На мгновение она затаила дыхание, почти испугавшись, что дыхание прогонит прочь ее воспоминания. Но вместо этого ее мысли стали яснее и ярче. Отрывки событий последних пяти лет стали обретать смысл.
А потом ее посетила еще одна мысль, от которой у нее засосало под ложечкой.
С пугающей ясностью она вспомнила поездку на автомобиле домой после того, как ей и Портеру отдали Томаса. События последних месяцев были очень напряженными, но они решились на усыновление. Алэйна вновь вспомнила о Дугласе и его нападении. И мысли о том, что было бы с Алэйной, если бы он ее не избил. Она вспомнила все до того момента, как они взяли Томаса. А потом Алэйна почувствовала всепоглощающую головную боль. Боль усилилась, когда она поняла, что о прошлом ей напомнил сын. О прошлом, от которого она скрывалась и бежала.
О прошлом, которое она таила от Портера – своего мужа и возлюбленного.
От Портера, которого любит по-прежнему.
Портер рвал и метал, стараясь отыскать в доме свою мать. Он должен с ней поговорить. И выяснить, почему она поставила под угрозу его второй шанс наладить жизнь с Алэйной.
Он нашел ее в кухне, где она накладывала шоколадно-мятное мороженое в серебряную чашу.
– Мама? Что, черт побери, ты делаешь? – спросил он.
– О чем ты говоришь? – Она положила себе больше мороженого и холодно посмотрела на Портера.
– Ты сказала Алэйне, что мы собирались с ней развестись.
Лицо Кортни оставалось бесстрастным. Она беспечно пожала плечами:
– Я сказала ей правду. Кто-то должен был это сделать.
– Я должен был обо всем ей сообщить. – Опираясь на кухонный стол, он скрестил руки на груди. Он чувствовал себя преданным. Его мать не имела права говорить Алэйне об их браке. Портер глубоко вдохнул.
– Ну, а чего же ты медлил? Жаль, что ты не удосужился обо всем ей сообщить до того, как забрался с ней в постель. – Она одарила его непоколебимым взглядом, каким пользовалась в зале суда.
– Тебя это вообще не касается! Я действовал по совету ее врачей, пытаясь облегчить ей процесс восстановления памяти.
Кортни пренебрежительно покачала головой и натянуто улыбнулась, но улыбка не коснулась ее глаз.
– Ты использовал это как отговорку, чтобы иметь возможность преследовать ее.
– Я хочу вернуть свою жену. В чем проблема?
– Проблема в методе, каким ты собираешься это сделать. Я люблю тебя, сынок, но я люблю и Алэйну. Ни одна женщина не заслуживает того, чтобы ее обманывал мужчина, который, как предполагается, ее любит.
Повернувшись, она зашагала прочь.
Обман?
Портер хотел позвать мать, чтобы она вернулась и выслушала его. Он не пытался никого обманывать. Он просто старался выиграть время и сохранить свою семью. Он лишь стремился, чтобы Алэйна снова в него влюбилась.
Потому что он ее любит. Хотя он не сказал ей об этом, он не перестал меньше ее любить.
И, скорее всего, сейчас самое время сделать признание.
После того, как первоначальный шок Алэйны рассеялся, она захотела сделать что-нибудь, чтобы помириться с Портером. Она не знала точно, до какой степени ей удастся восстановить отношения с мужем, но бездействовать она не могла. Остается решить, с чего начать. Глубоко вдохнув соленый воздух, она посмотрела на огни на яхтах, мерцающие в полумраке, и вспомнила, как проводила время на яхте с Портером.
Она взглянула на планшет для рисования, желая успокоиться и отвлечься за рисованием. Она хотела сделать мелками эскиз портрета идеальной семьи. Оттолкнувшись от земли левой ногой, она стала раскачиваться в гамаке. Идея придет к ней, если она будет обдумывать ее довольно долго. В этом Алэйна не сомневалась.
Она сдвинула брови, размышляя о способах начать разговор с Портером. Чтобы заставить его понять, что она узнала о себе после автокатастрофы. О том, каковы ее чувства к нему.
Жаль, что ей не выразить свои чувства словами также легко, как касанием бумаги мелками во время рисования. Она хотела изобразить, как они втроем отдыхают на яхте в тропиках, вместо елки у них наряжена пальма, а малыш Томас играет с новой игрушечной лодкой. Она верила, что у них будет хорошая семья. Благодаря вере, они построят будущее независимо от того, сколько она вспомнит о прошлом.
Услышав чьи-то шаги, она присмотрелась и увидела Портера, который нес в руках коробку, завернутую в золотистую блестящую бумагу.
Наклонив голову набок, она покосилась на Портера:
– Что у тебя там? Ты уже сделал мне подарок. – Она подняла руку, показывая кольцо с бриллиантами, подаренное ей Портером по случаю усыновления Томаса. Кольцо ручной работы было украшено филигранью.
– У меня для тебя есть кое-что еще. Ты не возражаешь, если я присяду рядом с тобой?
Она спустила ноги с гамака:
– Пожалуйста.
Портер расположился рядом с ней, коснувшись ее сильным плечом. Она тут же почувствовала сильное физическое влечение, какое всегда вспыхивало между ними, как только они оказывались рядом друг с другом.
Она знала об этом потому, что вспомнила.
Не говоря ни слова, он протянул ей большую коробку в золотистой упаковке. Открыв ее, она обнаружила несколько проектов домов.
– Я подумал, что ты захочешь выбрать новый дом самостоятельно, чтобы я не строил предположений о твоих пристрастиях. Я хотел бы, чтобы мы жили в этом доме вместе, но выбор за тобой.
Алэйна лишилась дара речи. Его подарок тронул ее до глубины души. Она оторвала взгляд от рисунков и набросков и посмотрела в глаза Портера. Она по-прежнему хранила молчание.
– Алэйна, я прошу прощения за то, что не был откровенен с тобой с самого начала, – сказал он.
– Это я должна перед тобой извиниться. – Она глубоко вздохнула.
– Я не уверен, что понимаю, о чем ты говоришь, – ответил он.
Набравшись смелости для разговора, в котором нуждались оба, Алэйна сказала себе, что честность и свободное общение – их единственная надежда в данный момент. Они должны вместе постараться все уладить.
– По-моему, я потеряла память до аварии, – призналась она, хотя хотела обратиться к специалисту, чтобы обсудить свое предположение. – Я думаю, это связано со страхом стать матерью после того, что произошло между мной и Дугласом.
– Я не позволю ему приблизиться к тебе снова, – тут же сказал Портер, однако ее опасения были гораздо более запутанными, чем ей казалось. Она не боялась, что Дуглас снова ее разыщет. Она страшилась того, в кого превратилась после его нападения.
– Я понимаю, что он вернулся в тюрьму. Я должна была давным-давно сказать тебе о том, что произошло, но я этого не сделала. Я не имею права осуждать тебя за то, что ты скрывал от меня правду. Думаю, я слишком долго убеждала себя, что буду в порядке, поэтому боялась показаться тебе слабой. – Может быть, она надеялась, что, если забудет об этом и исключит прошлые события из их отношений, ей покажется, будто ничего негативного в ее жизни прежде не случалось.
