мнением в чужую культуру.
— Не, у нас нет, — покачал головой Джордж, дожёвывая пирожок. — Па и ма не говорят, почему, правда.
— Хм… — Гарри задумался. — У семей магов плохо с детьми, зато у них есть домовики. У Уизли нет домовиков…
— Зато нас много, — закончил ухвативший мысль Фред. — Ты думаешь?
Гарри смутился — он случайно озвучил свои мысли.
— Вряд ли, это так, спонтанная теория, — ответил Поттер. — Скорее всего, просто совпадение.
В конце концов, это у дяди случайное тыканье пальцем в небо часто попадало в цель, сам Гарри в подобном замечен никогда не был.
— Да нет, действительно интересно, — подбодрил его Джордж. — Мы тоже думали достать домовика, как старше станем. Надо покопаться в этом вопросе. Поможешь, как инфу соберём?
— Обращайтесь, — пожал плечами Гарри. Почему бы и нет, в самом деле?
Что касается двух последних преподавателей…
Защиту от тёмных искусств вёл Квиринус Квирелл, и у Гарри были определённые надежды на этот предмет. По описаниям декана Равенкло, бывший проффесор магловедения был тихим ответственным человеком, знатоком своего предмета, который умел прекрасно донести материал и был готов помочь своим ученикам.
Увы, всё это осталось в прошлом, до недавно закончившегося годового путешествия. Заикающийся, вечно испуганный, излишне дёрганный, да ещё и провонявший чесноком — вот и всё, что можно было сказать о нынешнем Квиррелле. Затюканный, боящийся вроде как какого-то то ли вампира, то ли зомби, как говорят слухи, он был хуже Бинса — тот хотя бы не отвлекал своей лекцией от изучения истории магии. Что тут скажешь…
Мужик переигрывал, просто безбожно. Эмили бы дала ему два из десяти, один бал за попытки, второй просто из жалости.
Квиррелл слишком старался изобразить бедненького, несчастненького профессора. Гарри решил, что если в школе что-то будет происходить, он точно сможет указать виновного. Почти классический детектив получается, даже есть абсолютно подозрительный человек, на которого сразу же падёт вина, и которого придётся спасать от несправедливого обвинения.
Не то чтобы ему хотелось спасать кого-то типа Северуса Снейпа. Особенно самого Северуса Снейпа.
Они с дядей обсуждали зельевара, благо тётя Пэт хорошо помнила этого типа ещё с детства. И считала, что именно из-за него Лили начала сильно отдаляться от обычного мира, пока в конце концов вообще не ушла в магический полностью, выйдя за Поттера. По её рассказам Снейп был крайне неприятной личностью.
Профессор Флитвик с Рубеусом, увы, только подтвердили эти опасения. Декан Равенкло, конечно, не писал об этом прямо, но дядя умел прекрасно читать между строк. Хранителей Ключей и вовсе почти не скрывал своё отношение к зельевару. Фред с Джорджем, через которых Гарри уже начал привыкать добывать информацию, только укрепили его выводы.
При личном знакомстве Снейп тоже не торопился их разрушать:
— … если вы, конечно же, отличаетесь от того стада твердолобых тупиц, которых мне обычно приходится обучать, — закончил зельевар свою речь.
Да, Гарри не ошибся. Снова мисс Уитсон. В мужском исполнении, с сальными волосами и чёрной мантии.
— Поттер! Что я получу, если добавлю измельчённый корень златоцветника в настойку полыни?
Бумажный лист, вырванный из обычной тетради. Первыми словами было: "Папа, прости"
— Зелье, сэр, — с каменным лицом ответил Гарри.
— Шутите? — скривился Снейп. — Считаете это смешным? Или считает, что раз вы известны, то сразу умеете прекрасно шутить? Попробуем ещё раз. Поттер, где бы вы стали искать, если бы я попросил вас принести мне безоар?
Туфли уже стояли рядом. Зачем она их сняла?
— В аптеке, сэр, — унимая разгорающуюся волну гнева, ответил Гарри.
— Ха-ха, — саркастично ответил Снейп. — Вижу, что вы даже не открывали книгу перед уроками? Считаете, достаточно вашей славы? Возможно, вы знаете хотя бы, в чём разница между "клобуком монаха" и "волчьей отравой"?
Изменившееся, почерневшее лицо мистера Лерада, когда он не увидел ключа от крыши на месте. Странное беспокойство, передававшееся от первого друга. Бешеный бег, когда они не сговариваясь помчались наверх. Телепортация прямо к двери на крышу, стоило старику чуть отстать.
— Они отличаются названием, сэр, — Гарри сдерживался. Ещё не время, ещё чуть-чуть.
— Вы такой же, как ваш отец, Поттер. Минус…
— Вообще-то, это вы такой же, — перебил его Гарри. Больше держаться было нет сил. Да и не нужно.
— Что? — сбился Снейп.
— Признаю, он был малолетним оболтусом из богатой родовитой семьи, который с пренебрежением относился к окружающим, особенно к тем, кого считал ниже себя. Типа вас, полукровки, или обычных людей. Но разве вы чем-то отличались? — голос Гарри сочился ядом. Они с дядей много чего раскопали о профессоре, и эта речь не была экспромтом. — Разве вы не считали простых людей без магии чем-то вроде грязи, а? По крайне мере, мой отец никого не убивал, а скольких убили вы, чтобы получить модную татушку на предпреплечье? Так же принято в этом вашем клубе с приятелями, а? Как там их звали, Мальсибер и Эйвери?
Некоторые из детей побледнели, Невилл, например. Слухи про Снейпа, конечно ходили, те же Уизли ими поделились, но никто не бросал их в лицо зельевару. Сам мужчина начал краснеть от ярости.
Гермиона, добрая душа — или просто находящаяся в шоке от такого обращения с взрослым преподавателем, то есть авторитетом, — подёргала Гарри за рукав, пытаясь его остановить. Но было поздно, его уже несло дальше.
— И до сих пор вы презираете всех, кого вам досталось обучать. Вы их презираете, считаете, как там, "стадом твердолобых тупиц"? Кто вас вообще допустил до обучения? Если вы дебил, который не может заинтересовать своим предметом, кто в этом виноват? — Гарри чувствовал, как горячая волна окончательно затопило его голову, и уже никак не сдерживал язык. — И насколько вы можете быть мелочным, чтобы так презирать Слизерин? Вы мстите им, потому что их отцы не остановили Волдеморта от убийства вашей любимой женщины?
То, что Снейп был зациклен на маме, как какой-то маньяк, установить было совсем просто. Особенно для мистера Джестера.
— Что? — Снейп, уже почти дошедший до точки от предыдущих обвинений, сбился с мысли. Слизеринцы и гриффиндорцы в изумлении уставились на Гарри от такого обвинения. Все знали, что зельевар как декан относился к своему факультету очень хорошо.
Гарри смотрел немного дальше. Конечно, это была чистая теория, основанная по большей части на рассказах всё тех рыжих близнецов, но она была очень привлекательной, и её очень хотелось бросить в лицо Снейпу. Просто чтобы посмотреть на его реакцию.
Ну и заронить небольшое зерно сомнений в слизеринцев заодно, да.
— Что? Вы каждый урок снимаете пару баллов со всех факультетов, и накидывает столько же
