увидеть нож и не должен бояться? Ведь только тогда страх не отравит плоть и все получат удовольствие. Я многому могу научить тебя.
Тан Цзэмин внимательно следил за его движениями, прищурив свои сверкавшие в темноте глаза.
~~~
– Постой, малец, – Гу Юшэн остановил мальчика, собиравшегося последовать из кузницы за Лю Синем.
Тан Цзэмин обернулся и посмотрел на него только после того, как проводил взглядом спину юноши, что уже завернул за угол.
– Помоги-ка мне кое с чем. – Гу Юшэн показал рукой в сторону груды железа, сваленного в кучу.
Тан Цзэмин опустил глаза, в которых мелькнуло неудовольствие. Кинув последний взгляд туда, где недавно скрылся Лю Синь, он подошел к груде металла в углу.
Гу Юшэн наблюдал за тем, как мальчишка играючи расправляется с тяжелыми обломками, и задумчиво курил свою трубку, сидя на лавке у стены. В его темном взгляде клубились застарелая боль и толика потрясения.
Когда вся куча была переброшена к кузнечной печи, Тан Цзэмин отряхнул руки и повернулся.
– Вам нужна помощь с чем-нибудь еще?
Гу Юшэн встал, все так же смотря внимательным взглядом на мальчика, который даже не вспотел, поднимая тяжелые сплавы, с которыми даже он сам едва ли справлялся.
– Иди за мной. – Гу Юшэн развернулся и направился на задний огороженный двор.
Всем в городке было хорошо известно, что этот кузнец никогда никого не пускает внутрь своего дома. Некоторых он даже побил за попытку пробраться на огороженный высокими стенами двор. Заинтересовавшись и пообещав себе, что взглянет лишь глазком, а после догонит Лю Синя, Тан Цзэмин пошел следом за Гу Юшэном.
На небольшой площадке было много старого хлама и железных покореженных кусков, глядя на которые было трудно предположить с первого взгляда, чем именно они раньше являлись.
– Знаешь, что это? – Гу Юшэн взял лежащий на столе клинок.
Тан Цзэмин напрягся и отступил на шаг.
– Не бойся, просто ответь.
– Меч? – неуверенно подал голос Тан Цзэмин, с опаской смотря на сталь.
– Это средний клинок. Лезвие представляет собой протяженную металлическую боевую часть. – Гу Юшэн провел ладонью по холодному металлу с плоской стороны. – У каждого оружия есть отличительные особенности, от которых зависит характер наносимых повреждений. В зависимости от формы клинка, его отлива и материала, а также характера острия, лезвий и рукояти клинковое оружие может быть рубящим, колющим, колюще-режущим и рубяще-режущим.
Гу Юшэн подошел ближе, держа клинок перед собой одной рукой параллельно земле.
Тан Цзэмин потянул руку, дотронулся до лезвия и тут же одернул ее, чуть порезавшись пальцем.
– Осторожнее, он очень острый. Это необычный клинок из не совсем простого металла. Если хочешь, я могу обучить тебя, как сражаться им. – Гу Юшэн внимательно следил за реакцией мальчика.
– Зачем? – спросил Тан Цзэмин, не отводя взгляда от лезвия.
– Чтобы в будущем ты смог защитить тех, кто тебе дорог.
Гу Юшэн занес руку с клинком и со свистом легко рассек обломок толстого металла. Лезвие вошло мягко, точно нож в кусок топленого масла.
Посмотрев в сторону, куда ранее ушел Лю Синь, Тан Цзэмин уверенно кивнул.
Гу Юшэн довольно блеснул глазами и ухмыльнулся уголком рта.
Следующие дни были наполнены тренировками на заднем дворе и работой в кузнице. Совмещая времяпровождение так, чтобы их занятия не бросались в глаза Лю Синю, Гу Юшэн обучал Тан Цзэмина базовым техникам и контролю духовной энергии, которая хаотично носилась по юному телу. Правда, в Гу Юшэне больше не было магических сил, что затрудняло поиск правильного пути. Раньше он мог направить ци в нужное русло и успокоить ее в чужих меридианах в один миг, но теперь не мог ощущать даже ее потока – лишь видел, как сила мальчишки колеблется, иногда отступая, а иногда прибывая, проявляясь в его действиях на тренировках. Хаотичные потоки были самой опасной вещью после искажения ци. Отступающие и прибывающие, словно приливы бушующего океана, они грозили оставить без сил тогда, когда были необходимы, и появиться, когда становились опасны. Для каждого заклинателя жизненно важно контролировать свою ци, подчинив ее себе.
