благосклонен к наложнице. Очевидно, как в такой ситуации поведут себя королева и верховный советник.
Хотя Хви до сих пор старался удалить от себя как можно больше сторонников Хан Гильджона, отворачиваться от него здесь и сейчас было неправильно. Следовало держаться золотой середины хотя бы внешне и использовать верховного советника и королеву настолько, насколько возможно. Однако выражение лица вдовствующей королевы ясно говорило Хви, что пришло время сделать выбор. Нельзя и дальше держать в руках власть, не принимая ничьей стороны.
Хви замешкался с ответом. В воздухе разлилось напряжение. Главная наложница лёгким кивком подозвала одну из придворных дам. Та подошла и встала рядом, держа в руках чашу и чайник. Наложница взяла чашу, а придворная дама налила напиток.
– Ваше величество, – обратилась наложница к Хви.
Вдруг рядом с королём раздался спокойный голос:
– Она так жаждет вашей милости. Вам стоит принять напиток из её рук, ваше величество.
Это произнесла королева Чхэрён, которая до сих пор хранила молчание.
– Наложница преподнесла вдовствующей королеве подарок от меня, главной в вашем гареме, а теперь и вы, ваше величество, похвалите её за старания от моего имени.
Взгляды всех присутствующих, включая вдовствующую королеву и наложницу, обратились к Чхэрён. Та лишь нежно улыбалась.
– Ваше величество, разве не этого хочет ваша наложница? – Это был ответ добродетельной королевы, не знающей ревности.
Хви не понимал, что задумала Чхэрён, но, чтобы выйти из неловкой ситуации, ему ничего не оставалось, кроме как принять её слова.
– Раз уж и вдовствующая королева, и её высочество так говорят, у меня нет иного выбора, кроме как принять чашу. Неси же её.
Лицо наложницы просияло:
– Ваша милость не знает границ, ваше величество.
Она протянула Хви чашу, где плескался напиток. Нечто в нём привлекло внимание Бин.
«Это же?..»
Что-то лёгким туманом поднималось из чаши. Хви принял её из рук наложницы и медленно приблизил к губам.
Тут Бин заметила улыбку на лице Чхэрён.
«Королева усмехнулась?»
В этой сцене главная наложница полностью затмила королеву. Но, если бы та не вмешалась и не добавила несколько слов, наложница не подала бы чашу с напитком самому королю на глазах у высокопоставленных чиновников. Однако королева намеренно позволила наложнице это сделать.
«Почему же?»
По спине Бин пробежал зловещий озноб, но она не знала, как ей поступить. Что, если она вмешается, но её догадка окажется ошибочной?
Женщина, которая пришла сюда по приказу, скрыв, кто она на самом деле, осмелилась помешать наложнице поднести чашу королю. Это было по-настоящему опасно. Если она ошибётся, раскрыта будет не только её личность. Она навлечёт беду на свою семью. Бин меньше всего хотела, чтобы её существование принесло кому-то несчастья.
Ещё мгновение – и чаша коснулась бы губ Хви, но вдруг громкий голос обратился к королю:
– Ваше величество!
Хви остановился.
– Могу ли я, ваш покорный слуга, шестой королевский секретарь, обратиться к вам с просьбой?
Бин уставилась на Ынхо, который уже оказался перед королём. Она растерянно смотрела, как он преклонил колено, глядя на Хви снизу вверх. Бин совершенно не понимала, что Ынхо собирается делать. Холодный пот капал с её подбородка, а сердце колотилось как сумасшедшее. Бин обуяло дурное предчувствие.
Хви опустил чашу с напитком и сказал:
– Ну, шестой секретарь, что у тебя за просьба?
Ынхо склонил голову:
– Ваше величество, я был всегда верен вам со времён ученичества. И вы это прекрасно знаете.
Хви утвердительно кивнул.
– Пусть для слуги это естественно, но разве верному псу, который хорошо стережёт дом, не дают кусок вкусного мяса? Потому прошу вас всего об одном подарке. – Слова Хён Ынхо лились, подобно чистому ручью.
Хви рассмеялся:
– Шестой секретарь, впервые вижу тебя таким. Кажется, ты в самом деле чего-то хочешь. Что у тебя за просьба?
Ынхо медленно повернул голову и посмотрел на Бин, а затем без колебаний ответил:
– Прошу, наградите вашего слугу этим напитком.
В приёмном зале стало так тихо, будто кто-то облил всех холодной водой. Все подданные удивлённо смотрели на Ынхо, а лицо наложницы, которая только что поднесла напиток, покраснело от злости.
Бин поняла, что Ынхо увидел то же, что и она. Почувствовав неладное, он немедленно вышел вперёд, чтобы не дать Хви отпить из чаши.
– Шестой секретарь! Ты хоть понимаешь, что ты только что сказал? – Голос главной наложницы был полон гнева.
Но Ынхо лишь снова с улыбкой поклонился:
– Но разве его величество не признаёт мою преданность? Если я приму вашу чашу, это будет награда не только от короля, но и от вас, его главной наложницы.
Мягкие слова Ынхо заставили наложницу замолчать. Она не понимала, почему шестой секретарь так поступает, но конфликт с ним никто бы не одобрил. Подумав, наложница лучезарно улыбнулась.
– Тогда могу ли я считать, что вы, приняв эту чашу, клянётесь в преданности и мне?
– А разве может быть иначе? Моя преданность целиком и полностью принадлежит его величеству и его королевскому двору.
Хви, тоже широко улыбаясь, кивнул:
– Хорошо. Тогда пусть эта чаша будет наградой, которую даём тебе мы с главной наложницей.
Хви протянул чашу Ынхо. Тот осторожно подошёл и принял напиток лично из рук короля.
– Ваша милость не знает границ, ваше величество.
Ынхо поклонился Хви, вдовствующей королеве и главной наложнице и медленно поднёс чашу к губам. Его внимание обратилось на Бин, стоявшую позади Хви. Она отрицательно покачала головой, глядя на Ынхо глазами, полными страха. Это означало, что пить из чаши нельзя. Однако сейчас, в эту минуту, отступать Хён Ынхо было некуда. Он слегка улыбнулся Бин, показывая, что с ним всё будет в порядке, что бы ни случилось.
И ещё один взгляд был направлен на Ынхо, когда он медленно подносил чашу к губам. Взгляд Чхэрён. По её губам расплылась ещё более явная улыбка, чем раньше. Увидев улыбающееся лицо королевы, Ынхо почувствовал, что здесь что-то не так.
«Почему она смеётся?»
Но чаша уже коснулась его губ. Как только горячий напиток пролился в горло, в Ынхо поднялось странное чувство.
Верть!
Раздался странный звук, и мир закружился.
«Это ещё что?!»
Всё перед глазами вдруг расплылось, а цвета потускнели и исчезли. Мир стал чёрно-белым.
Вш-шух.
Мир перевернулся. Под ногами разверзся ад, откуда начали подниматься тени. Они подползали всё ближе и смеялись. Точно так же, как только что смеялась Чхэрён. Они смеялись и плакали, плакали и смеялись.
– Пришёл. Ты пришёл. Ты пришёл к нам.
Отверстия, заменяющие теням рты, двигались. Одна за другой они начали цепляться за тело Ынхо. От сырости, исходящей от них, по коже
