Республики. Мои друзья могут помочь в обеспечении вашей рекламной компании. Вам нужно уже сейчас начать участвовать в политической жизни страны.
— Да, но по закону социал-демократ Фридрих Эберт освободит свой пост для выборов только через семь лет! Тем более, что по моим сведениям в военных кругах зреет заговор и власть будет в руках военных!
Курт покачал головой — Я думаю, что ничего у армии не выйдет! И вам нужно готовиться к выдвижению на пост президента именно сейчас.
— Ну что же! Предлагаю продолжить этот разговор у меня. Вы не против покинуть это гнездо разврата?
Курт пожал плечами — Нет. У входа возьмем извозчика!
Как только троица, среди которых помимо нашей одной цели была и вторая, появились на выходе, мы с ножами в рукавах шагнули им навстречу. Быков в теле Павла пустил слезу и протянул вперед руку — Добрые господа! Подайте сиротам на пропитание!
Мы с Аркашей шагнули вперед, он пару раз ударил Шлейхера в живот, а я успел со скоростью швейной машинки снизу вверх пару раз ударить в низ живота Гинденбурга и третьим ударом в бедро его сына я попал в его бедренную артерию, после чего Оскар тут же побледнел от резкой потери крови. Из кабаре показались еще посетители и мы, успев выдернуть из внутренних карманов верхней одежды убитых их портмоне, со всех ног вскочили в коляску извозчика.
Аркаша приставил к его шее нож — Гони! — в ужасе тот ударил лошадь кнутом и та рванула с места.
Всю эту неделю, которую мы с Голиковым потратили на устранение дополнительных целей, остальные вели наблюдение за Красновым. У того видно водились немалые деньжата, если он постоянно зависал в одном из кабаре. Нам осталось устранить фон Папена и можно было включиться в общую работу по бывшему атаману.
Франц фон Папен родился в семье крупного землевладельца, происходившего из древнего немецкого рыцарского рода. До Первой мировой войны служил офицером Генштаба. В 1905 году женился на Марте фон Бох-Гальхау, одной из самых богатых невест в Германской империи, дочери владельца компании Villeroy Boch. Приданое Марты превратило Франца фон Папена в состоятельного человека. Чтобы заслужить уважение тестя, признававшего только офицеров генерального штаба, Папен поступил учиться в Прусскую военную академию, чтобы затем продолжить военную карьеру в генеральном штабе.
В 1913—1915 годах — военный атташе в США, откуда был выслан за шпионаж и подрывную деятельность. Затем служил на Западном фронте. В 1916 году выступал посредником между немецким правительством и ирландскими повстанцами-республиканцами в поставках оружия, которое было использовано ими против британской армии. С 1917 года служил офицером Генштаба на Ближнем Востоке и в звании майора в турецкой армии в Палестине. В 1918 году вернулся в Германию. Весной 1919 уволился из армии в чине подполковника. После Первой мировой войны семья фон Папен проживала в арендованном поместье в вестфальском Мерфельде. Мерфельд — это окрестность города Дюльмен в округе Косфельд в федеральной земле Северный Рейн-Вестфалия.
Пришлось Привлечь Федора и Марту для поездки почти на пятьсот километров. Ну и конечно же с собой взяли и Серого, который был только рад — ему порядком надоела слежка за Красновым. Да и наше отсутствие в столице Германии было нам на пользу — После последнего нашего дерзкого убийства вся полиция города стояла на ушах и разыскивала преступников среди беспризорников, хотя свидетели описывали добротную одежду у напавших малолетних убийц, ограбивших своих жертв.
Глава 14
Достигнув Дюльмена, мы навестили магазин модной одежды вскоре из него вышла семейная чета с детьми, чьи наряды позволяли соответствовать баронской фамилии Штирлиц. Добротные пальто на Науме и детях, меховое манто на Марте и кожаная куртка с кожаным шлемом с авиаторскими очками на Федоре, который по легенде был нашим шофером. Осталось только достать автомобиль. Шикарный черный семиместный Packard Twin Six с мощным шестицилиндровым двигателем стоял у аптеки. Мы заняли места в авто и стали ждать.
Из аптеки вышел водила этого авто и, открыв рот, хлопал зенками, не понимая с какого перепугу мы находимся в авто, чьим водителем он являлся. Федор, поманил его к себе, стоя у водительской дверцы. Как завороженный водила подошел, забыв закрыть рот. Ударом в солнышко Федор вырубил немца и зашвырнул его внутрь авто. Все это заняло буквально три-четыре секунды и не привлекло чужого внимания, немец валялся в моих ногах и я ударом каблука рабил водителю захваченной машины кадык.
Выехав из города, мы спрятали труп в придорожных кустах и, сверившись с автомобильным атласом, купленным в Дюльмене, отправились в нужному поместью. Подъехав к воротам, Федор посигналил. Ворота с поклоном открыл привратник. Мы с важным видом миновали небольшой парк и подъехали к главному входу.
Навстречу нам выскочил кто-то типа дворецкого в ливрее — Как о вас доложить?
— Барон Макс Отт фон Штирлиц с семьей!
Федор не стал глушить мотор, ожидая нашего выхода.
Баронесса, которой доложили о нашем прибытии, наморщила свой лобик, пытаясь припомнить знакомых с такой фамилией — Фон Штирлиц, Макс Отто фон Штирлиц! Что-то не могу припомнить, возможно ко мне пожаловали мои дальние родственники! Пригласите супруга, он опять играет в свой бильярд! Да, и накройте обед в столовой! Наверняка наши гости проголодались в дороге!
Мы вошли в огромную гостинную комнату с камином. Навстречу нав выплыла хозяйка дома — Добрый день! Я баронесса Марта фон Бох-Галхау фон Папен. Извините за мой вид, но мы не ждали сегодня гостей.
Наум улыбнулся и приподнял цилиндр — Макс Отто фон Штирлиц, моя супруга Марта и наши дети Отто, Вальтер и Серж.
— Какие милые малыши! Вы из каких Штирлицев? Честно говоря я не знаю такой дворянской фамилии. А уж вы можете мне поверить, я знаю все родословные нашей маленькой страны.
Спустился ее муж и баронесса повернулась к нему — Франц! Позволь тебе представить семью фон Штирлиц. А это мой муж Франц Йозеф Герман Михаэль Мария фон Папен! Франц может ты слышал о Штирлицах?
Фон Папен мрачно покачал головой — Нет, дорогая, я тоже никогда не слышал о таких баронах.
Наум развел руками — Мой предок покинул Фатерлянд и отправился предложить свою шпагу русскому царю Петру. После его смерти императрица Екатерина Первая в одна тысяча семьсот двадцать шестом году даровала моему пра-прадеду баронский титул.
Баронесса разочарованно протянула — Вот оно что! Значит вы дворянин в пятом поколении! — баронесса хотела уже задать
