеконенавистник», написанными в традициях австрийского народного театра.
Венец любил в театре яркий свет искусства, художественную иллюзию, волшебство и реальность, буффонаду и чертовщину, ужасы и насмешливую улыбку, легкость и серьезность, музыку и танец, смех и слезы, чувственность и романтику. Смесью всего этого и был венский театр. Далекий от какой бы то ни было проблемности, он не ставил своей задачей организовать или воспитывать своего зрителя, а стремился лишь создавать иллюзию реальной и к тому же высмеянной жизни.
КАРЛ КОБАЛЬД, австрийский музыкальный критик
А в ночь с 29 на 30 августа 1836 года Фердинанд Раймунд вдруг пустил себе пулю в рот. По одной из версий, его мучил какой-то необъяснимый страх умереть от укуса бешеного животного. И однажды его действительно укусила собака. Он поспешил к врачу, но из боязни умереть в мучениях по дороге, на постоялом дворе, совершил неудачную попытку самоубийства. Через пять дней, 5 сентября 1836 года, он скончался, а собака оказалась здоровой…
Сейчас имя Фердинанда Раймунда носит основанный в 1893 году венский «Раймунд-театр» в районе Мариахильф.
Вена – это
