Он направился к Тени. Или, скорее, проплыл над пропастью, продолжая делать шаги. Когда они оказались лицом к лицу, я была удивлена, что он одного роста с Тенью. Завязалась лирическая беседа, и Ангел придвинулась поближе, чтобы перевести мне.
— Ему трудно поверить, что это действительно Тень, — прошептала она. — Но, очевидно, у нашего друга есть какие-то секреты об этом парне, о которых больше никто не знает.
Хорошо, это было к лучшему. Это означало, что он сможет быстрее доказать свою личность, а потом, возможно, мы найдем себе место, где переночевать. Неплохо было бы и привести себя в порядок.
— Враждебность исчезла, — продолжила Ангел, — но какое-то время все висело на волоске.
Что-то произошло? Я ничего не заметила, но, поскольку их язык был похож на колыбельную, это не стало сюрпризом.
— Ладно, теперь мы должны подойти, — сказала Ангел, подталкивая меня к Тени.
Кристоф внимательно наблюдал за нами, когда мы подошли, его взгляд был испытующим.
— Привет, — сказал он на безупречном английском без малейшего акцента или интонации. — Добро пожаловать в мой дом. Любой друг Даркора мой друг.
— Теперь меня называют Тень, — сказал ему Тень.
Кристоф кивнул.
— Сын мой, для меня ты навсегда останешься тем, кем тебе суждено быть; это имя принадлежит тебе по праву рождения. Называй себя как угодно — истина от этого не изменится.
Тень не стал спорить, и я задумалась, не был ли мужчина одним из тех редких существ в мире, которых он по-настоящему уважал.
— Пожалуй, — сказал Кристоф, отступая в сторону и описывая рукой дугу. — Я веду себя невежливо, удерживая вас здесь, когда уверен, что вы устали и нуждаетесь в отдыхе и пище.
Казалось, он ждал, что мы пойдем за ним, но поскольку некоторые из нас не могли ходить по воздуху, что нужно было делать?
Тень шагнул с обрыва, и мне удалось сохранить хладнокровие и не ахнуть, но это все равно потрясло меня.
— Это иллюзия, — ответил зверь. — Идем, с тобой все будет хорошо.
— Э-э-э… — Я посмотрела вниз. — Иллюзия это или нет, но мой мозг говорит мне, что я разобьюсь насмерть, и настаивает, чтобы мы оставались здесь, на твердой земле.
Ангел усмехнулась, музыкальный звук зазвенел и эхом разнесся по оврагу внизу, и теперь я знала, как Кристоф использовал свой голос чтобы заставить его звучать так мощно.
— Ты справишься, Мера, — сказала она, подталкивая меня вперед.
— Тебе легко говорить, цыпочка с крыльями, — прошипела я в ответ, еле волоча ноги, поскольку меня постоянно подталкивали к краю.
Она снова рассмеялась.
— Я поймаю тебя, если ты упадешь.
Это заставило меня почувствовать себя немного лучше и достаточно уверенно, чтобы расслабить свою напряженную позу и сделать шаг вперед. Заставляя себя не смотреть вниз, я последовала тем же путем, что и Тень, не сводя глаз с его загадочного лица. Большую часть времени я не могла прочесть мысли зверя, они были скрыты от посторонних глаз.
Сегодняшний день ничем не отличался, но, по крайней мере, его стоический вид успокаивал своей привычностью, поскольку он стал моей точкой опоры, к которой я шла.
— Не многие смогли сделать первый шаг, — сказал Кристоф, и на его губах появилась едва заметная улыбка. — Особенно смертные.
— Она не обычная смертная, — сухо добавил Тень.
Кристоф вгляделся внимательнее.
— Да, теперь я вижу.
Ангел шла позади меня, Инки и Миднайт — рядом. Друг Тени также внимательно посмотрел на туманы.
— Как получилось, что у вас здесь соперничающие туманы? — спросил он. — С кем они связаны?
Я подняла руку, и Миднайт метнулся ближе, достаточно большой, чтобы фиолетовые тона в нем замерцали на свету. Инки окутал Тень, они оба ответили на вопрос Кристофа.
— Туман, связанный со смертным, — размышлял он. — Моя дорогая, — твою тайну, я хотел бы разгадать.