– Прежде чем войти в стадию очищения, тебе нужно успокоить свою духовную энергию, – сидя напротив Тан Цзэмина на земле со скрещенными ногами, серьезно говорил Гу Юшэн.
Тан Цзэмин, прикрыв глаза, глубоко дышал и хмурился, пытаясь понять смысл его слов.
– Успокой свой разум. Почувствуй, как ци струится по твоим венам, проходит через все тело, делая полный круг и замирая всего на мгновение, вот здесь, – Гу Юшэн положил раскрытую ладонь на грудь Тан Цзэмина, внимательно смотря на него. – Чувствуешь, как она останавливается и несется дальше? Останови ее, управляй ей. Позволь ей сформироваться в форму шара, чтобы в будущем наполнить его, а не бежать мимо. Ты почувствуешь это.
Тан Цзэмин выдохнул весь воздух из груди, прислушиваясь к ощущениям. Теплая, словно подогретая его кровью вода, ци струилась и перекручивалась во всем теле, бурными потоками пронзая все нутро, иногда обжигая, когда он пытался приручить ее, словно хищного зверя.
– Представь русло реки, по которому ты направляешь воду. Ограничь ее передвижение.
Возведя ментальные стены, сотканные словно из того же плетения, которому его обучил Лю Синь, и позволяя силе течь тонкими, ровными потоками, Тан Цзэмин успокоил хаотичные воды. Приведя в покой теплую ци, он позволил ей мягко и спокойно струиться по меридианам, контролируя и направляя ее.
– А когда я научусь сражаться настоящим оружием? – спросил Тан Цзэмин, в очередной раз поднимаясь с земли после падения и обеими руками сжимая тренировочный меч, который для него выковал Гу Юшэн.
– Еще рано, ты не готов, – сухо ответил генерал, легко отбивая атаку одной рукой.
Нападая на него раз за разом, Тан Цзэмин неизбежно оказывался на земле, промахиваясь и спотыкаясь.
– Смотри и подстраивайся под действия противника. Учись думать и видеть его насквозь, предвидя каждый шаг. Следи за ногами и не замахивайся мечом, если не уверен в ударе. Безрассудством ты только раскроешь свои слабые места, – отбиваясь от атак, наставлял его Гу Юшэн. – Не позволяй врагу предугадать твои действия. – Сделав подсечку и повалив Тан Цзэмина на землю, он одернул полы своего темного халата и хмуро посмотрел на него.
– Не могу больше… – Тан Цзэмин оперся на меч, стоя на одном колене. – Я устаю, если не использую духовную силу.
– В первую очередь ты должен научиться сражаться без нее, – сказал Гу Юшэн.
– Зачем, если она у меня есть и ее можно контролировать? – непонимающе посмотрел на него Тан Цзэмин.
– Потому что все может измениться. – На дне глаз Гу Юшэна мелькнула застарелая боль. – И потому что, не рассчитав свою силу, ты можешь кому-то смертельно навредить, сам того не желая.
Подорвавшись с земли, Тан Цзэмин наступал снова и снова, занося меч и иногда уворачиваясь от ответных атак. Тяжело дыша, он выбивался из сил, но продолжал делать шаг за шагом под наставления генерала.
– Дыши полной грудью. Не совершай необдуманных действий.
Рухнув на землю, в следующий миг Тан Цзэмин одним движением выгнулся в спине и вновь оказался на ногах. Он уже занес меч, как вдруг услышал со стороны входа в кузницу тихую, осторожную поступь, которой мог ходить лишь один человек.
– Продолжим позже, – сказал Гу Юшэн, убирая тренировочные мечи.
Тан Цзэмин кивнул, слыша мягкий голос, зовущий его:
– Цзэмин…
~~~
– Цзэмин! – крик, полный ужаса, раздался с первого этажа.
– Ну так как? Согласишься по-хорошему? Ты ведь послушный мальчик, верно? – Худая рука Го Сянъина потянула что-то из-за пазухи.
Лезвие, блеснувшее в полумраке, вошло обратно сильным и четким ударом ноги Тан Цзэмина, разрезав бок мужчины и распоров халат.
– Сучий выродок! – отступив на несколько шагов, Го Сянъин взревел, окровавленными руками хватаясь за кинжал и занося его над мальчишкой.
Тан Цзэмин низко пригнулся к кровати и ринулся вперед подобно гибкой, натянутой лозе. В прыжке выбив лезвие, он кинулся на солдата и повалил его с ног. Собравшись вложить всю свою силу в удар, он вдруг замер, услышав испуганные крики Лю Синя с первого этажа. Тело бессознательно рванулось к источнику звука.
Схватив Тан Цзэмина, Го Сянъин перевернул его на спину, собираясь обрушить тяжелый
