мощью, от которой дрожал воздух. Бронзовая кожа, одежды из струящегося жидкого металла, корона с нитями жемчуга, скрывающими лицо.
Он сидел неподвижно, положив руки на подлокотники трона. Но я чувствовал его взгляд. Взгляд существа, которое считает себя равным богам, а людей — пылью под ногами.
Может настоящий император таковым и не был, но история рисовала его именно таким. Люди верили. А Искажение отражало их веру.
Вокруг трона валялись тела. Десятки терракотовых воинов, но не обычных, а элитной гвардии. Разбитые, расплавленные, разорванные на части.
Среди них лежало тело человека в современной одежде. Парень, который перенес Виктора и Лилию сюда. Его тело было неестественно выкручено, словно его выжали как тряпку. Они уничтожили гвардию императора.
Виктор и Лилия стояли у подножия ступеней.
Они были живы. Виктор тяжело дышал, его идеальный плащ был порван, на лице застыла смесь ярости и фанатичного безумия.
Лилия стояла на шаг позади, ее руки были вытянуты вперед, пальцы скрючены, словно она пыталась удержать невидимые нити. Из её носа текла кровь, капая на черный пол.
Я замер в тени колонны.
Они пытались сделать невозможное — подчинить Императора.
В памяти всплыли образы из прошлой жизни. «Магистраль». Гильдия, которая построила свою власть на рабстве.
Они не просто зачищали Искажения. Они порабощали боссов. Использовали их как живое оружие.
Я помнил день, когда они вывели на улицы подчиненную Гидру. Тварь сорвалась с поводка. Яд залил три квартала. Тысячи погибших. Дети, старики, рейдеры — все растворились в кислотном тумане.
Виктор тогда лишь пожал плечами и сказал, что это «допустимые потери при калибровке контроля». Их гильдия тогда имела настолько огромный вес, что власти закрыли на это глаза. Важнее, что они закрывали Искажения, от прорыва которых жертв было бы в десятки раз больше.
Именно Лилия держала поводок. А Виктор отдавал приказы.
Они не изменились. Они были такими всегда. И если я не остановлю их сейчас, здесь, в этом зале… История повторится. Только вместо Гидры у них будет Император бессмертной армии.
— ПОДЧИНИСЬ! — голос Виктора сорвался на визг.
Он вскинул руки. Фиолетовая энергия некромантии, усиленная Кольцом Костяного Короля, хлестнула в сторону трона.
Магическая удавка, призванная сковать волю, подавить, превратить великого правителя в послушную марионетку.
Лилия вторила ему. Серебряные нити её ментального контроля сплелись с некромантией Виктора, образуя сложный узор подавления. Она вкладывала в это всё: свою жизнь, свой рассудок. Стоило отдать должное, эти двое неплохо спелись.
Энергия ударила в Императора.
Я увидел, как воздух вокруг трона задрожал. Бронзовая кожа Цинь Шихуанди на мгновение потемнела. Казалось, заклинание работает.
— Служи мне! — заорал Виктор, делая шаг вверх по ступеням. Его глаза горели безумным триумфом. — Служи мне, и я дам тебе мир живых! Я дам тебе новые земли для завоеваний! Ты станешь моим первым генералом!
Он действительно верил, что сможет. Верил, что его А-ранговый талант и простенький реликт способны сломить волю того, кто объединил Поднебесную и бросил вызов небесам.
Глупец.
Император даже не шелохнулся. Только пальцы правой руки, лежащей на подлокотнике, медленно, с ужасающим скрежетом металла, сжались. А потом он поднял руку. Жест был простым. Ленивым. Как будто он отмахивался от назойливой мухи.
Око Бога Знаний перед моими глазами вспыхнуло тревожным красным цветом, разворачивая сообщение:
[Внимание! Фиксируется всплеск околобожественной энергии!]
[Активирован навык Мифического ранга: «Императорский Указ: Тишина»]
Мир лишился звуков.
Не просто стало тихо. Сама концепция звука была вырезана из реальности в пределах этого зала.
Крик Виктора оборвался, словно ему перерезали глотку. Он открывал рот, жилы на шее вздувались, но ни звука не вылетало наружу.
Магия некромантии, которая еще секунду назад бушевала штормом, вдруг опала. Фиолетовые цепи рассыпались в пыль. Серебряные нити Лилии лопнули беззвучно.
Магия не смела работать без разрешения Императора. В его присутствии законы реальности подчинялись только его воле. И это босс Искажения лишь B-ранга.
Виктор схватился за горло, его глаза вылезли из орбит. Он пытался кастовать, пытался призвать силу, но ничего не выходило. Он был пуст. Отрезан от своего источника.
Следом пришло Давление.
[ «Трепет перед Сыном Неба»]
[Эффект: Принудительное подавление воли. Паралич. Увеличение гравитации в 10 раз.]
Виктора и Лилию словно прессом ударило. Они рухнули на колени одновременно. Кости хрустнули от удара о камень. Они не могли встать. Не могли поднять головы. Невидимая рука вдавливала их в пол, заставляя склониться в позе абсолютного, унизительного подчинения.
Лоб Виктора ударился о ступень. Он пытался сопротивляться, его тело дрожало, но сила была несоизмерима. Он был ничтожеством перед лицом вечности.
Я почувствовал, как тяжесть легла и на мои плечи. Колени подогнулись. Воздух стал плотным. Желание упасть, закрыть голову руками и молить о пощаде накатило волной инстинктивного ужаса.
Это была аура существа, которое стояло на вершине пищевой цепи этого мира.
Но я не упал.
В моей руке завибрировала «Грань Равновесия». Меч, созданный из осколков величайшей святыни и проклятого инструмента, отозвался на мой вызов.
Белая жила на черном клинке вспыхнула. Аура «Доминанта» столкнулась с аурой Императора.
Две силы встретились. Мой меч не признавал чужой власти. Он был создан, чтобы нарушать правила, чтобы уравнивать шансы. Он «отменял» абсолютность давления.
Я выпрямился. Единственный во всем зале, кто остался на ногах.
Стены зала дрогнули. Камень поплыл, меняя форму. Квадратный зал начал трансформироваться. Углы сглаживались, стены раздвигались. Пространство перестраивалось в огромный правильный девятиугольник — священную форму древней китайской космогонии.
Свет стал ярче. Жемчужные нити на короне Императора качнулись.
Он медленно, с грацией ожившей горы, повернул голову в мою сторону.
Я не видел его глаз за завесой жемчуга, но чувствовал его взгляд. Тяжелый, древний, пронизывающий насквозь.
Император заговорил. И хотя навык «Тишина» все еще действовал, его голос прозвучал прямо в моем сознании. Громоподобный, заполняющий все мысли.
— Ты не пал на колени.
Это не было вопросом. Это была констатация факта, в которой слышалось легкое, едва уловимое удивление. Словно муравей отказался быть раздавленным.
Я перехватил меч поудобнее. Тяжесть давления все еще была колоссальной, но я держался.
— У меня они больные, Ваше Величество, — ответил я, и мой мысленный голос прозвучал на удивление спокойно, с той самой ноткой наглости, которая всегда бесила моих врагов. — Врачи запретили кланяться всяким ископаемым. Вредно для здоровья.
Тишина стала еще плотнее. Виктор, распластанный на ступенях, скосил глаза в мою сторону. В его взгляде читался ужас. Он понимал, как я могу стоять чувствуя такое давление.
Император медленно поднялся с трона. Его рост оказался куда больше человеческого. Бронзовые доспехи звякнули в абсолютной