В глазах Тени вспыхнул огонь, и я не была уверена в причине, но он переместился так, чтобы Кристоф не мог меня видеть.
— Нам действительно нужно узнать ее секреты, — сказал он, — но она — моя. Ты не можешь претендовать на нее.
У меня пересохло во рту и горле, в отличие от других… частей тела. Когда он набросился на меня как альфа-собственник, это подорвало меня как морально, так и физически. Тень был моей травмой, и мне было все равно.
— Принято к сведению, — сказал Кристоф, разглядывая Тень поближе. — Что насчет Иксаны?
Иксана. Его пара.
Я знала, о ком он только что упомянул, и не удивилась ярости, вспыхнувшей во мне белым пламенем — оборотни по природе своей собственники, как и тот зверь, что нас создал. Хотя размышлять об этом мне вовсе не хотелось — Тень был для меня настолько далек от образа родителя, насколько это вообще возможно.
Я также не имела права чувствовать себя собственницей по отношению к зверю, и подруга Тени, вероятно, убила бы меня, когда узнала о моем плане потерять девственность с Теневым Зверем.
— Я не видел ее тысячи лет, — тихо сказал Тень. — Насколько я знаю, она ушла.
Я замялась. Почему он просто не объяснил, что мы не пара? Было бы проще сказать его другу, что я была его собственностью, которую он держал в плену весь прошлый год.
— Насколько я знаю, она так и никуда не ушла, — тихо сказал Кристоф, и я заметила удивление на лице Тени.
Повисло неловкое молчание, и, не раздумывая, я придвинулась ближе к зверю, желая утешить его. Когда я прижалась лбом к его спине, моя рука коснулась его крепких мышц.
У него на мгновение перехватило дыхание.
Я застала его врасплох.
Он не ударил и не оттолкнул меня, мы оба оставались в таком положении какое-то мгновение. Момент утешения и поддержки. Честно говоря, мне показалось, что прошло сто лет с тех пор, как он бил меня, когда я случайно прикасалась к нему. Мы зашли так далеко, и все это должно было рухнуть в тот момент, когда его настоящая пара снова войдет в его жизнь. Раньше, я уже чувствовала связь с настоящей парой, и она была сильной и всеобъемлющей.
Если только Тень не окажется законченной мразью, я не видела причин, по которым они не рухнут снова в объятия друг друга.
Из того, что он сказал, следовало, что они нравились друг другу до того, как его изгнали. И почему, черт возьми, кто-то мог не захотеть быть с Тенью? Он был главной ценностью в качестве настоящего партнера, несмотря на то, что время от времени у него случались неприятные моменты.
Черт. Я больше не могла. Не могла больше на него опираться — это время прошло. И даже если нам удастся выкроить один-единственный раз, чтобы переспать перед тем, как нас разлучат, — это уже ничего не изменит.
Я выпрямилась и отступила назад, мне нужно было вдохнуть воздух, в котором не было бы его запаха и силы. Мне нужно было собраться с мыслями.
Иначе я не смогу пережить то, что должно произойти.
Глава 21
Кристоф привел нас к своему дому, для чего пришлось спуститься по длинной, закручивающейся спиралью, невидимой дороге. Он предупредил нас, чтобы мы держались позади него, потому что там были провалы, в которые можно было упасть. Едва не выпрыгивая из кожи от осознания этого, я, по сути, вцепилась в крылья Ангел, заставляя ее идти первой, и хотя она смеялась надо мной, она все равно предлагала мне утешение. И я любила ее за это.
Когда мы подошли к подножию горы, вода разливалась шире, чем казалось сверху, и на клочке земли прямо над бескрайним простором реки виднелся невидимый дом. По крайней мере, так нам сказали, потому что, конечно, поскольку он был невидим, я ничего не смогла увидеть.
По крайней мере до тех пор, пока Кристоф не прижал руку к стене, и тогда его стало видно во всей красе. Ну, не так уж и много красоты, если честно. Его дом представлял собой простое сооружение из серых и зеленых камней, которые, как я рискнула бы предположить, были собраны в пределах этого горного хребта.
Для меня это не имело значения; я просто была рада, что этот невидимый, вызывающий беспокойство путь закончился. Кристоф первым вошел в свой дом, а затем они оба исчезли из виду.
