И на мой последний сопротивленческий вопрос: «Нет, а как же я его довезу?» – Марина отвечает: «А я тебя сейчас отвезу». Опа! Поздний вечер февраля, снег, ехать достаточно далеко. Но Марина девушка энергичная и волевая, не дала мне опомниться и давай быстро собираться. На мою уж совсем безвольную глупость: «А ты водить умеешь?» – она только залихватски хмыкнула.
Ну, и поехали мы! Мне кажется, потом выяснилось, что выехала она на большую дорогу в первый раз. Но это ее ничуть не смущало. Я уже и про котенка забыла, а только гадала: доедем мы живыми или нет. Гудели нам все кому не лень, а не лень было всем водителям, по несчастью оказавшимся в тот вечер на маршруте смелой водительницы. Хотя и маршрута как такового не было, Марина достаточно плохо представляла, как меня с котенком доставить в нужное место, поэтому мы куда-то сворачивали, оказывалось, что не туда, пытались выбраться, нарушая все правила, на нас ругались возмущенные автовладельцы всякими словами (всякими, всякими и всякими!), а потом мы каким-то образом очутились во дворе неизвестного дома, дом этот оказался больницей, и мы заперли накрепко подъезд машинам «скорой помощи». Ни туда, ни сюда. Даже Марина устала и сдалась на милость судьбы. Сидела и не делала никаких телодвижений и молчала. А все гудели и ругались. А котенок спал. А я проклинала все на свете, но не вслух. Потом с десяток обездвиженных водителей поняли, что руганью тут ничего не сделаешь, и один, самый разумный, просто сменил Марину за рулем, вывез новые «Жигули» из засады и четко объяснил, как нам ехать дальше, строго по пунктам, как нынешние навигаторы, и голос у него был такой же. Как с психбольными разговаривал. Довезла она нас с котенком все-таки до подъезда моего дома и как-то быстро укатила, хотя я ее уговаривала остаться.
Вот так я оказалась владелицей сиамского кота по имени Сережа. Были всякие веские основания назвать кота именно так, это из наших тогдашних шуток, другим людям непонятных. И стали мы с Серегой привыкать друг к другу. А точнее, воевать. От той ласковости и доверия ко мне, которые он так подло продемонстрировал во время очной ставки в доме Марины, не осталось и следа. Лоток он игнорировал и избрал своим туалетом мою постель, на которой же сам и спал, наплевав на мои усилия сделать ему уютное гнездышко. Потом он постоянно вопил, не жалобно мяукал, тоскуя по матери-кошке, а вот именно басом требовал какой-то справедливости, мне неведомой.
Я из прочитанных в детстве книжек помнила, что только ласка и любовь могут приручить дикого зверя, и старалась как могла. Но когда тебе всю ночь не дают спать истошным воем, ты полночи проявляешь ласку и любовь и вообще доброжелательность, а тебе за это гадят в свежезастеленную постель (учтите, стиральных машин тогда не было, да и вообще мало радости в три часа ночи менять постельное белье), любовь к животным и конкретно к этому гаденышу минимизируется. А когда ты, уже издерганная всей этой ночной тягомотиной, суешь ногу в тапок, а он мокрый, то любовь эта вообще исчезает, и ты начинаешь гонять с этим мокрым тапком за маленькой сволочью, он прячется от тебя в малодоступных местах, ты, уже ничего не соображая, все пытаешься достать его из-под низкого дивана, чтобы врезать ему этим самым тапком. И тут раздается такой зловещий звук! Как может такой маленький котенок издавать такое просто тигриное по силе звука и беспощадной агрессии шипение?.. Ей-богу! Необъяснимая загадка природы!
Я поняла, что в моем доме завелся враг. И начали мы жестокий поединок: кто кого? Силы были примерно равны.
Где те радость и умиротворение, которые должны приносить своим хозяевам их пушистые питомцы? Где-где… Во всяком случае, не в моей маленькой квартире на первом этаже.
Соседи, правда, не сетовали. Район, в котором я тогда жила, не считался благополучным, так что соседям моим не привыкать было к ночным крикам и воплям. А с утра на репетицию или съемку… А лицо… Я и так мучилась с моим трудным для кино лицом.
…В общем, где-то недели через две я сказала Марине: «Похоже, верну я тебе котенка…» – «Не прижились? – грустно поинтересовалась подруга. – Бывает».
И все мне не было времени отдать вражину обратно, закрутилась я как-то. Крутилась, крутилась и не заметила, как ненависть переросла в любовь. Когда был сделан тот самый пресловутый шаг, отделяющий одно чувство от другого, я не поняла. Только началась у меня совсем другая жизнь…
Продолжение следует.
2. Любовь на мягких лапах
Не буду я особенные подробности про своего первого четвероногого друга описывать. Зачем? Кто пережил эту какую-то в прямом смысле нечеловеческую любовь (кошачью, собачью и т.д.), тот в курсе. Ее не описать. Такая любовь изумляет.
Маленький котенок Серега очень быстро вырос в невероятного красавца-кота, но вел себя практически как пес. Например, он всегда встречал меня у порога, сидел такой экзотичной статуэткой и при моем появлении издавал характерные для него звуки, нечто вроде «вау-вау» (это совсем не было похоже на мяуканье, у него свой язык был). Интонации могли быть самые разнообразные: то он меня хвалил, молодец, мол, вовремя пришла, привет. То сетовал, что я задержалась, то отчитывал. Он безошибочно угадывал, когда я подъезжала к подъезду на машине. Это мама рассказывала, когда она иногда оставалась у меня. «Лежит, – говорила мама. – Спокойно, машины разные к подъезду подъезжают, он даже и ухом не шевельнет. А потом вдруг – раз, вскочил и побежал к двери. Я ему кричу, это не Таня, мол, ей еще рано, кто-то другой приехал, а он ноль внимания, садится у двери и ждет. И действительно, ключ в замке поворачивается и ты появляешься. Как он угадывает, что это именно ты на такси приехала?»
У него много таких загадок было. Он, например, мог часами сидеть не шевелясь, что-то обдумывал или оценивал мир, в который попал. Как там у Евтушенко? «Мой кот как радиоприемник зеленым глазом ловит мир…» Это про Серегу. Он один раз так чуть до кондрашки одного журналиста не довел.
Пришел молодой человек брать интервью у моего мужа, как положено, проводили в гостиную (у нас и было всего маленькая спальня, где только кровать и шкаф помещались, и гостиная-кабинет с диваном и журнальным и письменным столами), предложили чай-кофе, начали разговаривать. А кот сфинксом застыл на письменном столе. Журналист еще при входе заметил: «О! Красота какая!» Долго они с мужем беседовали и чаи распивали. Часа полтора. А потом Серега бесшумно спрыгнул и пошел по своим делам. Как парень закричит! Испугался. Он, значит, когда хвалил кота за красоту, думал, что это статуэтка такая необыкновенная на столе стоит, в конце встречи, все хотел поинтересоваться, из чего она сделана. Ведь кот за полтора часа не только не пошевельнулся, а даже и не моргнул. Впитывал в себя, значит, какую-то нужную информацию, а может, и передавал кому следует, уж не знаю. Парень-журналист долго приходил в себя и все бормотал: «Нет, я такого никогда не видел!» Это было его самое сильное впечатление от интервью. Но и мне иногда очень бывало не по себе: так Серега внимательно смотрел на меня, казалось, вот-вот заговорит. Но нет, молчал. Зачем слова, когда и так полное взаимопонимание?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
