медведей.
— Спасибо. — Напряжение в моих руках исчезло, и я расслабила руки.
— Не за что, — сказал он. — Ты сможешь выйти на улицу и понаблюдать, пока я отстреляю пару патронов?
Мне не особенно этого хотелось, но поскольку он вошел в мое положение, я могла бы войти в его.
— Хорошо.
В течение следующего часа Бо терпеливо показывал мне, как обращаться с пистолетом. Он научил меня заряжать его, объяснил где находится предохранитель и как нажимать на спусковой крючок, чтобы выстрелить. Хотя мои руки никогда не прикасались к черному металлу, к тому времени, когда мы возвращались на аванпост ужинать, я чувствовала себя с оружием более комфортно.
И весь остаток ночи я не могла отделаться от ощущения, что однажды буду благодарна ему за этот урок.
Глава 8
Бо
— Мам, мне жаль. Я не смогу прийти на твою вечеринку в этом году. — Я пять раз говорил ей одно и то же по телефону, но сегодня утром она заглянула ко мне в офис, чтобы спросить еще раз.
— Пожалуйста? — Она бросила на меня печальный и умоляющий взгляд, от которого у меня защемило сердце.
Блять. Она делала все возможное. Для меня было почти невозможно сказать «нет» большим, как у лани, глазам Мариссы Холт. Мама использовала этот трюк столько, сколько я себя помню, и почти всегда добивалась своего.
Я видел это перед каждым семейным сборищем, когда она заставляла меня готовить барбекю на пятьдесят персон. Однажды этот взгляд убедил меня стать волонтером в «Dunk tank»10 на ежегодном сборе средств в ее церкви. Хуже всего было, когда она заманила меня на ужин с Энни Стивенс — первое свидание из ада.
Но на этот раз я не собирался сдаваться.
— Нет.
В кои-то веки мои планы на праздники были именно теми, чем я действительно хотел заняться. Не то чтобы я был против ежегодной маминой вечеринки по случаю Четвертого июля, но это было больше для нее, чем для меня. В этом году я собирался повести себя эгоистично на праздники. Я брал дополнительный день и собирался провести его на аванпосте.
— Там будет Энни Стивенс.
Теперь у меня была еще одна причина держаться подальше от вечеринки.
— Мам, я тебе сто раз говорил. Энни Стивенс — очень милая девушка, но она не в моем вкусе.
— Потому что она слишком хорошенькая? Слишком милая?
Слишком одержимая? На наше единственное свидание она принесла с собой папку, полную газетных вырезок, в которых упоминалось мое имя. Я думаю, маме она понравилась именно потому что у нее была эта папка. Хотя мне нравилось, что моя мама так гордилась мной, увлечение Энни граничило с преследованием.
— Мне жаль. Я знаю, что эта вечеринка много значит для тебя, но я не могу прийти на нее. — Я потянулся и притянул ее к себе, чтобы обнять. — Кроме того, ты даже не будешь скучать по мне. — В прошлом году я ушел через час, а она даже не заметила.
— Хорошо, — вздохнула она. — Я скучаю по тем дням, когда вы, дети, все приходили на мои вечеринки. Майкл не сможет прийти потому что устраивает шоу фейерверков. У Мейзи есть планы с друзьями. А теперь ты все эти дни проводишь в походах. Может быть, мне стоит сменить вечернее барбекю на обеденную вечеринку?
— Хорошая идея, но я все равно не смогу прийти. Как насчет того, чтобы, когда я вернусь с гор, пригласить тебя на особенный ланч в кафе, чтобы загладить свою вину? Только ты и я.
Она обняла меня крепче.
— Я закажу пирог. С мороженым. — Я улыбнулся и отпустил ее.
— Договорились.
— Хорошо. — Она взяла свою сумочку с моего стола. — Я позволю тебе вернуться к работе. Приятных тебе выходных.
— Тебе тоже. — Я помахал ей, когда она выходила из моего кабинета и направлялась к стойке регистрации. Она, вероятно, проведет следующий час, сплетничая с Роуз, моим офис-менеджером.
Я провел рукой по бороде и вернулся к своему столу. Я собирался провести следующие три часа полностью сосредоточенным, разбираясь с кипой бумаг на своем столе, очищая свой почтовый ящик, чтобы вовремя уехать из города. Я наконец-то наверстал упущенное за все время, проведенное вне работы, но это было нелегко. Теперь, когда все вернулось в нормальное русло, я мог действительно расслабиться во время своих долгих выходных на аванпосте.
Своих долгих выходных с Сабриной.
Это был бы мой первый приезд на ночь за месяц. Я оставался тверд в своем решении соблюдать границы с Сабриной, но чувствовал, что моя решимость ускользает. В последний раз, когда я оставался там — в ту ночь, когда я отправился на аванпост, чтобы предупредить ее об Иване, — я спал на полу один. На этот раз я не знал, смогу ли сделать то же самое.
Сабрина МакКензи полностью завладела мной.
Каждый раз, когда я уезжал от нее, я боролся с желанием повернуть назад.
Я хотел ее. Каждый кусочек.
Может быть, Мейзи была права, и Сабрине все-таки удастся найти способ, чтобы ей здесь понравилось. Я собирался начать делать все, что в моих силах, чтобы заставить ее влюбиться в Монтану.
И если она это сделает? Я буду одним из счастливчиков.
Если она этого не сделает? Что ж, мне все равно повезет. Я начинал понимать, что даже если Сабрина была со мной всего лишь короткое время, это все равно было лучше, чем ничего.
Сабрина
— Вот. — Бо бросил мне пластиковый пакет.
Прошел месяц с тех пор, как Иван Фёдоров покинул Прескотт, не имея ни малейшего представления о моем местонахождении. После того визита Бо вернулся к своим однодневным поездкам, чтобы проведать меня и доставить припасы. Но эти выходные он проводил со мной, и, судя по игривому блеску в его глазах, у него были планы.
— Что это? — спросила я.
— Купальник. — Он усмехнулся, заметив мой косой взгляд. — Не волнуйся, не я его выбирал. Фелисити купила его.
— Мы пойдем купаться? Где? — Единственной водой поблизости был небольшой ручей, протекавший по дальнему краю луга.
— Мы собираемся в поход. — Он бросил мне еще один мешок. В нем была коробка с обувью.
— Я в замешательстве. Зачем мне купальник для похода?
— У меня есть классное местечко, которое я хочу тебе показать. Просто доверься мне. Переодевайся, и мы отправимся в путь.
— Хорошо. — Я пошла в ванную и надела простое черное бикини из двух частей, присланное Фелисити. К счастью, это были не узкие
