облегченно выдыхаем.
– Спасибо, Вер, – он устало трет глаза, – ты не представляешь, как меня выручила.
– Без проблем, – а саму от усталости поматывает. Но я смотрю на мужчину, который сидит напротив, и чувствую себя абсолютно счастливой. Мне понравилось работать с ним в едином порыве, понравилось быть на одной волне и схватывать на лету, чего от меня требуется. Из нас действительно вышла отличная команда.
Пока я размышляю о том, уместно ли напроситься к начальнику, чтобы он подбросил меня до дома, или лучше вызвать такси, телефон на моем столе начинает нервно вибрировать.
Матвей.
– Вер, ты чего не отвечаешь?
– Я на работе.
– До сих пор?
– Важная сделка. Мы с Андреем только что завершили подготовку документов.
Секунда молчания, потом:
– Я тебя сейчас заберу.
– Но….
– Жених я в конце концов или нет?
– Не стоит.
– Все, Вер. Пять минут и я у тебя.
Андрей слышит наш разговор и снова закрывается:
– Идем, уже поздно.
Момент упущен, и от отчаяния хочется драть волосы на голове.
Из офиса мы выходим вместе. У крыльца меня уже ждет «жених». Андрей кивает брату, но не подходит, а идет к своей машине, одиноко стоящей на парковке. Я же плетусь к Матвею и снова чувствую себя несчастной.
Глава 13
– Все, блядь, не могу больше, – угрюмо отодвигаю от себя стакан, – сейчас позвоню ей.
Олег с Диманом сидят всячески пытаются привести меня в чувство:
– Андрюх, очнись! Он твой брат! Если ты полезешь к его невесте, то все! Между вами сломается все! Как ты это не понимаешь?!
Я понимаю только то, что у меня уже внутри все сломалось, потому что без Верки жить не могу.
У меня все мысли о ней, все сны о ней. Я вижу ее в лицах прохожих, и дышу через, когда она заходит ко мне в кабинет. Это невыносимо.
– Нельзя, Андрюх, – Олег сжимает мне плечо, – никак нельзя. Землю жри, но своих не предавай. Как ты будешь потом смотреть ему в глаза, если влезешь в их отношения? Как?
– Да в душе не ведаю как! – я злюсь.
Мне кажется, что весь этот гребаный мир против меня.
– Не смей! – поддерживает друга Диман, – просто не смей и все. Мужик ты в конце концов или не мужик? Зубы сцепи и терпи. Они встретились до тебя, у них почти семья, и не тебе ее ломать!
– Нет у них никакой семьи! – рычу.
Пока нет.
До этой проклятой свадьбы еще полно времени. Можно передумать, отказаться. Они просто обязаны передумать! Потому что…потому что Вера Моя. И я просто сдохну ели она выйдет замуж за моего брата.
– Она моя!
– Ни черта она не твоя! Очнись! То, что вы там по пьяному угару на мгновение оказались в одной койке и чуть не поцеловались – не значит ни-че-го.
– Я тебе сейчас морду набью.
– Нас двое! Это мы тебе набьём. И Матвея пригласим. Вот уж кто имеет полное право отпинать тебя по почкам, за одну только мысль в сторону его невесты.
– Я ее люблю! – впервые произношу эти слова вслух и на меня просто накатывает отчаяние.
Ну как она может быть с другим, когда меня так кроет? Нельзя же! Неправильно это!
Неужели не понимает, не чувствует, что мы созданы друг для друга?
– Я должен ей позвонить, – вытаскиваю из кармана телефон, но парни чуть ли не в драку принимаются его отнимать.
– Ну-ка, прекрати. Ты пьян в дудку! Сейчас наговоришь не пойми чего, а завтра придется расхлебывать!
– Я должен ей позвонить, – упрямо повторяю, пытаясь отбиться от двух бугаев, внезапно озаботившихся моим моральным обликом. – Я ей позвоню…
– Нет! – Олегу удается выдрать у меня из лап мобильник, и он тут же прячет его у себя в кармане джинсов.
– Я все равно достану, даже если этого потребуется хрен тебе оторвать.
– Себе оторви, раз он здравый смысл загораживает.
Он не понимает…Никто их них не понимает, что дело не в вожделении, и не в том, что я хочу Верочку – хотя и правда ее так хочу, что дни напролет провожу с перманентным стояком. Но это не главное! Главное то, что у меня душа к ней рвется.
И после той ночи, что мы работали вместе рухнули остатки барьера, ограждающего от роковой ошибки. Я растерял остатки совести и порядочности. Я был готов отобрать Верку у брата.
Потому что она моя!!!
– Диман, нам надо срочно найти ему бабу. Какую-нибудь красивую, с сиськами! Андрюх, ты какие сиськи любишь?
– Такие, как у Веры! – рявкаю и жестом подзываю официанта. Уже и так почти сам себя не чувствую, но хочу напороться еще больше, может тогда хоть немного полегчает.
– Я не знаю, какие у твоей Веранды буфера…
– Прекрасные! Самые прекрасные буфера на свете!
Я их помню. Видел вживую в бане, и еле сдержался. Отчаянно хотелось прикоснуться, зарыться в них лицом, и пусть весь мир катится к чертовой бабушке.
– Плевать! Лови вон тех красоток, – Олег кивает на дальний стол, – пусть пересаживаются к нам.
– Какую именно? Их там трое!
– Всех берем. Обложим Крапивина со всех сторон, пусть восстанавливается.
Я бухчу, что не надо меня ничем обкладывать.
Я хочу к Вере или домой. Не надо мне никаких левых баб.
Но парней уже не остановить. Диман, пиздюк, как всегда легко находит общий язык с представительницами прекрасного пола и зазывает их за наш столик.
Они игриво смеются и подсаживаются к нам.
Слева Катя, справа Маша, напротив Юля.
Я весь окружён какими-то девицами. Они смеются, что-то говорят, а у меня голова кругом и от хмеля уже ни черта не соображаю.
Напился, как последняя свинья. Обычно в таком состоянии Крапивин младший вырывается из-под контроля и готов идти на поиски приключений, а тут полный штиль. Ничего не шевелится, даже когда обнаруживаю себя в какой-то подсобке с одной из этих девок.
Она тянет ко мне губищи, попутно пытаясь расстегнуть пояс на моих джинсах.
Да, что ж вам всем от меня надо, а?
Неужели непонятно? Я Верку люблю! Не нужны мне эти случайные связи и девки, имен которых я под утро и не вспомню.
– Я сейчас, – убираю от себя ее лапы и пошатываясь вываливаюсь в коридор. Она что-то лопочет, пытаясь меня удержать, а я только отмахиваюсь и сваливаю в мужской туалет.
Сюда она сунуться за мной не смеет. Я захожу впустую кабинку, опускаю крышку, и тяжело опускаюсь на унитаз.
В голове так сильно шумит, что не слышу своих
